Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

Пафос безнаказанности

Дата: 28 января 2011 в 18:20

Пафос безнаказанности

Высокий статус, который в других странах побуждает политиков и чиновников отвечать за провалы должностями, нашими начальниками воспринимается как гарантия того, что держать ответ будут не они.

При любом несчастье первое, что инстинктивно делает любой российский большой начальник, – ищет, на кого бы свалить вину.

Большого начальника как раз и узнают по тому, что ему доверено (или молчаливо позволено) самому отыскать и предъявить виновников из числа собственных подчиненных.

Недосмотревших за террористами транспортников выявляет и наказывает сам же министр транспорта, работников милиции – министр внутренних дел, а проштрафившихся сотрудников ФСБ – директор этого авторитетного ведомства. Именно так были сформулированы поручения президента, и самой постановкой задачи Игорь Левитин, Рашид Нургалиев и Александр Бортников оказались не среди тех, с кого могут взыскать, а среди тех, кто сам будет взыскивать с других.

Ничто, разумеется, не мешало этим чиновникам уйти в отставку и по собственному почину. Или хотя бы публично повиниться, попросить прощения у пострадавших. Многое, очень многое должно было бы подталкивать их именно к этому. И чувство ответственности лиц, занимающих должности политического уровня. И необычайная длительность пребывания некоторых из них на своих постах (Нургалиев руководит МВД семь лет, и ни один год не обошелся без крупных терактов). И, наконец, генеральская честь и обласканность высшими наградами (Бортников – кавалер ордена «За заслуги перед Отечеством» двух степеней, орденов «За военные заслуги» и Почета, шести медалей). Не говоря уже о том, что именно отставки, а не чего-либо другого, требует от них общественное мнение.

Но в том-то и суть. Тот высокий статус, который в других странах побуждает политиков и чиновников отвечать за несчастья и неудачи должностями, нашими чиновными магнатами воспринимается диаметрально противоположным образом – как гарантия того, что держать ответ за любые профессиональные провалы будут не они, а их подчиненные. Не министерское это дело – за что-то там отвечать.

В комплекте привилегий, прилагающихся к высшим должностям, безответственность, безнаказанность и право на некомпетентность – одни из самых ценимых. Номенклатурное чутье должно вовремя подсказать заинтересованным лицам, кому и в каких ситуациях можно этими привилегиями воспользоваться, а кому нет. Когда ошибаются, их поправляют.

Скажем, попытку домодедовского менеджмента переложить вину на силовиков быстро и сурово пресек лично президент Медведев. «…И чтобы я не слышал больше этих слов со стороны руководства крупных транспортных предприятий: «Мы за это не отвечаем, за это отвечает милиция или еще кто-то». Если люди, берущие в свои руки организацию транспортного процесса, рассуждают таким образом, это в высшей степени безнравственно». Это, что называется, не в бровь, а в глаз.

«В высшей степени безнравственно» уклоняться от наказания тем, кто чином не вышел. Ну а те, кто вышел – так они же право имеют. Им уклоняться – нравственно. В любых точках страны и в любых ситуациях.

И удивительно ли, что градоначальница Петербурга после каждой гибели человека от обрушения снежных завалов, от падения сосулек или под колесами снегоуборщика винит кого угодно, только не себя и не прочих руководителей вверенного ей города? Очередные ее обещания «выявить и наказать по всей строгости» всегда подразумевают только мелких исполнителей – чиновников низового звена, глав подрядных организаций, менеджеров торговых сетей. Хотя все они либо официально назначены, либо неофициально, но плотно контролируются тамошней городской властью – точно таким же образом, как федеральные силовые министры в свое время отбирали и назначали тех своих подчиненных, которых сейчас примерно наказывают, а самих этих министров, в свою очередь, ставили на должности премьер с президентом.

Отказ министров, губернаторов и прочих лиц, занимающих политические, по общепринятым меркам, посты, нести хоть какую-то политическую ответственность, они сами могли бы объяснить (если бы рискнули объясняться на такие скользкие темы) уникальным устройством нашей системы. Ведь идея властной вертикали подразумевает всего одну политическую должность в стране, президентский пост, а все прочее начальство, включая самое высокое – это только назначенцы, и не более того.

Но тем легче, казалось бы, президенту просто уволить проваливших работу министров. Популярный аргумент, что Медведев не может это сделать без позволения Путина, действует тут не вполне, ведь инициативу обновить высший силовой эшелон мог бы взять на себя и сам Путин, но он ничем подобным никогда не увлекался. И в особенности в те годы, когда был официальным первым лицом.

Дело в том, что реальная вертикаль нисколько не похожа на вертикаль идеальную. Подлинная вертикаль власти – это совокупность бесчисленного множества соглашений между номенклатурными кланами и коммерческими группами. Соглашений, закрепляющих раздел должностей и сфер интересов и освобождающих бюрократию и спаянный с ней бизнес от всех форм ответственности перед простым народом.

Именно поэтому любые серьезные кадровые перемены в такой системе – вещь до предела сложная и хлопотная. Если и предпринимаемая, то ради больших аппаратных целей и очень серьезных денег, а не из-за таких второстепенных вещей, как чья-то профессиональная беспомощность или жертвы среди рядовых людей.

Пока вертикаль стояла прочно, должностное благополучие тех, кто был в ней прописан, не могли поколебать никакие теракты и никакие другие бедствия. Душить прессу и не наказывать чиновников – таков был в нулевые годы универсальный ответ властей на любые несчастья и собственные провалы.

Сейчас, когда вертикаль входит в фазу разложения и растущей общественной критики, такое уже не проходит. На смену этакой нахрапистой дерзости, с которой любых провалившихся начальников, не обращая внимания ни на чьи протесты, сохраняли на хлебных должностях, приходит банальная политическая трусость.

Из чиновников послабее отбираются и выставляются на позор козлы отпущения, обличаемые своими же вчерашними покровителями с каким-то особым пафосом и азартом.

Но осознание собственной ответственности и страсть сваливать ответственность на других – это совершенно разные чувства. Такие же разные, как реальное обновление силовых структур и те чиновно-бумажные перетасовки, которые сейчас преподносятся в качестве ответа на домодедовский теракт.

По сообщению сайта Газета.ru