Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

Михаил Поживанов: Хочу набраться опыта, как получать политическое убежище

Дата: 04 февраля 2011 в 20:50 Категория: Новости политики

Михаил Поживанов: Хочу набраться опыта, как получать политическое убежище

Предоставив защиту Богдану Данилишину, Чехия создала прецедент для других чиновников из блока Тимошенко. Теперь убежище на Западе собирается просить Михаил Поживанов, заместитель Данилишина в Минэкономики, а еще ранее — руководитель Госкомрезерва в правительстве Тимошенко. Именно этот период его жизни в течение 2008 года находится сейчас в центре внимания следствия. Сами члены блока Тимошенко ситуацию с Данилишиным и Поживановым оценивают по-разному. Если Данилишина называют жертвой обстоятельств, не должен был идти по науке на министерскую работу, то в невинности Поживанова не убеждены даже собственные однопартийцы. Поживанов говорит, что живет в столице одного из европейских государств, где арендует квартиру. Об этом он сообщил в интервью ресурсу «Украинская правда».

Почему вы сейчас скрываетесь за рубежом?

— Не могу сказать, что я скрываюсь. Примерно в конце лета 2010 года я нашел работу за границей и начал там работать в западной компании, занимающейся девелоперскими проектами.

Очевидно, это требует знания иностранного языка?

— Я свободно владею английским. Наши Министерства иностранных дел и внутренних дел давали мне все справки для того, чтобы здесь трудоустроиться. Я собирал свои дипломы, докторскую диссертацию, соответствующим образом заверял их в органах власти. МВД предоставило справку, что я не судим, не привлекался к ответственности, не числюсь в розыске. Где-то в июле я собрал все документы, а 6 сентября у меня начался пятилетний контракт, я получил разрешение на постоянное пребывание в этой стране. То есть я стал почти резидентом этой страны. И сейчас я являюсь менеджером трех крупных девелоперских проектов, и над ними работаю.

Какая это недвижимость?

— Коммерческая. Гостиницы, офисы, огромный торговый центр ...

Каким образом вы получили эту работу?

— Путем открытого конкурса.

Вы ничего не инвестировали в эту фирму? Например, как сделал экс-мэр Москвы Лужков — купил какую-то фирму в Латвии, и пытался на этом основании получить право на проживание в этом государстве…

— Нет, я свои деньги не вкладывал в этот бизнес, я работаю по закону о служащих. Не государственного служащих.

Какую вам платят зарплату?

— 6 тысяч евро.

Почему вы не хотите назвать страну, в которой вы сейчас находитесь?

— А зачем? Думаю, что она станет известна очень быстро. Мне очень неприятно делать для компании, в которой я работаю, такую рекламу.

Ваши коллеги на новой работе знают, что в Украине вы объявлены в розыск?

— Я вынужден был им об этом сказать, конечно. Они восприняли это с сочувствием и сказали, что надеются, что все будет хорошо, что мы сможем найти защиту. Я сказал, что я вынужден искать защиту.

То есть вы будете обращаться за получением политического убежища, если вас объявят в розыск по линии Интерпола?

— Если станет такой вопрос — конечно. Возвращаться в страну, где нет реального истинного правосудия, я не желаю. Сегодня я имею разрешение на работу и на постоянное пребывание в этой стране. Это такой вкладыш, который не является паспортом гражданина, но это документ, в котором все расписано. Даже в аэропортах я прохожу без нашего паспорта. Скажу откровенно, я до сих пор не знаю, в чем заключается процедура получения политического убежища в той стране, где я сейчас нахожусь. Я не собирался его брать и мне искренне не хотелось бы его получать. Но если другого пути не будет ... Один из моих сыновей остался в Украине. Он живет в квартире, где я зарегистрирован, и ежедневно уносит почту. Так вот, ни одного приглашения за все это время не было в прокуратуру, ни одной повестки — ни как свидетеля, ни как обвиняемого. Однажды где-то в ноябре мне звонили из Генпрокуратуры, и сын сказал, что передаст мне эту информацию. Я с ним разговаривал, и он говорит, это выглядело как шутка. Позвонили, он сказал, что отца нет. Спрашивает: «А кто звонит?» — «Из генпрокуратуры». «Что передать отцу?» — «Передайте, пусть позвонит к генеральному прокурору», и положили трубку.

