Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

Глава МВД Польши косвенно обвинил российских диспетчеров в катастрофе самолета Качиньского

Дата: 13 января 2011 в 11:50 Категория: Новости стран мира

Диспетчеры аэродрома под Смоленском должны были запретить экипажу Ту-154М президента Польши делать заход на посадку и сообщить летчикам о том, что сажать самолет нельзя, заявил в среду глава МВД Польши Ежи Миллер в эфире польского телеканала TVN24. «Реакция диспетчеров на попытку посадки должна быть однозначной», — цитирует Миллера ИТАР-ТАСС. Он также пообещал обнародовать записи разговоров диспетчеров перед крушением самолета.

Комментируя высказывания министра, эксперт, знакомый с ходом расследования, заявил журналистам: «Неоднократно было сказано, и сказано было аргументированно, что диспетчер не имел права запретить посадку Ту-154. Он имел право это сделать, если были бы препятствия в воздухе или на взлетной полосе, и самостоятельные действия экипажа это подтверждают».

Специалист также указал на то, что польская сторона с завидной регулярностью называет Окончательный отчет Технической комиссии Межгосударственного авиационного комитета (МАК), представленный накануне в Москве, «действиями российской стороны». «В данном случае польские официальные лица совершают серьезную ошибку, поскольку МАК является независимой региональной организацией», — сказал он. Расследование было поручено МАК с согласия обеих сторон — российской и польской. «Интересно, почему господин Миллер об этом забывает», — сказал эксперт.

Реконструкция катастрофы в отчете МАК

Отметим, ранее с аналогичными обвинениями уже выступал премьер-министр Польши Дональд Туск. В начале января он заявил, что авиакатастрофы не произошло бы, если бы не было принято решение идти на посадку. По словам Туска, если бы российские диспетчеры аэропорта «Северный» не разрешили посадку Ту-154, катастрофы бы не произошло.

Польская сторона считает, что доклад о катастрофе президентского самолета, сделанный Международным авиационным комитетом (МАК), не является объективным, поскольку ответственность за аварию лежит в том числе и на диспетчерах аэродрома «Северный».

Впрочем, Миллер накануне также отметил, что Варшава также ведет собственное расследование авиакатастрофы, выводы которого будут более жестким по отношению к польской стороне, чем выводы, представленные МАК.

Напомним, накануне МАК передал Польше окончательный отчет о причинах крушения самолета Ту-154 президента Польши Леха Качиньского. Полный текст отчета (в формате .pdf) опубликован на сайте МАК. Кроме того, авиационный комитет показал журналистам ВИДЕОреконструкцию крушения самолета. Этот видеоролик впоследствии разошелся по интернету.

Реакция польской стороны последовала сразу же после обнародования отчета. «Доклад возлагает всю вину на польских пилотов без каких-либо доказательств... Доклад — это насмешка над Польшей», — сказал брат-близнец погибшего президента Польши Ярослав Качиньский.

Специальный представитель Польши при МАК Эдмунд Клих заявил, что хоть в целом доклад МАК соответствует правде, но является неполным и содержит ошибки. «Было сказано, что если бы экипаж выполнил команду «Горизонт», то они могли бы безопасно уйти, что неправда. Команда была подана слишком поздно, и шансов уйти уже не было», — сказал Клих.

Также Клих считает, что в докладе не описывается роль диспетчеров в башне на смоленском аэродроме, которые, по его мнению, подавали ложные команды. И не установлено, как это произошло, то ли из-за ошибочных данных, то ли из-за плохой подготовки диспетчера, сажавшего самолет.

