Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

Казахстан-2011: референдум – что Это было или как Это будет?

Дата: 11 января 2011 в 15:10

Казахстан-2011: референдум – что Это было или как Это будет?

Казахстан-2011: референдум – что Это было или как Это будет?

 

Российские эксперты о дискуссиях вокруг идеи референдума о продлении полномочий Н. Назарбаева. Материалы экспертного круглого стола в ИАЦ МГУ. 8.01.2011.

Андрей Карпов: Я не уверен, что вся интрига вокруг референдума исчерпана заявлением Назарбаева. Думаю, в понедельник выступит господин Ертысбаев и внесет некоторую ясность, даже не своими комментариями, конечно, в них, как обычно будет не так много конкретики, а скорее общей тональностью выступления. Хотя, кому-то уже кажется, что козыри у сторонников этого сценария выбиты.

Но я бы предложил отвлечься от темы – зачем все это было нужно и поговорить о другом. Мне кажется, что в российской элите начали понемногу терять нить решений казахстанской элиты.

На смену стабильности и предсказуемости приходят какие-то незаконченные сценарии. Кажется, у Кремля есть желание спросить – «Барин, чего хотел-то?».

 Реплика Алексея Власова – А кто, по-твоему, на этот вопрос должен отвечать?

Андрей Карпов: Ну, я так понимаю, что АП. По референдуму надо четко разделить две составляющих – орг. вопросы и идеологическую конструкцию. Второе, конечно, важнее. Судя по всему, инициатором и застрельщиком «стратегии референдум — 2020» был Мусин.

 По крайней мере, идея заморозить ситуацию до 2020 года имела только один главный позитивный смысл – снималась интрига по срокам передачи власти. Во всех остальных позициях можно было обнаружить как плюсы, так и серьезные минусы. Но еще раз подчеркну – если бы идея референдума была доведена до логического завершения, то можно было бы предположить – есть План, но до поры до времени Ак Орда его не озвучивает, а теперь кому-то кажется, что и нет такого «пошагового плана». Ничего не решено и остаются сплошные вопросы. В имиджевом отношении все это смотрится достаточно странно.

Юлия Якушева: Один наш коллега уже предложил объяснение всемуНазарбаев стимулирует конкуренцию проектов в ближайшем окружении, но при этом играет свою партию, не стремится к тому, чтобы однозначно принять чужие правила игры. Игра может вестись только по «назарбаевским правилам». В конце концов, такого чувства правильного решения в нужный момент из постсоветских лидеров нет практически ни у одного из нынешних вождей.

Вот и сейчас он решил – выгоднее быть демократичным, идти на выборы, учитывая, что итог кампании-2012 будет абсолютно таким же как и результат референдума. Победа Назарбаева и так неизбежна, но сохраняется прежняя схема легитимации через выборы. Это снимает и вопросы со стороны внешних сил. Все-таки заявления Госдепа было непривычно жестким.

Алексей Власов – А я могу предложить другой сценарий. 2020 — не по воле депутатов, а волей народа. Подписи будут собраны, и решать вопрос надо будет исходя из иной ситуации – любви казахстанцев к Президенту, а не бюрократической инициативы группы придворных. Так что, не рано ли Андрей стал инициаторов референдума хоронить?

Игорь Макеев: Так ведь надо тогда повторять ход с законопроектом о статусе Елбасы. Или как иначе? Но я, кстати, согласен с Алексеем. Не будем делать поспешных выводов.

Опыт истории с продвижением «проекта Елбасы» подсказывает, что простых ходов здесь не делают. В этом, кстати, и проблема для Ертысбаева или Сатпаева – все труднее комментировать нелинейные решения. В России в схожей ситуации оказался Глеб Павловский. Чтобы теперь быть президентским соловьем надо каждый день бывать в кабинете 01 – в противном случае, многие прогнозы будут как пальцем в небо. Я, в принципе, согласен и с Юлей Якушевой – внешнее влияние может сказаться, но любовь и признание народа все равно выше прочих резонов. Так что есть вероятность – референдуму все-таки быть.

Но хороший вопрос – а что дальше? Для России тема Казахстана – не праздный вопрос, особенно учитывая реалии Таможенного Союза. Поэтому и собираются российские эксперты обсудить ситуацию в Казахстане. Для нас это очень важный вопрос. В любом случае главная задача Ак Орды обеспечить сохранение статус-кво, выиграть время для решения проблемы политического транзита от первого президента к преемникам, сохранить стабильность. Без и вне Назарбаева, в нынешней ситуации, это нереально. Не берусь судить о правовых моментах референдума, но с точки зрения реальной политики, это дальновидный шаг.

Андрей Карпов: Но ведь целое поколение казахстанских политиков выпадает из конкурентного поля. Неважно – на пять, десять, пятнадцать лет. Из политического процесса полностью уходит процесс соревновательности. Это опасно для системы, грозит дальнейшей стагнацией.