Михаил Бродский еще полгода назад говорил, что вы вместе с руководителем Укравтодора Гуржосом уехали из Украины. Вы уже тогда чувствовали, что у вас будут проблемы?

— В июне я сделал операцию в Австрии на желчном пузыре, и действительно выезжал за границу недели на три.

Это недешевая операция, а вы работали на государственной службе замминистра экономики, руководителем Госрезерва. На какие средства вы делали операцию?

— Действительно, я заплатил около 8 тысяч евро. Но, например, в 2005 году мой задекларированный доход составлял около 24-25 миллионов. Я занимался бизнесом в сфере недвижимости, земельных отношений в то время, когда это было возможно.

Какой был ваш самый известный проект?

— Их много было. Например, в Киеве на Воздвиженке один из домов построен нашей компанией, он даже оформлен на меня лично. И вчера был полностью арестован решением наших правоохранительных органов.

Если вы не чувствуете за собой вины, то было бы правильно приехать в Украину, дать показания и доказать свою правоту…

— Посмотрите на все последние примеры — что происходит с Тимошенко, с Луценко, с исполяющим обязанности министра обороны Иващенко, с Корнейчуком, я уже не говорю о Макаренко, Диденко и других. У нас сегодня нет правосудия. Я общаюсь с людьми, причем не только с теми, с кем мы были в одной фракции, но и из других фракций, которые сегодня работают в правительстве. И они все в один голос говорят, что существует некий список людей, против которых будут возбуждены уголовные дела, и я стою одним из первых в этом списке. И все говорят: «Это не совсем политика, это месть за старые времена». Я говорю: «За какие времена?» «Ну, когда ты еще был мэром Мариуполя, и все, что там происходило. Это месть этих ребят ».

Кажется, новая власть — это очень прагматичные люди, и мотивироваться простой местью не в их привычках.

— Я тоже об этом думал. Даже государства после того, как заканчивается война, потом нормально сотрудничают между собой. И то же самое должно быть между людьми. Но сегодня в Украине нет нормального правосудия. По моей информации, даже следователи в Генпрокуратуре отказались подписывать документы против меня по уголовному делу.

Если бы так было, вас бы не объявили в розыск.

— Документы подписал заместитель генпрокурора Блаживский. Якобы ему было такое указание. Потому следователь сказал, что никакого состава преступления в действиях Поживанова нет.

В сообщении пресс-службы СБУ по 31 января 2011 сказано: «Относительно Поживанова вынесено постановление о привлечении в качестве обвиняемого в совершении хищения государственных средств в сумме почти 35 миллионов гривен и объявлено в розыск».

— А дальше? Они сегодня такие наперсточники, которые могут написать что угодно. Что значит «украли у государства»? То есть у государства было, а я с группой лиц по определенной договоренности то забрал. Где забрал? На каждом предприятии, где хранят ту или иную продукцию, есть материально ответственные люди, которые могут отпустить только по соответствующим правоустанавливающими документами. Председатель Госрезерва ни одного такого документа лично не подписывал.

Вам известна суть обвинений, выдвинутых против вас?

— Нет.

У вас работал заместителем господин по фамилии Синьковский?

— Да, мне в наследство от правительства Януковича этот человек остался.

Вы знаете, что сейчас продолжается судебный процесс в Днепропетровске по его уголовному обвинению?

— Я читал в интернете, что в Кривом Роге за какие его действия 2006 года он привлечен к ответственности, когда он работал руководителем одного из предприятий в системе госрезерва.

Возможно, в ходе этого дела возникли эпизоды, касающиеся вашего руководства Госрезервом?

— Я в 2006 году вообще там не работал.

Может, в процессе расследования возникли новые факты, касающиеся 2008 года?

— Мне об этом неизвестно. Я просто знаю порядок, существующий в Госрезерве, и которого мы придерживались на 100%. Этот порядок никогда с нашей стороны не нарушался.

Среди прочего, сейчас СБУ задержало бывшего исполняющиего обязанности председателя Госрезерва Виталия Никитина. Не чувствуете ли вы, что его задержали за то, что вы уехали за границу?

— Я не думаю. Потому что все эти вещи абсолютно не связаны. Я также читал эти сообщения. Надо смотреть по сути, по делу. А почему задержали Луценко, Макаренко, Диденко, Иващенко? Это попытка посеять страх в государстве.

Тот же Луценко — это политическая фигура, и можно предположить, что он преследуется за свои политические заявления. Но вы последние годы не выступали с политическими заявлениями.

