Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

СПАСТИ ЕВРОПУ

Дата: 07 января 2011 в 13:10

Фарида Галиева
Китай вновь удивил мир. Под занавес уходящего года премьер-министр КНР Вен Джиабао сделал громкое заявление о том, что его страна поддержит евро и Евросоюз в преодолении кризиса. Что означает это для мировой экономики и каковы последствия действий Пекина? Ответить на эти вопросы мы попросили Александра Лукина, специалиста по Китаю, профессора Московского госинститута международных отношений

— Заявление китайского премьера уже вызвало ажиотаж в мире — означает ли оно продолжение «финансовых войн», о которых говорил в прошлом году президент Бразилии Луис да Силва?
— Намерение Китая в данном случае и в самом деле выглядят беспрецедентно. Впервые страна с самыми большими валютными резервами заявляет о том, что она открыто и направленно будет поддерживать одну из мировых резервных валют. Хотя это не означает, что Китай «ополчился против доллара», это не так, доллар имеет для Китая такое же первостепенное значение, как и евро.
Однако это знаменует, что Пекин стал признанным мировым финансовым игроком и в новом десятилетии мы будем свидетелями того, что все важнейшие глобальные решения на финансовом рынке будут приниматься и осуществляться только с учетом позиции Китая и при его непосредственном участии. Но говорить о том, что Китай встал на чью-то сторону в пресловутой «финансовой войне», — это не совсем так. Повторюсь, Пекину нужна стабильность в мировой торговле, а не финансовые войны.
— Однако, говоря о поддержке евро и Евросоюза, премьер-министр Вен Джиабао имел в виду что-то конкретное, какие-то реальные действия?
— Здесь следует напомнить, что свое заявление премьер сделал во время посещения Греции. Уже сам этот визит означает весьма многое, так как в иных условиях он вряд ли бы состоялся. А здесь уже сам факт посещения премьера гигантского Китая маленькой Греции означает: мы в этой ситуации с вами, мы солидарны. И вот здесь-то премьер намеренно объявил: мы будем помогать Греции и Евросоюзу выйти из рецессии, мы будем продолжать покупать греческие ценные бумаги, мы поддержим структурные реформы в этой стране. Вот, собственно, и вся на сегодняшний день конкретика китайских действий в свете этого заявления. Но за ней — масштабная, хорошо разработанная программа, важные политические решения китайского руководства, изменение стратегического курса этой страны.
— Если учесть то, что Вы сказали, то эти изменения окажут решающее влияние на мир в наступившем десятилетии?
— Насколько это будет решающим, сказать не берусь, но во многом определяющим — это безусловно. Посмотрите на динамику роста влияния Китая в мире за последние десять-двадцать лет. Кто мог сказать в момент распада СССР, что Китай через двадцать лет будет одним из ведущих финансовых игроков, определяющих судьбу доллара? Никто. Никто тогда и не говорил об этом. Это казалось еще невероятным.
Да, тогда был рост экспорта китайского ширпотреба, но никто не думал о значении, например, китайского автопрома. Да, тогда Китай накапливал значительные золото-валютные резервы. Но кто мог предположить, что они станут такими огромными и что от покупки Китаем ценных бумаг различных стран будут зависеть судьбы всех мировых финансовых рынков? Тоже никто. Так что и сегодня никто не скажет, насколько действия Китая в отношении евро и доллара скажутся на общей финансовой ситуации в мире.
Стена валютного равновесия — Тем не менее Вы сами только что сказали об изменении стратегического курса Китая — значит, можно предположить хотя бы общие тенденции в мировых финансах? В чем, на Ваш взгляд, заключается этот пересмотр стратегического курса?
— Последние десятилетия показали, что надежды на США как на стабильного, предсказуемого мирового финансового, экономического «менеджера», если хотите, не оправдались. Я бы так сказал, что американская глобализация — очень, кстати, привлекательная с точки зрения развития мировой торговли и унификации мировых правил в финансовых отношениях — также не принесла ожидаемых плодов. У Китая и США здесь совершенно различные приоритеты.
Если для американцев мир по-прежнему остается полем для битвы и для стяжания прибыли во что бы то ни стало, то для Китая мир — это необозримая нива, на которой нужно возделывать и возделывать, продвигаясь вперед терпеливо и постепенно к своей цели — к своему, прежде всего, китайскому процветанию. До которого этой стране еще очень далеко. Поэтому Китаю, повторюсь, не нужны войны в принципе, никакие, и валютные не исключение.
— Но китайская экспансия — это все же не миф...
— Согласен. Но совсем другая тактика завоевания рынков — не захват или навязывание своих приоритетов, а постепенное и долгое «втягивание» рынков других стран в свою экономическую орбиту. А что получилось в последние три-четыре года? США в отчаянных попытках сохранить доллар в качестве единственной мировой резервной валюты затевают, похоже, реальную финансовую войну. Проводят несогласованную с другими игроками девальвацию доллара путем выпуска новой огромной партии денег. Это Китай никак устроить не может. Поэтому и было принято решение — не воевать с долларом, а просто попытаться сохранить мир путем поддержки евро и политики Евросоюза по выходу из рецессии.
— Но это, согласитесь, все равно участие в финансовой войне, причем на одной стороне против другой? Как бы это ни маскировалось миролюбивой риторикой. Ведь в Вашингтоне эти действия воспринимают именно так?
— Как отреагируют американцы, станет ясно в самом ближайшем будущем. Будет очень тревожно, если эта реакция окажется неадекватной. Если американское руководство вместо трезвого, сбалансированного курса будет придерживаться прежнего направления — поддерживать, прежде всего, банки с Уолл-стрит, свои хеджевые фонды в ущерб стратегии исправления финансовой политики. Нельзя все время получать огромные прибыли только из-за того, что ты считаешься самым большим, мощным и перспективным. Надо таковым оставаться на самом деле. А когда вокруг становится ясно, что ты во многом блефуешь, надо менять и стратегию, и тактику. Если американцы это вовремя поймут, тогда ситуация начнет исправляться. Если же нет — за дело все больше будут браться китайцы.
— И что это будет означать?
— Ну... прежде всего, что доллар будет неизменно отступать. Не стремительно, но постепенно. Что юань станет в недалеком будущем одной из резервных валют, что рынки таких стран, как, например, ваш Казахстан, все более «срастутся» с китайским, что мир на глазах вновь станет биполярным. А как все это будет жить и работать — посмотрим.

По сообщению сайта Новое поколение