Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

Самобытная коррупция

Дата: 18 января 2011 в 16:30

Мария Селиванова, экономический обозреватель «РИА Новости»
Борьба с коррупций, судя по анонсируемым поправкам в законодательство, станет одной из главных задач российской власти в 2011 году. Однако стандартные способы борьбы с этой напастью в России не работают. Несмотря на все усилия государства, необходимость платить мзду преследует россиянина всю жизнь: от детского сада до похоронного бюро

В начале декабря глава администрации президента РФ Сергей Нарышкин заявил, что администрация подготовила новые изменения в антикоррупционное законодательство. Они предусматривают привлечение к ответственности по отдельной уголовной статье посредников во взяточничестве. Чуть раньше президент Дмитрий Медведев высказался, что штраф для взяточника должен быть кратным. Размер штрафа будет зависеть от суммы взятки и тяжести последствий преступления. Максимальный размер — стократная сумма взятки.
За девять месяцев 2010 года, по данным Генпрокуратуры, выявлено почти 180 тысяч нарушений законодательства в сфере коррупции. По данным Генпрокуратуры, наиболее коррупционными являются сферы госзакупок, лицензирования и реализации федеральных целевых программ. В этот список входит также нецелевое использование бюджетных средств и государственного и муниципального имущества.
Почему же разнообразные шаги, направленные на борьбу с коррупцией, не дают в России ощутимого результата? К примеру, обязали чиновников и депутатов российского парламента предоставлять декларации о собственных доходах и доходах членов семьи. В итоге часть отчитавшихся показала минимальный уровень благосостояния (к примеру, депутатскую зарплату), а владельцами «заводов, газет и пароходов» оказались родственники. Особенно думцам повезло с женами: доход многих из них в разы превышал заработки супруга. Проконтролировать соотношение доходов и расходов министров и парламентариев не удалось: вопросов больше, чем ответов.
Получается, декларирование как способ борьбы с коррупцией в России не сработало.
Понятие «конфликт интересов» в России практически не используется, что способствует расцвету коррупции.
Подписание разнообразных конвенций также не уменьшило число взяток. Конвенцию ООН против коррупции Россия ратифицировала. Правда, исключив из нее статью 20, которая дает понятие термину «незаконное обогащение». Хотя ратифицировать нужно было в первую очередь именно эту статью, считает директор российского отделения Transparency International Елена Панфилова.
Конвенцию Совета Европы об уголовной ответственности за коррупцию Россия также ратифицировала. Соблюдение этих правил позволяет более-менее эффективно бороться с коррупцией в большинстве стран мира. Но не в России.
Дело в том, что все эти меры, а также различные этические кодексы, кодексы корпоративного поведения, виды уголовного наказания способны бороться лишь с классической коррупцией, полагает Панфилова. Классическая же коррупция — это использование служебного положения в личных целях.
«Российская коррупция ничего общего с классической не имеет», — говорит Елена Панфилова. В РФ доля «классических» коррупционных преступлений не превышает 20 процентов, подсчитали в Transparency International.
За последние двадцать лет российская коррупция приобрела форму «коррупционного вымогательства».
Это ситуация, когда не гражданин или бизнесмен подкупают чиновников, а государственный чиновник приходит и требует с гражданина или бизнесмена то, что ему нужно, объясняет Панфилова. Будь то деньги или «кусочек» бизнеса — не важно. Бороться с таким видом коррупции стандартными методами невозможно.
Ситуацию ухудшает то, что у чиновников нет понимания ответственности и представлений о важности репутации публичных лиц, добавляет Кирилл Кабанов, председатель Национального антикоррупционного комитета.
Побороть «коррупционное вымогательство», как считают эксперты, можно только тогда, когда этого захочет все общество — каждый человек, а не отдельные члены общественных организаций. «Пока в обществе не проявится обостренное чувство справедливости, ситуация не изменится», — уверен Кабанов. Сегодняшнее положение дел — результат согласия общества и показатель его инфантильности.
Еще одним необходимым условием эффективной антикоррупционной борьбы могла бы стать заинтересованная группа из числа российской элиты.
Реальная конкуренция в политике (в том числе и на выборах), экономике, средствах массовой информации — важный шаг в борьбе с коррупцией, говорит Панфилова.
Ужесточение наказания за коррупционные преступления ситуацию не исправит, потому что те, кто призван бороться с коррупцией, чаще всего лишь имитируют эту борьбу. «80 процентов наказанных за дачу взятки — это автомобилисты на дорогах, — утверждает Кабанов. — По статистике Генпрокуратуры, главными коррупционерами в стране являются не чиновники, а врачи, учителя и милиционеры, что в действительности не так».

По сообщению сайта Новое поколение