Между тем, роли диспетчера в окончательном докладе была отведена целая глава. Польская сторона полагает, что руководитель полетов не только не закрыл аэропорт для президентского борта, но и дезинформировал экипаж, постоянно заявляя ему по радиосвязи о том, что машина находится «На курсе и на глиссаде». По мнению же российских экспертов, руководителю полетов можно было бы предъявлять претензии лишь в том случае, если бы в его смену разбился российский пассажирский самолет, экипаж которого, согласно внутренним инструкциям, подчиняется диспетчеру. В случае же захода на посадку международного, к тому же правительственного борта, решение о посадке принимает только его командир, а диспетчер, выполняя его требование, лишь докладывает экипажу метеообстановку и обеспечивает свободную полосу. Недостоверные же заявления руководителя полетов о положении снижавшейся машины в пространстве, по мнению специалистов, тоже объяснимы — сотрудник наземной службы «видит» самолет не с точностью до метра, а в неком довольно широком «коридоре», из которого борт N 101 действительно не выходил. Предполагается, что точный расчет траектории делает экипаж, ориентируясь на собственное навигационное оборудование, а диспетчер только помогает ему, пишет «Коммерсант».

Комментируя замечания поляков, эксперты отметили, что все они носили в основном не технический характер, а были «направлены на установление ответственности» россиян, связанных с организацией полета. По мнению экспертов, это противоречит цели расследования, которое выполнялось для установления причин катастрофы, а не для определения ее виновников. Ответственность за катастрофу, по мнению МАК, должны определить польские и российские правоохранители. Как пояснил официальный представитель СКП Владимир Маркин, после изучения отчета МАК следствие назначит авиационно-техническую судебную экспертизу, допросит свидетелей и проведет другие следственные действия, по результатам которых будут установлены причины катастрофы и лица, виновные в этом происшествии.

МАК не комментирует реакцию Польши на свой доклад. На пресс-конференции в Москве председатель МАК не стала исключать, что польская сторона может потребовать проверки полученных исследований. «Если будет независимый аудит, то комиссия и эксперты готовы предоставить полные и компетентные разъяснения», — сказала Татьяна Анодина.

При этом, добавила она, результаты окончательные и польская сторона не имеет возможности «отклонить» их или «принять», так как такой процедуры не предусмотрено.

Всем, кто хочет услышать фамилии виновных, глава МАК посоветовала дождаться результатов расследования следственного комитета. В ближайшее время туда будут переданы все материалы и вещественные доказательства, в том числе и обломки самолета.

Москва и Варшава расследуют обстоятельства трагедии параллельно на основе норм, закрепленных в Международной конвенции о гражданской авиации 1944 года (Чикагской конвенции). Наряду с МАК и польской правительственной комиссией делом занимаются прокуратуры двух стран.

Реконструкция катастрофы в отчете МАК

Как было установлено экспертами, Ту-154М президента Польши Леха Качиньского, перевозящий правительственную делегацию из Варшавы на траурные мероприятия в Катынь, должен был приземлиться 10 апреля 2010 года около 11 часов в аэропорту Северный. Однако после того как польский борт пересек границу с Белоруссией и попал в зону ответственности российских диспетчеров, экипажу сообщили по радиосвязи, что Северный не может принять его. Над Смоленском в то утро нависли плотные низкие облака, сквозь которые невозможно был разглядеть огни посадочной полосы, а современной навигационной системой ILS, позволяющей самолетам садиться в автоматическом режиме, военный аэропорт, имеющий кодовое обозначение «Корсаж», оборудован не был.

Узнав о том, что командир борта PL101 свободно говорит по-русски, смоленский диспетчер передал ему: «На «Корсаже» туман. Видимость 400 метров. Условий для приема нет». Однако польский самолет продолжил движение к Смоленску.

Как следует из результатов расследования, после разговора с диспетчерами командир переключился на другой радиоканал, связавшись с экипажем другого польского правительственного самолета — Як-40, перевозившего членов той же делегации рангом пониже и благополучно приземлившегося на Северном двумя часами раньше. По мнению российских экспертов, пилот Як-40 внес свою лепту в трагедию, сообщив коллеге, что погодные условия на «Корсаже» действительно тяжелые, но попробовать посадку можно. После разговора с ним командир Ту-154М Аркадиуш Протасюк снова связался с диспетчером Северного и запросил так называемый пробный заход вместо того, чтобы сразу уходить на Витебск или Минск.

