Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

Есть сельское хозяйство, но нет АПК

Дата: 07 января 2011 в 12:53

Неудачи
в реализации госпрограмм, направленных на развитие сельскохозяйственного
сектора, эксперты связывают с отсутствием индустриального ядра в АПК и
доминированием мелкотоварного производства
 
Для
казахстанского аграрного сектора, в первую очередь для зерновой отрасли,
завершающийся год оказался жарким в полном смысле этого слова. Западные области
республики, а также основные зерносеющие регионы Северного Казахстана прошли
испытание засухой, подобной которой не было на протяжении многих лет. Еще
весной специалисты высказывали предположения о том, что предстоящее лето
окажется засушливым, и в отличие от 2009-го, запомнившегося рекордным урожаем,
2010 год, скорее всего, окажется низкоурожайным. Действительно, засуха нанесла
урон посевам в Актюбинской, Западно-Казахстанской областях, где погибло около
60-70% посевов, а также аграриям СКО. Согласно некоторым данным, в этом
регионе, имеющем славу одной из основных житниц страны, «сгорело» порядка 80%
урожая, хотя официальные данные не подтверждали эту информацию. В Костанайской
и Акмолинской областях засуха уничтожила около 10-15% посевных площадей.
 
Трудный год
Впрочем
сельскохозяйственный год оказался непростым не только для отечественных
аграриев — достаточно вспомнить засуху и пожары, на корню уничтожившие
значительные площади посевов в российских регионах. Да и прогнозы для мирового
рынка, опубликованные в конце ноября Продовольственной и сельскохозяйственной
организацией ООН (FAO), тоже настраивали на достаточно пессимистичный лад. Еще
в июне эксперты FAO прогнозировали рост мирового производства зерна до конца
года на 1,2%, однако уже к концу осени речь зашла о предстоящем сокращении на
2%, при этом основной причиной корректировки прогнозов было названо ухудшение
погодных условий. Ожидается, что в конце 2011 года мировые запасы зерна
сократятся на 7% по сравнению с концом 2010 года, при этом запасы ячменя упадут
на 35%, кукурузы — на 12%, пшеницы — на 10%. Лишь запасы риса, как
предсказывает FAO, вырастут на 6%.
«Учитывая
ожидаемое сокращение мировых запасов, сбор урожая в следующем году станет
критичным для сохранения стабильности на мировых рынках», — говорится в докладе
международной организации. В связи с ожидаемым резким сокращением мировых
запасов зерна FAO настойчиво призывает активизировать производство, чтобы
пополнить их и удовлетворить спрос, и не исключено, что на фоне повышения цен
фермеры действительно увеличат посевы. По прогнозам специалистов, зерновые
могут стать не единственной культурой, производство которой сельчане
постараются увеличить. Повышение цен может сделать привлекательным выращивание
других культур, от соевых бобов до сахара и хлопка, что может привести к
сокращению индивидуального производства зерновых до уровня, которого будет
недостаточно, чтобы ослабить напряжение на рынке. С учетом этих факторов у
потребителей не останется другого выбора, кроме как покупать продовольствие по
высоким ценам, предупреждают аналитики. Цены могут подняться еще выше, если
производство продовольствия, в первую очередь кукурузы, соевых бобов, пшеницы,
в следующем году существенно не вырастет. Даже цена на рис, предложение
которого наиболее адекватно спросу, чем такое же соотношение для других
продуктов, может быть подвержена негативному влиянию, если цены на другие
основные продукты питания продолжат расти, отмечают международные эксперты.
В
Казахстане, согласно данным аграрного ведомства, несмотря на далеко не самый
лучший с точки зрения урожайности год, потребности внутреннего рынка удалось
обеспечить. По данным на начало ноября, намолот зерновых составил 13,9 млн
тонн, что, с учетом переходящего запаса, достаточно для полного обеспечения
внутренней потребности страны и сохранения экспортного потенциала в размере 7-8
млн тонн. Тем не менее абсолютное большинство фермеров не разделили осторожного
оптимизма, с которым Министерством сельского хозяйства были озвучены итоги
аграрной страды. Суть основных претензий сводилась к тому, что большинство
сельхозформирований наиболее пострадавших от засухи регионов из-за низкой
урожайности зерновых, масличных, кормовых культур по итогам года оказываются на
грани банкротства, поскольку климатические эксцессы усугубились довлеющим над
многими кредитным бременем. Масла в огонь добавил извечный ценовой вопрос. В
частности, хлеборобы высказывали недовольство в связи с необходимостью сдавать
зерно в госресурс по ценам ниже рыночных.