— Плохо, что вы не следили за этими вещами. Возможно, я уделял мало внимания собственному пиару, но во многих вопросах был одним из первых. Одним из первых в 2007 году я подал документы, чтобы отказаться от статуса народного депутата. Да, я не был на трибуне Майдана, хотя мог бы это сделать. Но я сделал в то время абсолютно не меньше, чем тот же Луценко.

Раньше не приходилось слышать, что вы играли активную роль в политических событиях.

— Это не совсем удобно, пусть кто-то другой рассказывает. И, может, сегодня это смешно выглядит, как после оранжевой революции Роман Безсмертный придумал те награды, но я был в первой сотне тех, кто их получил. Первыми были Ющенко и Тимошенко, а 72-й был Михаил Поживанов. И те, кто были комендантами Майдана, работали в штабе, очень хорошо знают, что и как я делал.

Расскажите, о чем идет речь?

— Почти все, что произошло в ноябре и начале декабря 2004 года на Майдане, никогда бы не произошло, если бы я не занял соответствующую позицию как заместитель мэра Киева, курирующий эти вопросы. Через два дня весь Майдан утонул бы или в мусоре, или в отходах, или в чем другом. В первую же ночь, через 2-3 часа позвонил Бессмертный, попросил, чтобы подняли технику, убрали гололедицу. И я ввел этот график, когда первые трое суток каждый район давал людей, и круглосуточно эти люди помогали, убирали, чтобы никто на Майдане не чувствовал неудобств. Это обычная работа, но первые три дня все смотрели и кричали: «Как же так, он помогает мятежникам ...». Потом все лавры забрал себе городской голова. А первые три дня, пока не ясно, чем это закончится, Поживанов был единственный, кто взял на себя всю эту ответственность. А потом, когда Жвания прибежал и начал рассказывать: «Миша, нужно что-то делать, идут войска на Майдан, надо Майдан окружить какой-от коммунальной техникой».  У нас тогда была договоренность, что милиция запускала технику только за моей подписью и моей печатью как заместителя мэра — руководителя управления жилищно-коммунального хозяйства Киева. И мы расставили эту технику в центре Киева. Я объехал тогда с Бессмертным и тем же Луценко эти объекты, взял ключи от этой техники у водителей.

Техника — это мусоровозы?

— Там не только мусоровозы. Там была и автодоровская техника, «КРАЗы» с песком, щебнем. И Миленин (один из руководителей милиции) кричал потом утром: «Что это происходит, уберите технику!». Я никогда собственной рекламой не занимался, но те люди, которые это знали с одной и другой стороны, они были в курсе, которую я ответственность брал на себя. Пример Луценко показывает, что память у этих ребят неплохая. Не хочется думать, что ко мне у них остались какие-то вопросы еще с середины 90-х, когда действительно неспокойная ситуация была в Донбассе.

Что вы имеете в виду?

— Поднимите данные, когда мне 9 граммов свинца обещал Щербань.

Евгений Щербань или Владимир?

— В присутствии Владимира — Евгений Щербань. А потом даже Кучма мне задавал вопрос, зачем я в СМИ это говорил. Лазаренко использовал эту информацию, снял Щербаня с губернатора… Других причин преследовать меня я не вижу. При передаче дел от одного председателя Госрезерва к другому у нас работает внутренняя система КРУ. И после того как я ушел с этой должности в 2008 году, пришел представитель Блока Литвина Сергей Ганжа, то происходили соответствующие проверки. И соответствующий акт был составлен, что на складах Госрезерва все соответствует тем документам, то есть соответствует номенклатуре, объемам и качеству. Никаких претензий ко мне как руководителя Госрезерва Украины не было. Кроме того, Юлия Владимировна давала поручение Контрольно-ревизионному управлению, Счетная палата приходила сама. Как раз в конце моей деятельности эти две мощные украинские структуры проверяли Госрезерв. Плюс в системе Госрезерва постоянно находится представитель СБУ, который присутствовал на многих торгах, и проверяет все контракты. Постоянно, каждый месяц соответствующий отдел в Генпрокуратуре забирал все документы, анализировал их. Если им что-то не нравилось, они задавали вопросы. Если были какие-то нарушения, они привлекали людей к ответственности. И ничего этого в течение всего 2009 года в отношении меня и тех людей, с кем я работал в период 2008 года, не было.