Как установили эксперты, польский летчик, хотя и обладал высокой квалификацией, не имел возможности постоянно «поддерживать форму» в экстремальных ситуациях, например, совершать посадки вручную в сложных погодных условиях. Другой проблемой пилота, как установили уже психологи, была его неспособность отстаивать собственную точку зрения среди подавляющего большинства. Иначе говоря, летчик любыми способами старался избегать конфликтов. В итоге, после того как в кабину поочередно зашли директор дипломатического протокола МИД Польши Мариуш Казана и главком ВВС Польши Анджей Бласик, оказавшийся к тому же в состоянии легкого подпития (в крови погибшего генерала было обнаружено 0,6 промилле этилового спирта), и дали экипажу понять, что уход на запасной аэродром будет политически неверным, командир Протасюк, как полагают эксперты, пережил тяжелое нервное потрясение.

Оказавшись в состоянии стресса, пилот начал совершать одну ошибку за другой. Подлетев к Смоленску, он получил разрешение от руководителя полетов только на снижение до стометровой высоты принятия решения с обязательным уходом на второй круг в том случае, если на этом уровне не будет видна земля. «Посадка дополнительно», — предупредил диспетчер, давая таким образом понять, что разрешение на приземление нужно будет запрашивать у него повторно. Однако пилот Протасюк, подтвердив получение команды словами «Так точно», начал совершать посадку в полностью автоматическом режиме, доверив автоматике управлять положением машины в пространстве и тягой двигателей, что стало, по мнению экспертов, его первой ошибкой.

В аэропортах, не оборудованных точными системами посадки, на которые может сориентироваться навигационное оборудование самолета, выстраивать траекторию посадки разрешается только вручную. Как следствие, в начало наклонной посадочной прямой-глиссады Ту-154М не вписался, оказавшись значительно выше. Чтобы скорректировать ошибку, экипажу пришлось задать машине скорость снижения порядка 8 м/с, вдвое превышающую разрешенную. Роковую роль в трагедии сыграли и данные высотомеров самолета, показывающих экипажу высоту летящей машины. Радиовысотомер, фиксирующий расстояние до земли по отраженному сигналу, дал недостоверные показания из-за глубокого лога, расположенного под траекторией снижения. Барометрический же высотомер, ориентирующийся на изменение атмосферного давления с набором высоты, кто-то из членов экипажа случайно сбил сам, выставив на нем нормальное давление 760 мм ртутного столба вместо реальных 745 мм.

Пилоты, как полагают эксперты, должны были обратить внимание на огромную вертикальную скорость и путаницу с высотами. Наконец, они, как установили специалисты, проигнорировали неоднократные голосовые предупреждения системы TAWS, сообщавшей об опасном сближении с землей, а на последнем этапе «кричавшей» им «Pull up!» («Тяни вверх!»). Однако они, по всей видиомсти, смотрели не на пульт управления, а в лобовое стекло, рассчитывая увидеть землю, скрытую под плотным слоем облаков. Когда земля, наконец, показалась, было уже поздно — задев крупную березу, машина с оторванным левым крылом перевернулась вверх колесами и врезалась в землю.

В отчете содержатся четыре страницы рекомендаций для 36-го спецполка ВВС Польши, летчики из которого управляли Ту-154. В частности, отмечается, что члены экипажа не проходят подготовку на тренажерах, также в полку не проводится спецподготовка перед особо важными полетами.

Кроме того, по словам главы МАК Татьяны Анодиной, специалисты МАК после случившегося под Смоленском пришли к выводу о необходимости на международном уровне разработать запрет на нарушение «стерильности кабины» — нахождение в кабине пилотов посторонних лиц: «Мы считаем целесообразным запрет на нахождения в кабине экипажа посторонних лиц и закрепления этого положения на законодательном уровне».

Каталог NEWSru.com:
Информационные интернет-ресурсы

По сообщению сайта NEWSru.com