Трудности
момента ощутили не только аграрии, но и рядовые потребители сельхозпродукции.
Не успела завершиться уборочная страда, как в августе на 5-7 тенге повысились
цены на буханку хлеба в Таразе, Актау и Шымкенте, при этом, указывали в
Агентстве по защите конкуренции, производители повысили цены на хлеб
одновременно на одинаковый уровень и непропорционально по отношению к подъему
цен на муку. Повышение можно было бы признать обоснованным, в том случае, если
бы хлеб выпускали из муки, произведенной из более дорогого зерна: закупочная
цена на пшеницу, установленная «Продкорпорацией», в нынешнем году по сравнению
с прошлым увеличилась с Т18 500 за тонну до Т26 500. И в регионах, куда
продовольственная пшеница поставлялась в соответствии с меморандумами между
местными исполнительными органами и «Продкорпорацией» по цене Т26 500 за тонну,
рост цен был неизбежным. Однако многие производители хлеба, поднявшие цены на
свою продукцию, имели запасы муки, приобретенной по прежней стоимости. Согласно
выводу, сделанному агентством, факты, характеризовавшие развитие ситуации,
свидетельствовали о наличии ценового сговора между изготовителями хлеба -
многие субъекты рынка увеличивали цены на свою продукцию только под предлогом
засухи в соседних странах, хотя данную причину даже в условиях экстремальных
погодных катаклизмов едва ли можно было считать объективной. В результате, по
фактам злоупотребления доминирующим положением и ценового сговора были
возбуждены дела об административных правонарушениях против трех мукомольных
предприятий Жамбылской и семи хлебопекарен Павлодарской областей, уголовные
дела завели в отношении двух мукомольных предприятий ЗКО, расследования по
фактам повышения цен на хлеб проводились и в других регионах страны, в
частности в Костанайской и Северо-Казахстанской областях.
Зерновые
культуры, точнее продукт их переработки, в нынешнем сельскохозяйственном сезоне
оказались не единственным товаром аграрной отрасли, к судьбе которого было
проявлено внимание на самом высоком уровне. Осенью правительство подписало
постановление о введении запрета на вывоз из страны сроком на полгода семян
масличных культур, растительного масла и гречки. Принятие данного решения было
продиктовано перспективой снижения валового сбора масличных и крупяных культур
вследствие опять же неблагоприятных погодных условий во многих странах. Нельзя
сказать, что данное решение было принято «на ура» всеми заинтересованными сторонами.
Производители растительного масла, например, интересы которых, казалось бы,
должно было защищать постановление, говорили о том, что импортный продукт
никуда не уйдет, а увеличение объемов производства внутри страны представляется
проблематичным вследствие ограниченных ресурсов рынка.
Напряженная
ситуация, связанная с ростом цен на хлеб, недовольство фермеров конъюнктурой
закупочных цен, устанавливаемых «Продкорпорацией», неоднозначные последствия
запретительных мер, изначально призванных защитить рынок, в очередной раз дали
повод для размышлений. Почему, несмотря на, казалось бы, не только
провозглашенную на государственном уровне, но вполне реально осуществляемую
поддержку агропрома, одна из базовых для экономики республики отраслей не может
выбраться из кризиса, затянувшегося на долгие годы?
 
Импортозависимая
индустрия
В
прошлом году, на фоне высокого урожая и относительно низких цен на пшеницу,
правительство (уже не в первый раз) рекомендовало аграриям диверсифицировать
посевы, отказавшись от возделывания монокультуры. О необходимости
диверсификации производства аграрных культур говорили и разработчики Программы
развития АПК на 2010-2014 годы. При создании программы министерство сделало
акцент на развитие 8 приоритетных направлений: производство и переработка
масличных, плодоовощных культур, сахарной свеклы, глубокая переработка и
экспорт зерна, производство и экспорт мяса и мясопродуктов, тонкой шерсти и
продуктов ее глубокой переработки, производство молока и молочных продуктов,
развитие птицеводства. Согласно документу, в земледелии должна быть проведена
диверсификация, за счет чего структура посевных площадей оптимизируется до
уровня научно-обоснованных норм. Среднегодовой объем валового производства
зерна должен увеличиться до 17,8 млн тонн, экспортный потенциал — повыситься с
6,7 млн до 8,6 млн тонн, или на 28%, доля переработанной продукции в общем
объеме экспорта зерна — с 32% до 50%. За счет расширения посевных площадей и
повышения урожайности культур должна быть достигнута самообеспеченность по
масличным культурам и ранним овощам, уровень обеспеченности по плодово-ягодным
культурам и винограду должен увеличиться на 43%, доля сахара, произведенного из
отечественной сахарной свеклы во внутреннем потреблении, — вырасти с 5% до 17%.