Алексей Власов: Андрей, Ну это какие-то сплошные штампы. Уже давно ясно, что выборы в постсоветских системах, в большинстве случаев, это способ легитимации Первого лица. Допустим, был бы это Путин или Ильхам Алиев – аргументация противников и сторонников была бы примерно той же. Другой вопрос, что эти десять лет надо с умом потратить на оформление политического наследства для будущих поколений. Проводить, возможно, и не очень популярные реформы в экономике, опираясь на высокий рейтинг доверия. Это своего рода шанс на обновление через стабильность. И дело уже не в Назарбаеве, а в принципиальной готовности элиты что-либо менять, сохраняя фигуру Елбасы как главного гаранта устойчивости самой системы.

Игорь Строков (РАГС): Если говорить о тенденции характерной для всего постсоветского пространства, то, безусловно, это тренд, связанный с дальнейшим ограничением реальной политической конкуренции, в угоду сохранению у власти правящих элит. Так было и в конце 90-х и в начале 00-х, но сейчас, особенно в России, Казахстане и Азербайджане, т.е. государствах с ресурсной экономикой эта линия прочерчена максимально рельефно. Не имеет принципиального значения, в какой форме эта модель будет реализована – российский тандем, азербайджанская «семья» или казахстанский вариант. Это – вторично, тактика, так сказать. Допустим, не было бы идеи с референдумом, было бы пожизненное президентство. Это ведь еще не самый радикальный из сценариев. Главное – что стоит за всеми этими шагами. На мой взгляд, это, прежде всего, обеспечение удобной формы сохранения статус-кво.

Элита, раздираемая внутренними противоречиями, может чувствовать себя относительно комфортно только при варианте с 01. Других моделей сохранения стабильности не просматривается. Поэтому отвечая на вопрос – а как надо реагировать на казахстанские инициативы, хочется напомнить коллегам, что и нам еще предстоит 2012 год с гораздо более судьбоносными решениями. Нет никакой необходимости драматизировать и пытаться оперировать категориями – демократично или не очень. Скажу так, Казахстану, равно как и России необходимо сделать прагматичный и эффективный выбор – это главное.

Исмаил Агакишиев (Вестник Кавказа). Здесь упомянули про Азербайджан. Но при всем сходстве некоторых обстоятельств, модели все-таки различны. Поэтому в чем-то казахстанская ситуация уникальна.Я думаю, что альтернативы Назарбаеву сейчас не существует и вопрос только в том, сохранять ли эволюционную модель с прежними сроками избирательных кампаний, либо объявлять десятилетний цикл без президентских выборов. И в том и в другом случае имя первого лица понятно абсолютно четко.

Те. выбор во многом носит тактический характер, ничего судьбоносного во всех этих инициативах нет. Гораздо важнее, на что будут потрачены ближайшие десять лет. Будут ли найдены ответы на новые риски и вызовы? Произойдет ли постепенное качественное обновление элиты? Это ведь те же вопросы, которые стоят и перед российским обществом. Отсюда и такой интерес к теме референдума. Дай, Бог, чтобы наши страны прошли этот сложный отрезок без потрясений.

Андрей Карпов: Так получается, что сегодня мы с Алексеем Власовым заняли принципиально разные позиции. Но я прошу прощения, что беру слово уже в третий раз – вопрос не в тактике. По этому поводу хорошо высказался Александр Цинкер: «независимо от того, по какому варианту пойдет продолжение этой законодательной инициативы, в треугольнике «народ-партия-президент» роль заступника демократических завоеваний, как это было и ранее, закреплена за лидером нации — президентом Казахстана Нурсултаном Назарбаевым».

Стоило ли тратить столько времени и сил, чтобы еще раз подчеркнуть демократичность Президента РК? Стоило ли рисковать, предлагая Елбасы столь неоднозначный проект, чтобы усилить свои аппаратные позиции на одну-две ступени? Думаю дело не только в этом, проблема гораздо глубже и носит она методологический характер – политическая конкуренция изживается в наших постсоветских системах как класс. Она становится абсолютно не нужным атавизмом. И куда теперь приложить свою энергию и амбиции Джандосову, Абилову, Туякбаю? Сколько лет им будет в 2020? Демократия несовершенна, но придумайте другую модель, которая могла бы обеспечить движение вперед. Без реальной конкуренции это невозможно.

Марк Нейварт: Думаю, что все позиции обозначены достаточно четко. Ссылки на российский опыт здесь тоже более чем уместны. Нам еще предстоит пройти трудный цикл 11-12 года и на проблемы партнеров надо реагировать, что называется, по уму. Референдум это инструмент. Не нужно абсолютизировать его значение. Роль Назарбаева в политической жизни РК вот ключевая позиция, от которой необходимо отталкиваться. Бывший Посол США в Казахстане Ричард Хоугланд заявил, что «для того, чтобы люди обладали голосом в своей стране, у них должен быть больший выбор, чем просто ответить «да» или «нет» на какой-то вопрос. Это должен быть выбор между различными идеями и различными личностями».

Но это абсурдная в постсоветских условиях позиция. Либо мы исходим из реального положения вещей, либо пытаемся строить политику по идеальным схемам, которые еще никогда не доводили до добра.

 

По сообщению сайта Zakon.kz