Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

Фахреддин Абосзода: Иран в ожидании Махди

Дата: 03 января 2011 в 03:10 Категория: Новости стран мира

Отставка министра иностранных дел Ирана Манучехра Моттаки и замена его на этом посту действующим руководителем Организации по атомной энергии Али-Акбаром Салехи вызвали большой резонанс в политических кругах и аналитических сообществах. Дело дошло до того, что некоторые аналитики квалифицировали кадровые перестановки в руководстве Ирана как начало «иранской перестройки». Действительно, анализируя действия президента Ахмадинежада, сразу бросается в глаза определенная логика в его поступках, стремление найти выход из ситуации, при которой он является «заложником системы»: у него ограниченные властные полномочия и власть в стране приходится делить с высшим духовенством. Поэтому сразу после вступления в должность в июне прошлого года Ахмадинежад стал предпринимать малозаметные, но решительные шаги в сторону выстраивания самостоятельной социальной и политической платформы. Не все сразу получалось, да и не могло получиться. Несмотря на внешнюю лояльность бывшего главы МИДа Ирана Моттаки к Ахмадинежаду, первый фактически являлся активным сторонником председателя иранского парламента Али Лариджани — одного из самых серьезных оппонентов президента. Кроме того, согласно устоявшейся традиции, формирование внешнеполитической стратегией государства до сих пор входило в компетенцию самого духовного лидера страны. Это — в широком смысле слова. В узком — вопросами внешней политики занимался советник ХаменеиАли-Акбар Велаяти — министр иностранных дел Ирана в годы президентства Рафсанджани. Это привело к возникновению разногласий между Моттаки и Ахмадинежадом по вопросам реализации некоторых базовых принципов внешней политики Ирана.

Ахмадинежад постепенно предпринимал интенсивные действия для достижения своей цели по обеспечению полного контроля над внешнеполитическим ведомством страны. В конце лета 2010 года президент Ирана выступил с идеей создания института специальных посланников президента. Согласно этому плану были определены 6 приоритетных региональных направлений иранской внешней политики, руководителями которых были назначены люди из команды самого президента. Конечной целью этого плана была полное подчинение всей внешней политики президенту страны, поскольку речь шла о формировании не только параллельных аппаратных структур в МИДе, но и новой внешней политики в обход Рахбара (духовного лидера) и парламента. Как и следовало ожидать, такая инициатива президента вызвала бурю негодования и ожесточенное сопротивление со стороны различных политических сил прежде всего под руководством А. Лариджани, а с другой — представителей высшего духовенства, которые в один голос обвиняли президента в нарушении 127-й статьи Конституции. Несмотря на то, что Рахбару пришлось наложить вето на инициативу Ахмединежада, последний собственным указом заменил институт специальных посланников МИДа институтом советников президента по международным вопросам. Поэтому отставка Моттаки не является случайностью. Она доказывает наличие у президента далеко идущих планов по переустройству всей системы власти в стране, установлению нового политического режима.

Но главное, похоже, начнется на предстоящих переговорах «шестерки» по иранской ядерной программе в конце января в Стамбуле. Глава МИД Ирана Салехи выступит с новыми предложения, которые позволят нивелировать политическое составляющее ядерной программы. Это создаст условие для вывода Ирана из под режима санкций СБ ООН. После этого, возможно, начнется обсуждение технических деталей программы, чем будут заниматься специалисты МАГАТЭ. Таким образом, главный прорыв Ахмадинежада следует ждать в сфере внешней политики. Вслед за этим, возможно, начнется процесс реформирования системы государственной власти в стране: сокращения громоздкого бюрократического аппарата под предлогом борьбы с коррупцией во властных структурах. При этом под жерновами «чистки» непременно окажется часть иранского духовенства. К тому же снятие напряженности в отношениях с международным сообществом из-за ядерной программы позволит Тегерану снизить расходы на военные цели, направить высвобожденные средства на повышение благосостояние народа, создание новых рабочих мест.