Что
касается животноводческой отрасли, здесь, согласно программе, намечается
повышение среднего удельного веса племенного скота с 6% до 14%, уход от
импортозависимости в племенном птицеводстве, увеличение доли сельхозформирований
в общем объеме производства мяса, молока, шерсти, увеличение объемов ежегодных
экспортных поставок говядины, тонкой шерсти, снижение удельного веса импорта
птичьего мяса во внутреннем потреблении с 58% до 25%, то есть почти в 2 раза, а
также обеспечение полного эпизоотического благополучия страны.
В
сфере переработки планируется довести удельный вес продовольственных товаров
отечественного производства на внутреннем рынке с 68% до 80%, а также повысить долю
переработки мяса, молока и плодоовощной продукции.
В
отрасли рыбного хозяйства есть планы увеличения объемов производства рыбы в
условиях ее искусственного разведения с 500 тонн до 6 тысяч тонн, или в 12 раз.
Это позволит обеспечить население республики рыбной продукцией в соответствии с
утвержденными нормативами.
Все
перечисленные параметры развития должны быть достигнуты за счет внедрения ряда
механизмов. Речь идет о реализации соответствующих инвестпроектов по
приоритетным направлениям развития АПК — проведении диверсификации и повышении
культуры земледелия, строгом соблюдении научно-обоснованных севооборотов,
переходе к современным влагоресурсосберегающим технологиям, прогрессивным
методам полива и, в первую очередь, капельному орошению, внедрении широкой
химизации. Повышение генетического потенциала скота, полагают разработчики
программы, будет достигнуто, во-первых, путем импорта высокопродуктивного
поголовья с целью использования его для репродуктивных и селекционных целей;
во-вторых, предстоит реализовать программу крупномасштабной селекции. Также
намечается осуществление интеграции и специализации производства путем
укрепления хозяйственных связей на основе кооперации мелких
товаропроизводителей с переработчиками, формирования пищевых кластеров и
создания системы обеспечения безопасности пищевых продуктов.
На
выполнение программы в общей сложности за 5 лет предусмотрено выделить свыше Т1
трлн тенге. Вопрос в том, насколько успешно удастся воплотить ее пункты в
практику. Ведь специалисты неоднократно отмечали неудачи в реализации программ,
направленных на развитие аграрного сектора, говорили о невысокой отдаче от
государственной поддержки.
«Господдержка
агропромышленного комплекса в последние годы действительно немаленькая, в этой
области принято много решений. В частности, развивается кредитование АПК и
сельских территорий, субсидирование сектора, проведение закупочных операций и
ценовых интервенций, создание специализированных организаций, регулирование
экспорта и импорта товаров АПК, техническое, научное, нормативное обеспечение.
В зерновом производстве установлен двухуровневый механизм субсидирования:
первый — базовый уровень для всех, второй стимулирует тех, кто работает по
современным технологиям с соблюдением правил севооборота. То есть поддержка
вроде бы идет, но она давала бы эффект в том случае, если бы была создана
аграрная индустрия, которой в Казахстане нет. Бюджетные вливания в отрасль
также довольно велики — только на бюджетные программы в 2010 году пошло Т180
млрд. Доля бюджетных расходов в процентах к валовой продукции сельского
хозяйства выросла с 10% до 19,9%. Следовательно, говорить о том, что
государство не поддерживает отрасль, нельзя. Скорее всего, существуют упущения
в поддержке. Возможно, она должна носить более целенаправленный характер,
создавать конкурентную индустрию и обеспечивать комплексное развитие территорий»,
— считает советник председателя правления Национального аналитического центра
при правительстве РК Шамиль ДАУРАНОВ.