Недавно руководитель Контрольно-ревизионного управления Андреев заявил, что фирма «Бабушкины рецепты» исчезла после того, когда получила деньги за хранение ценностей Госрезерва.

— Это все происходило в 2009 году. При нас не было ни «бабушкиных рецептов», ни хранение вне системы Госрезерва. В системе Госрезерва работают не более 50 предприятий, расположенных по всей территории Украины. Они сохраняли товарно-материальные ценности. И эти предприятия находились на финансировании из государственного бюджета. В феврале 2009 года, работая заместителем министра экономики, я узнал, что новое руководство Госрезерва обратилось с предложениями к правительству, чтобы им разрешили новую систему хранения ценностей — не на предприятиях системы Госрезерва, а у производителя или потребителя продукции на складах.  Я не согласился с этими изменениями. Тайно я написал закрытое письмо на имя премьер-министра Тимошенко и первого вице-премьера Турчинова, что, на мой взгляд, изменение системы хранения может привести к тотальному хищения товарно-материальных ценностей.

То есть после того, как Госрезерв возглавил ставленник Литвина, они перевели сохранения ценностей госрезерва из предприятий Госрезерва?

— Да, сохранение перевели на предприятия, которые либо производят, либо потребляют эту продукцию. Например, была предложена система, чтобы уголь хранилось не на складах системы Госрезерва, а где-то на складах шахт. Одним из первых примеров я услышал, если не ошибаюсь, что на хранение Чертковском мясокомбината передали 7 или 8 тысяч тонн мяса стоимостью минимум 80-100 миллионов гривен, а вся рыночная цена этого предприятия — 2-3 миллиона, и никакой ответственности этого руководителя ООО, кроме договорных отношений, нет. Тогда я сказал, что все эти вещи могут привести к мошенничеству в системе. Турчинов написал, что с этим разобрались, а потом Данилишин как министр экономики распределением обязанностей среди заместителей меня отстранил от этих вопросов, чтобы я не вмешивался в дела Госрезерва. И эти ребята эту систему оставили.

Эти ребята — это «люди Литвина», которые возглавили Госрезерв?

— Да, конечно. Некоторые даже сегодня работают на ответственных должностях. И странно, когда сегодня делают вид, что они не знают, в какой год и куда все подивалося из Госрезерва. Когда я был переведен из Госрезерва на должность заместителя министра экономики, люди с предприятий, где хранился материальный резерв, продолжали мне звонить. Они рассказывали, что со складов системы Госрезерва вся продукция вывозится, оголяются полностью склады. Они спрашивали: «Зачем это делается? Нас что, будут продавать? » Я говорил, что не знаю, потому, учитывая, что эта система работает в определенном закрытом режиме, нужно спрашивать у высшего руководства правительства.

То есть вы считаете, что эти злоупотребления происходили во времена, когда Госрезерв был под контролем Блока Литвина?

— Абсолютно. Я имел искренний разговор на эту тему с Турчиновым, что нельзя такие вещи делать. Он говорил: «Неужели ты не понимаешь, почему тебя подвинули, почему это происходит? Ибо без Блока Литвина у нас не будет большинства в парламенте ». После этого разговора я вопросов на эту тему не задавал.

Сейчас вы поддерживаете связь с Тимошенко или Турчиновым?

— Я не слышал их очень давно. Последнее, что я сделал — попросил, чтобы передали поздравления Юлии Владимировне в день рождения.

Поддерживаете ли вы какие-то отношения с Данилишиным, заместителем которого вы работали в правительстве?

— Я пытался его найти. Мне сказали, что после 13 января они особо не желают общаться. Но, если будет такая возможность, мне пообещали дать его телефон.

Вы хотите его поддержать то морально, или материально?

— Пообщаться хочу. Хочу набраться опыта, как он строил защиту свой при получении политического убежища.

Вы находитесь далеко от Чехии? Можете к нему приехать?

— Европа вся небольшая. При желании — это полтора-два часа лету.

Если вы не хотите возвращаться в Украину, но одновременно считаете себя невиновным, то могли бы согласиться встретиться со следователем на территории третьей страны?

— С большим удовольствием, никаких вопросов. И они знают процедуру, как это делается — берется командировки, они едут и встречаются.

Тогда каким образом следователи могут на вас выйти? Можно им дать номер вашего скайпа?

— Лучше дайте им адрес моей электронной почты.

По сообщению сайта Подробности.ua