Понятно, что такая операция будет иметь и соответствующее информационное и духовное сопровождение. В течение последних лет народ Ирана живет в состоянии ожидания своего Махди (Спасителя). Причем в образе спасителя должен выступить человек, который будет способен избавить всех от гнета бюрократии и коррумпированных чиновников, большинство из которых — представители того же духовенства. Таким образом, создается своеобразная ситуация: с одной стороны, в силу объективных геополитических процессов и новой внешней политики, администрация Ахмадинежада будет стремиться набирать больше политического веса, — главным образом, за счет активизации действий в сторону урегулирования региональных конфликтов в странах Большого Востока — от Ирака до Афганистана и до Южного Кавказа. При этом рано или поздно Тегеран вступит в диалог с Вашингтоном. Ведь, как не крути, а администрация президента Барака Обамы отказалась от прямой военной агрессии против Ирана. И не только это.

Провалились попытки «зеленой оппозиции», несмотря на всестороннюю поддержку со стороны внешних сил, устранить Ахмадинежада с поста президента Ирана. Теперь Белый Дом не ставит под сомнение право Ирана осуществлять мирную ядерную программу, но призывает при этом начать конструктивный диалог с МАГАТЭ, чтобы убедить мир в своих мирных намерениях. К этому же призывает Иран и Россия. Добавим и позицию Турции, которая не только отказалась присоединиться к антииранским санкциям СБ ООН, но и активизировала торгово-экономическое сотрудничество с Ираном. Дело дошло до того, что некоторые аналитики предполагают возможность создания мощного регионального альянса России, Турции и Ирана. Все это создает хорошие предпосылки и для превращения Ирана в мощную региональную державу, усилия которого можно и нужно направить на решение сложных проблем региона.

С другой стороны, Ахмадинежад попытается осуществить прорыв и во внутренней политике. Хотя Иран смог пройти последний мировой финансово-экономический кризис без рецессии и особых потрясений, социальная напряженность внутри страны не спадает. Около 40% населения страны находится за чертой бедности. Одна треть молодежи является безработной. С каждым днем углубляется пропасть между бедной части населения и кучкой богатых. Внутренняя экономическая нестабильность заставляет Ахмадинежада принимать ряд непопулярных мер, которые еще больше усиливают недовольство бедных слоев населения. Этим обстоятельством пытаются или будут пытаться воспользоваться оппозиция и часть духовенства. Поэтому выход из своеобразного замкнутого круга только в осуществлении кардинальных мер по изменению существующей системы власти. То есть Иран, изменив отношение к себе со стороны мирового сообщества, непременно должен измениться и сам. Речь идет не только об ослаблении власти духовенства, решении острых социально-экономических вопросов, но и об изменении национально-государственного устройства государства.

Сейчас можно утверждать, что попытки исламской революции растворять все мусульманское население страны под единым названием «мусульманской уммы», оказались безуспешными. То, что в Иране, где проживают представители десятков национальностей, не проводится даже перепись населения, приводит к возникновению разного рода сложных проблем. Дело в том, что пришествия Махди в Иране с нетерпением ожидает не только население самого Ирана, но и многочисленные ираноязычные народы, в том числе и талыши. Эти народы в силу определенных обстоятельств оказались вне своей исторической Родины, подвергаются разного рода дискриминациям в составе других государств. Новый Иран должен стать не только цементирующим фактором стабилизации в регионе Большого Ближнего Востока, но и лидером персоязычных народов. Поэтому талыши, как и другие такие народы, желали бы быть свидетелями этих исторических процессов. К сожалению, пока приходится констатировать, что закрытие на днях единственного талышеязычного журнала в Иранском Талыше и арест его главного редактора Шахрама Азмуде никак не вписываются в эти ожидания. Тем не менее, полагаем, что президент Ахмадинежад не свернет с намеченного курса. Потенциально главным его союзником может быть сам Рахбар — Агайи Али-Хаменеи. Он продолжает поддержать президента почти во всех его начинаниях. Во-вторых, опорой Ахмадинежада является высший генералитет в лице КСИРа и Басиджа. При этом надо иметь в виду и тот факт, что обе эти организации находятся под контролем как Рахбара, так и Ахмадинежада. В-третьих, большинство предпринимателей ожидает от президента создания нормальных условий для ведения бизнеса. Наконец, широкие слои населения Ирана могут самым активным образом поддержать политику Ахмадинежада. Для этого требуется, чтобы он направил четкие сигналы о своих намерениях. Если его действия будут отвечать чаяниям миллионов иранцев, успех ему обеспечен: он действительно станет Махди. Если нет, то его ожидает конец мученика, чего нам хотелось бы меньше всего...

По сообщению сайта REGNUM

Читайте также