 
Есть
сельское хозяйство, но нет АПК
Сегодня
часто приходится слышать о том, что государство поддерживает
сельскохозяйственную отрасль во многих странах, однако, отмечает г-н Дауранов,
государственная поддержка дает эффект лишь после того, как восстановлена
индустриальная основа. У нас же есть сельское хозяйство, но говорить о том, что
существует полномасштабно функционирующий агропромышленный комплекс, пожалуй,
преждевременно. Индустриальная основа, о которой говорят эксперты, частично
восстановлена в зернопроизводстве — в последние годы в этой отрасли произошло
слияние торгового бизнеса с крестьянским производством, и в настоящее время она
выглядит относительно конкурентоспособной по сравнению с другими секторами АПК,
где абсолютное большинство игроков представлено мелкими крестьянскими
хозяйствами. Соответственно, не поставив отрасль на индустриальную основу, едва
ли можно рассчитывать на то, что казахстанская продукция получит более широкую
прописку на зарубежных рынках, хотя именно рост экспорта фигурирует в качестве
одной из ключевых целей практически всех программ в аграрной отрасли.
«Низкая
продуктивность крестьянских хозяйств по сравнению с индустриализированными
производствами привела к потере внешних потребителей и увеличению импорта,
например, в мясной отрасли, в птицеводстве. Динамика импорта мяса птицы с 2000
года имеет тенденцию к росту: в 2000 году Казахстан импортировал 21,9 тыс. тонн,
в 2007-м — 170,7 тыс. тонн, в 2008 — 156,3 тыс. тонн. В 2009-м на фоне
некоторого сокращения спроса, девальвации тенге и принятия мер по защите рынка
импорт несколько сократился, но если дать волю и либерализовать внешнюю
торговлю, то он будет расти. В плане конкурентоспособности продукции мы
уступаем другим странам, где аграрии специализируются на производстве мяса», -
констатирует г-н Дауранов.
Не
лучше обстоит ситуация и по части винограда, плодов и ягод, доля производства
которых в валовой продукции сельского хозяйства в 2004-2008 годах колебалась в
пределах 1,1-0,5%, хотя возможности южных и юго-восточных регионов в
возделывании данных культур достаточно велики. Тем не менее сравнение с
прилегающими районами Китая на сегодняшний день складывается явно не в нашу
пользу: в то время как в Поднебесной производятся огромные объемы
сельхозпродукции, экспортируемой в том числе и в Казахстан, у нас плоды и ягоды
выращиваются преимущественно в приусадебных хозяйствах, без какой-либо привязки
к интенсивным и инновационным технологиям. «Валовый сбор косточковых зависит от
погодных условий, но не имеет крутой динамики. Урожай слив, персиков, вишни,
черешни демонстрируют тенденцию к снижению, только, пожалуй, абрикосов в 2009
году было собрано в два раза больше, чем в 2008-м. Производство семечковых
культур в расчете на душу населения составляет 8,6 кг, винограда — 3,1 кг,
культурных ягод — 1,7 кг. Это очень мало, и об индустриальном производстве этих
видов продукции речи нет. В то же время, если посмотреть на динамику импорта
винограда, то он вырос с 0,7 тыс. тонн в 2004 году до 2,7 тыс. тонн в 2009-м,
ввоз плодов косточковых за тот же период увеличился с 0,5 тыс. тонн до 4,6 тыс.
тонн. Вся динамика импорта не в пользу наших производителей», — подытожил г-н
Дауранов.
 
Один
в поле не воин?
Мелкие
крестьянские хозяйства, в отличие от крупных производств, не заинтересованы и
во внедрении передовых технологий. В частности, с внедрением системы капельного
орошения, позволяющей получать более высокие урожаи, экономя дефицитные водные
ресурсы, мы запоздали даже по сравнению с соседями по Центральной Азии. «В 1999
году ездили в Узбекистан, где израильские специалисты при поддержке
правительства применяли системы капельного орошения. Нам потребовались годы,
чтобы понять, что для Казахстана капельное орошение тоже очень важно. Это
стратегическое направление для развития интенсивного земледелия. Мы можем
рассчитывать на реки, подземные источники, например, на границе Китая и
Уйгурского района. Там очень много подземных вод, но они не используются. Мы
ездили по полям хлопчатника в Казахстане и в Узбекистане, и у нас он был по
колено, а там — в человеческий рост. При этом в Узбекистане воды на грядках
практически не было, она шла по капелькам с минералами, а у нас только в
сапогах можно было пройти, и никакого эффекта, еще и засоление почвы происходит»,
— рассказывает г-н Дауранов.
Доминирование
мелкотоварного производства создает барьеры не только на пути развития
собственно аграрной отрасли, но сдерживает развитие перерабатывающих производств.
