Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

Ельцин как предчувствие

Дата: 01 февраля 2011 в 23:40

— 1.02.11 20:24 —

Уныло предсказуемое ТВ непредсказуемо лишь в одном – в трактовке жизни и судьбы людей, творивших историю. Еще вчера вся пропаганда была настояна на клюкве лихих 90-х, где главным злодеем значился Ельцин, а уже сегодня в день своего 80-летия, Борис Николаевич зачислен в реформаторы и спасители отечества.

За последние десять лет образ Ельцина значительно потускнел. Сразу после отставки он трактовался с осторожным хамством. Россия стыдилась своего первого президента, как стыдятся на свадьбе молодых подгулявшего пожилого родственника. Через несколько лет стереотип поменялся. Новое лекало для увековечивания Б.Н. выглядело примерно так: дедушка пишет мемуары, дышит воздухом и млеет от воспоминаний однокашников о том, как в институтские времена они пили водку по кругу из ночного горшка.

И вот – очередной поворот круга. В день рождения «дедушки» сам Медведев открывает в Екатеринбурге памятник Ельцину, а это значит, что привычная парадигма резко меняется. Борис Николаевич вмиг становится главным героем экрана. В обилии материалов поражает их непривычно высокое качество. Нет ни одного проходного сюжета или фильма, нет случайных свидетельств, нет привычной юбилейной пошлости. Образ, очищенный от идеологической тенденциозности и шелухи мифологических напластований, приносит массу сюрпризов. Он решительно меняет привычный политический контекст. Масштаб личности Ельцина таков, что на его фоне скукоживаются, мельчают последующие президенты.

Человек-загогулина (воспользуемся его терминологией) был всякий-разный: мог крепко выпить, любил покрасоваться в тоге царя Бориса, не всегда отличал друзей от врагов, нередко впадал в жестокость и несправедливость. Но в нем, при всей хитрости простого русского мужичка райкомовского разлива, неизменно присутствовала искренность и страсть. Медведев только удачно сформулировал лозунг дня: «Свобода лучше, чем несвобода», а Ельцин жил по этому принципу – чего бы это ни стоило и ему, и стране.

Образ «обновленного» Ельцина на уровне видеоряда обрамлен двумя длинными проходами: в начале карьеры, когда он, положив на стол партбилет, покидает съезд компартии, и в конце – когда он покидает свой кабинет в Кремле со словами: «Я ухожу». Сегодня и то, и другое трактуется как победа.

Ельцинский юбилей вывел на экраны людей из его окружения, мягко говоря, неэкранных. И они тоже выглядят крупнее, значительнее, чем типичные представители нынешнего политического класса. Даже всесоюзный аллерген Чубайс, сколь обычно победительный, столь и осторожный, пустился в откровение: «Да, я был против того, чтобы Путина назначили председателем правительства, я был против того, чтобы Ходорковский сидел в тюрьме. Ну и что?». По ельцинским временам – ничего, сущий пустяк; по путинско-медведевским – почти что оппозиционный акт на федеральном канале.

Наверное, юбилейные торжества не стали бы такими пронзительными, если бы на авансцену не вышла Наина Ельцина. Ее теплота и открытость; умение слушать и слышать; безупречная точность интонации, слов, фраз; её интуиция и такт поражают воображение. А чего стоит сцена на госдаче в Барвихе! Она впервые впустила сюда корреспондента. В углу кабинета стоит небольшой черный чемодан, который Б.Н. принес домой в тот самый день ухода из Кремля. «Что там?» — спрашивает корреспондент. – Не знаю, — отвечает Наина Иосифовна, — мне все еще больно прикасаться к его вещам… Время не лечит».

Трудно сказать, почему именно сегодня она решила выйти из тени. Но спасибо, что она это сделала. Такой любви и нежности – в одно легкое касание, взглядом зрачками внутрь, неуверенным жестом, говорящим молчанием – мы еще на экране не видели. Наина Иосифовна не осмелилась сказать то, что сказал Черномырдин. Запись, судя по всему, была сделана в последние дни его жизни. Виктор Степанович очень худой, с горящими глазами, собрал, кажется, все силы, чтобы люди запомнили кардинальное: «Ельцина совершенно не знают в нашей стране. Он еще вернется».

Главный смысл юбилея – Ельцин как предчувствие, как возможность другого взгляда на жизнь, другого мироустройства.

По сообщению сайта Газета.ru