Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

Сети свободы

Дата: 18 февраля 2011 в 18:00

Сети свободы

Арабские протесты 2011 года стали предвестником всемирной коммуникационной революции. Пока нельзя утверждать, что именно интернет стал средой, где организуется политическое действие. Но отношения между народом и властью он изменил бесповоротно.

Каждый четвертый египтянин или тунисец – пользователь интернета. Каждый шестнадцатый – пользователь Facebook. Считается, что демонстранты, которые свергли засидевшихся правителей в этих странах, мобилизовались, сплотились и приступили к планомерным действиям именно с помощью социальных сетей.

На смену булыжнику – прежнему оружию пролетариата, пришло новое, заранее признаваемое неотразимым и повергающее диктаторов в трепет.

Сами свергнутые диктаторы рассуждали, видимо, похожим образом – судя по сериям отключений интернета и мобильной связи в том же Египте.

Впрочем, похожие попытки интернет-мобилизаций в Сирии, Ливии или Иране возымели гораздо меньший эффект. Если режим сидит прочно или просто достаточно жесток и беспощаден, то волшебное действие Facebook резко ослабевает, как бы красочно промоутеры этой сети ни расписывали ее всемогущество.

Но как успешные, так и безуспешные революции 2011 года в отдельных странах – это только напоминания о грандиозной всемирной коммуникационной революции, которая сейчас стремительно охватывает все страны, включая самые автократические.

Стоит вспомнить, насколько недавнее это явление. Десять лет назад интернет почти всюду был экзотикой. Сегодня почти 30% обитателей планеты, больше 2 миллиардов человек имеют к нему доступ. Семь лет назад о социальных сетях мало где и слыхали. Сейчас только у Facebook 600 миллионов пользователей – почти десятая доля жителей Земли. Богатые страны интернетизированы, можно сказать, поголовно, но и не самые богатые быстро наверстывают отставание. Уже сейчас первое место в мире по числу интернет-пользователей занимает Китай (около 400 млн или 30% населения), четвертое – Бразилия (40% населения), пятое – Индия (6 – 7% населения).

В России интернет сейчас доступен каждому третьему (а в столицах – уже почти двум третям), причем 32 млн человек (больше 20% жителей страны) пользуются им ежедневно – это втрое больше, чем каких-то два года назад.

Последствия этого переворота еще не так ясны, но сам-то переворот уже произошел. В нашей стране, как и во многих других, есть древняя традиция: информацией о действительности снабжают всех рядовых подданных только власти, крайне ревниво относясь к потенциальным конкурентам и вообще любым посторонним. После короткого перерыва эта традиция была у нас быстро и скрупулезно восстановлена. И вот сейчас эти усилия пошли прахом, притом необратимо.

В свежем опросе фонда «Общественное мнение», перечисляя главные свои источники новостей (можно было обозначить несколько таковых), 20% опрошенных назвали «новостные сайты интернета» (что вряд ли случайно совпало с числом его активных пользователей), а 8% – «форумы, блоги, сайты социальных сетей». Интернет еще явно отстает от ТВ, но уже никак не уступает печатным СМИ.

А это значит, что информационной монополии центральных телеканалов больше нет, хотя их по инерции продолжают смотреть. Но любой социально активный человек (а в мегаполисах уже и просто любой) может мгновенно получить и совершенно другую информацию – ту, которую он выберет сам, а не ту, что прописана сверху. Причем

массив общедоступных сведений и по объему, и по содержанию просто несравним с тем, что были к услугам рядового россиянина лет 20 назад, на пике свободы прессы.

Власти с тех пор, скажем мягко, не стали ближе к народу, зато народ стал гораздо ближе к властям. Они теперь у него на виду как никогда. Легкость пользования возможностями интернета, помноженная на простоту изготовления и распространения аудио и визуальных материалов, позволяют сегодня любому человеку узнать, увидеть и услышать о начальстве то, о чем он раньше побаивался даже спросить.

Интересующиеся тонкостями государственной коррупции идут на блог Алексея Навального. Всего несколько лет назад даже самая деликатная критика тамошних фигурантов была в нашей прессе почти немыслима. Любители светских забав разглядывают на сайте «Русский Викиликс» фотографии раззолоченных интерьеров так называемого Дворца Путина под Геленджиком. Где-то в середине прошлого десятилетия об очередных хоромах никто бы даже и не проведал, а сейчас это головная боль для целого коллектива официальных лиц, вынужденных давать объяснения, одно страннее другого.

Что же до криминальных событий, перманентно происходящих с чиновниками всех рангов, то вызываемые ими взрывы протеста уже нисколько не зависят от того, как эти события освещаются официальным порядком и освещаются ли вовсе. Случись авария с BMW президентского полпреда Минха раньше, то какие могли бы быть вопросы к спавшему сном младенца чиновнику? И какие сомнения в стопроцентной виновности водителя встречной машины? А теперь приходится проводить расследование, считаться с общественным мнением и даже с фактами, включая поразительные видеоматериалы, которые выкладывал в сеть погибший шофер Минха.

Станет ли мировой и отечественный интернет той средой, в которой оформляется и организуется политическое действие? Может быть и да, но это как раз пока не доказано. Анализ состоявшихся и провалившихся арабских революций этой зимы свидетельствует, что их механизмы совсем не так очевидны. Но

абсолютно новую атмосферу в отношения правителей и подданных интернет уже внес. И, может быть, у нас в особенности.

Чтобы прочувствовать всю новизну, представьте раскулаченного крестьянина 30-х годов, который описывает разгром своего хозяйства в блоге и вывешивает фото. Или какого-нибудь ошельмованного партийца, этакую Волочкову 70-х, расписывающую в красках и с называнием фамилий скандал со своим персональным делом. Все это было абсолютно невозможно. Система на том и стояла, что такое было заранее исключено, ведь действительность – это то и только то, что начальство о ней рассказывает.

И вот приходится привыкать стоять на чем-то другом, быть объектом неконтролируемого обозрения со всех сторон, овладевать какими-то новыми навыками общения с подданными или, как минимум, новой манерой держаться, изображенной когда-то в сказке Андерсена. Когда весь народ вокруг закричал, что король – голый, то сам король, хоть и вздрогнул, «но все же считал, что должен довести церемонию до конца. И он принял еще более гордый вид, и камергеры шли и несли за ним шлейф, которого на самом деле не было…»

По сообщению сайта Газета.ru

Читайте также