Ведь для переработки нужны плоды и овощи определенного качества, сорта, в
определенный срок и по оговоренной цене, и частные хозяйства зачастую
оказываются не в состоянии представить продукцию, соответствующую строгим
критериям переработчиков, либо предпочитают сдавать выращенный урожай по более
выгодной цене для продажи на рынке. «В этом году мы решили пойти от противного
и посчитали максимальную цену, которую можно заплатить крестьянским хозяйствам.
Для определенного сорта огурцов мы вышли на уровень 55-60 тенге за килограмм,
договор с нами заключили почти все хозяйства Енбекшиказахского района — всего
они обязались поставить 350 тонн. А в итоге сдали всего 17 тонн. Потому что
весной, когда прошли дожди, град, стоимость огурцов на рынке составляла 100
тенге за килограмм. Крестьянские хозяйства, кто добровольно, а кто через суд,
вернули деньги, которые мы отдали на семена, ГСМ, на использование нашей
техники на вспашку. Сопоставлять 350 и 17 тонн бессмысленно. Мелкие хозяйства в
овощеводстве и виноградарстве не развить, а значит, необходимо поддерживать
крупных производителей. Я ни в коем случае не имею ничего против мелких
крестьянских хозяйств. Они будут обеспечивать рынок Алматы свежими овощами по
высоким ценам в период созревания. Но для промышленной переработки,
индустриального производства они не пригодны», — полагает Андрей ГАНЖА из
АО «Голд Продукт».
Сама
реформа сельского хозяйства в Казахстане была направлена на создание малых
частных хозяйств, доля которых в составе сельхозформирований достигла 97%.
Крупные агроформирования производят всего 28% валовой продукции сельского
хозяйства, и это в основном производство зерна. По мнению экспертов, необходимо
с нуля создавать всю цепочку основных и вспомогательных производств по многим
направлениям агробизнеса, чтобы получать не только продукты первичного
производства, но и организовывать промышленную переработку. Такой подход,
отмечают специалисты, требует комплексного решения проблемы, начиная от
районирования культивирования товаров в регионах, обоснования объемов
производства с учетом перспективы потребления на внутреннем рынке, экспорта,
завершая архитектурно-градостроительным планированием с учетом определения
схемы операций производства и сбыта продукции, создания территориального
кластера.
«В
настоящее время система реализации госпрограмм в агробизнесе имеет
незавершенность на территориальном уровне. От правительства идет денежный поток
в Министерство сельского хозяйства, которое, в свою очередь, управляет
комитетами, территориальными инспекциями, научно-производственными институтами,
финансированием и кредитованием проектов. На территориальном же уровне аким
располагает своим скромным бюджетом и в управлении фактически не участвует,
хотя у местной власти и отраслевого органа есть параллельные структуры. И это
затрудняет управление государственными денежными потоками. Структура управления
через официальный отраслевой орган эффективна только на этапе формирования
политики, экономических и финансовых критериев конкурентоспособности управления
стратегическими сырьевыми ресурсами», — уверен г-н Дауранов. В задачи
отраслевого министерства, полагает он, должна входит разработка государственной
аграрной и торговой политики, экономических и технических критериев
конкурентоспособности, управление вопросами экспорта и госзакупок. Все
программы развития агробизнеса, кроме зерна и осетровых рыб, на его взгляд,
следует передать в компетенцию акимов. Акимы районов, исходя из данной точки
зрения, должны заниматься планами комплексного развития и индустриализации
сельских территорий. С участием государства предлагается воссоздать
сельхозиндустрию в секторах, которые сегодня не в состоянии самоорганизоваться,
в районах найти инвесторов, которые уже добились определенных успехов в
агробизнесе, а впоследствии создавать кооперативы.
 
Проблемы
малых хозяйств
Однако
схема, предложенная экспертами-теоретиками, зачастую не находит понимания на
уровне отдельно взятых хозяйств. По мнению Каная ЖУНУСОВА из
Союза фермеров Казахстана, крестьяне сегодня не готовы объединяться в кооператив,
поскольку такой шаг в какой-то мере предполагает отказ от собственности, а люди
не хотят лишаться земли, сколь бы мало ее ни было в их распоряжении. В то же
время большинство жителей села не имеет достаточного количества технических и
человеческих ресурсов, чтобы обрабатывать эту землю.
