Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

Умида Ниязова: Репрессии в узбекских тюрьмах могут породить ответную жестокость

Дата: 18 января 2011 в 11:40 Категория: Происшествия

CA-NEWS (UZ) — Смерть заключенных в местах лишения свободы становится обыденным явлением для узбекской пенитенциарной системы, несмотря на явные факты целенаправленного насилия в отношении осужденных.

Новостная Cводка Центральной Азии (NBCA)

Умида Ниязова, 17 января 2011

4 января, по сообщению узбекской службы RFR/RL, из колонии № 64/46 города Навои, на юго-западе страны, родственникам привезли тело Улугбека Гофурова, который внезапно скончался после 11-летнего заключения.

32-летний Улугбек Гофуров был осужден в 1999 году за антиконституционную деятельность на 12 лет лишения свободы. Известно, что за пятнадцать дней до смерти Гофуров был этапирован в зону Навои из колонии Жаслык 64/71, что на северо-западе страны, в 1000 километрах от Ташкента, которая известна своей жестокостью и пытками.

Реальную причину смерти заключенного Гофурова установить невозможно. Узбекская тюремная система, как и положено в тоталитарной стране, совершенно закрыта для какого-либо общественного контроля.

В ноябре в Жаслыкской колонии произошли массовые избиения заключенных, после чего многие из них в знак протеста объявили голодовку.

Между тем, количество смертей в узбекских тюрьмах становится чудовищным. По данным Сурата Икрамова, руководителя Инициативной группы независимых правозащитников (ИГПНУ) из Ташкента, в 2010 году от вероятных пыток в местах заключения умерло 39 человек.

Почти все они были осуждены по так называемым «религиозным статьям». По подсчетам ИГПНУ, на сегодняшний день в узбекских тюрьмах по таким статьям отбывают различные сроки почти десять тысяч человек.

Известный факт, что отношение к религиозным и политическим заключенным в местах лишения свободы в Узбекистане отличается особой жестокостью. Кроме того, такие осужденные редко бывают амнистированы. Администрация и сотрудники колоний воспринимают эту категорию заключенных как особо опасных людей для общества, как «врагов народа» и «врагов президента».

Каждый осужденный по 159-й (антиконституционная деятельность) или 244 (создание и участие в религиозной организации) статьям Уголовного кодекса Узбекистана воспринимается как опасный экстремист и потенциальный террорист.

Однако из своего опыта наблюдения за многочисленными судебными процессами и анализа приговоров судов я не могу найти ни одного доказательства тому, что это представление имеет хоть какие-либо основания.

На каждом судебном «религиозном» процессе, за которым мне приходилось наблюдать (а их не менее пятидесяти), испуганные подсудимые рассказывали о том, как их пытали.

Если судили большую группу, то основанием для ареста часто являлся лишь факт того, что они были знакомы, являлись соседями, встречались на каких-либо общественных мероприятиях, как свадьба или похороны. Другим весомым доказательством являлось то, что подсудимые прочитали какую-либо религиозную книгу да еще посмели обсудить в небольшой группе свои религиозные взгляды.

Нередко на судах измученные «экстремисты» молили суд о справедливости, просили прощения у узбекского народа и президента. Но это не спасало их от осуждения на многолетние сроки.

В августе 2010 года был осужден к 11 годам 1 месяцу и 5 дням лишения свободы за антиконституционную деятельность, создание и участие в экстремистских организациях 56-летний Гайбулло Жалилов. Он являлся членом Общества прав человека Узбекистана и занимался мониторингом права на конституционно закрепленную свободу вероисповедания.

Правозащитник был осужден на основании показаний следователя, проводившего расследование, троих оперативных сотрудников, подчиняющихся данному следователю, и показаниям нескольких заключенных, которые уже отбывали свои сроки и даже не были приглашены в суд.

Печальным фактом является то, что мы, правозащитники, не имеем ни малейшей возможности воздействовать на ситуацию. Многочисленные доклады и обращения в международные организации, заявления и призывы к демократическим государствам от узбекских правозащитников, возможно, услышаны, но результата не дают. Пенитенциарные учреждения закрыты для независимого мониторинга.

Сейчас правительство Узбекистана должно задуматься над тем, что репрессивные меры в отношении религиозных заключенных не приносят никаких результатов. Но есть опасность, что неоправданная жестокость, наоборот, может породить ответные акции.

Умида Ниязова, руководитель Узбекско-германского форума по правам человека, Берлин.

Данная статья была подготовлена в рамках проекта «Новостная сводка Центральной Азии», финансируемого фондом National Endowment for Democracy.

По сообщению сайта Центральноазиатская новостная служба