«Ситуацию
можно пояснить на примере Каракастекского сельского округа в 100 километрах от
Алматы. В совхозе имени Суюнбая в свое время было 8000 гектаров пашни, 100
тракторов, примерно столько же грузовых автомобилей, 6070 комбайнов, то есть
была обеспечена индустриализация в рамках планового централизованного
хозяйства. В период приватизации фермерские хозяйства создавались по семейному
принципу, состояли из 4-5 человек. В данный момент зарегистрировано 130
крестьянских хозяйств, но реально работают только десять», — отмечает г-н
Жунусов. Как он считает, причина такого расхождения статистических и
фактических данных кроется в системе регистрации хозяйств — не подав заявление
на него, люди не могли рассчитывать на получение земли, а на деле для сельских
жителей оказалось менее хлопотно приобрести недорогой автомобиль и заниматься
частным извозом, чем работать в аграрной сфере.
«Что
касается субсидий, то механизм построен так, что крестьяне не заинтересованы в
их получении. Называя конкретные цифры, скажу, что на 1 гектар посевов зерна
субсидии составляют 300 тенге, или 2 доллара, тогда как затратная часть
оценивается в 100 долларов. Но и для того, чтобы получить свои 2 доллара с
каждого гектара, крестьянин должен приехать в акимат, сообщить, что он засеял
условно 10 гектаров, за что ему причитается 3000 тенге, а в случае применения
ресурсосберегающих технологий — 6000 тенге. Но тот факт, что такие технологии
действительно применялись, должен быть подкреплен многочисленными справками,
которые надо получить и предоставить, нужно не один раз потратиться на поездки
из села в районный центр, так что естественным образом возникает вопрос — «стоит
ли игра свеч?» Существует и проблема использования земли. Если собственник на
протяжении 3-5 лет не использует землю по сельхозназначению, ее могут изъять.
Чтобы этого не произошло, крестьянин заключает договор о сотрудничестве с
крупными компаниями на абсолютно невыгодных для себя условиях, отдавая им землю
под обработку. Других вариантов у него просто нет», — уверяет представитель
Союза фермеров Казахстана.
Финансирование
государственных программ в аграрной отрасли оказывается недостаточно
эффективным не в последнюю очередь и потому, что в республике отсутствует или в
недостаточных объемах развиваются такие важные направления АПК, как
производство кормов, удобрений, продукции для животноводства и растениеводства,
сельскохозяйственное машиностроение. На селе проживает почти половина жителей
Казахстана, из которых, по оценкам специалистов, 4 млн — это трудовое активное
население. Но при этом, указывают эксперты, не стоит забывать, что около 40%
этих людей — самозанятые, те, кто трудится в частных хозяйствах, а о высокой производительности
труда в таких условиях говорить не приходится.
Оценивая
перспективы аграрного сектора в свете создания Таможенного союза, эксперты
указывают, что Казахстан находится в худшем положении по сравнению с другими
государствами — участниками нового образования как с точки зрения технических
условий, так и в плане оснащенности техникой. Самую выгодную позицию, считает Владимир
ГРИГОРУК из Института экономики АПК и развития сельского хозяйства,
занимает аграрная отрасль Беларуси. Последняя в 2000 году импортировала 2 млн
тонн зерна, но уже на протяжении двух лет выходит на показатели
самообеспечения. При этом Беларусь экспортирует в Россию 2 млн тонн молока и
молочной продукции, 150 тыс. тонн мяса, экспортирует растительное масло, сахар,
а Казахстан, имеющий все ресурсы для производства этих продуктов, вынужден их
импортировать. «Беларусь создала агрогородки, отношение к ним различное, даже
критическое, но результат от этой политики есть. Сейчас мы возрождаем эту идею,
надо определить 600-1000 опорных пунктов и развивать там лучшую инфраструктуру,
чтобы люди из ближних окружающих сел могли приехать в больницу и сдать детей в
школу. Кстати, в Белоруссии технически переоснащено сельское хозяйство, а мы
пока используем старую технику, потому что она в свое время закупалась на 25
миллионов га зерновых, а теперь мы сеем только на 12 млн га», — отмечает г-н
Григорук.
Словом,
резюмируют эксперты, какие бы трудности, связанные с доминированием
мелкотоварного производства, аграрная отрасль ни испытывала сегодня, ее
цивилизованное развитие в будущем невозможно без укрупнения и создания крупных
форм хозяйства. Лишь таким образом удастся воссоздать индустриальное ядро
отечественного сельского хозяйства и получить шанс хотя бы сократить отставание
не только от коллег из дальнего зарубежья, но и от постсоветских государств, в
которых раньше осознали, что, поставив во главу угла частные интересы, далеко
не всегда можно добиться желаемых результатов.
Подготовила
Анна ШАТЕРНИКОВА
  Сайт газеты «Панорама»

По сообщению сайта Meta · новости дня