Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

Кириленко: Деятельность «Нашей Украины» меня волнует мало

Дата: 19 февраля 2011 в 01:40

Кириленко: Деятельность \"Нашей Украины\" меня волнует мало

Вячеслав Кириленко — нетипичный персонаж украинской политики. О нынешнем и будущем украинских национал-демократов расспросили Вячеслава Кириленко журналисты УНИАН.

— Вячеслав Анатолиевич, сегодня в отечественной национал-демократии ситуации близкая к похоронной. Чувствуете ли вы свою ответственность за то, что переживают демократические силы Украины?

— Свою долю ответственности, конечно, чувствую. Лишь имею желание, чтоб другие, особенно действительно причастные к кризису в национал-демократическом движении, также эту ответственность чувствовали.


— Сейчас заседание фракции НУ-НС, говорят, происходит так. Сидят двое: Роман Зварич, который докладывает повестку дня председателю фракции Николаю Мартыненко. Вы туда, как прежний лидер не заглядываете?

— Депутаты группы «За Украину» больше двух лет собираются отдельно. И мы отдельно рассматриваем повестку дня, принимаем решение, голосуем. А такие заседания фракции, к сожалению, — это реалии НУ-НС, с этим ничего не поделаешь.


— Года три тому назад, когда вы еще были с Ющенко, мы делали с вами интервью (оно так и не вышло, потому что вы его отозвали), где я провоцировала вас на публичное выяснение отношений с «отцом».  Вы не сожалеете, что так долго не закрывали за собой двери «Нашей Украины»? Может тогда все могло быть иначе?

— Могло быть иначе. Но в 2004 году впервые с 1991 года Украина избрала действительно украинского президента и моей задачей было спасать ситуацию настолько, насколько это было возможным. Делать хоть что-то позитивное на фоне этой абсолютно абсурдной войны всех против всех, лидерами которой были прежний президент и прежний премьер-министр. Эта война и  привела к кризису национальной демократии, о котором вы спросили.


— Когда вы поняли, что президент — уже не тот Ющенко, за которого вы стояли на Майдане?

— Это вопрос субъективных оценок. Не это главное в настоящее время. И я не буду его критиковать из этических соображений. Да, главный наш проигрыш – 2005 год, когда на волне беспрецедентного  доверия не были начаты реформы. Но сейчас главное – сделать выводы из ошибок, общих и индивидуальных и предлагать новые рецепты. Национальная демократия нуждается в возрождении и обьединения в одну силу. Она имеет стабильное число сторонников, от 10% активных избирателей, которые никуда не делись. Рано или поздно будет и политическая сила, которую эти избиратели будут поддерживать.


— Говорят, что один из  финансистов «Нашей Украины» — Дмитрий Фирташ. Каким вы видите это сотрудничество в перспективе: Фирташ превратит партию в лишенный национальных черт бизнес-проект или партия украинизирует Фирташа?

— Это вопрос к «Нашей Украине». Я давно не принадлежу к этой партии. И ее деятельность меня волнует в наименьшей степени. Пусть они сами справятся со своими внутренними проблемами.


— Недавно была новость об объединении политических сил. Ваши переговоры из Яценюком и Гриценко относительно объединения продолжаются? Выйдут ли они за рамки консультаций?

— Если будет такой процесс, то это будет равноправный, объединительный процесс на объединительном съезде с учетом всех наших мировоззренческих принципов. Кто будет на этом съезде – вопрос, скорее, открытый. Но из всего конгломерата тех, кто проводит переговоры, я имею регулярные консультации лишь с Арсением Яценюком. Принципиально у меня есть один вывод. Нужно образование более широкого политического объединения, которое сможет предлагать реальную альтернативу по тем вопросам, где можно дискутировать с властью и обеспечивать сопротивление, и по тем, где власть глуха и нема. Например, как в вопросе с дискриминацией УПЦ КП. Для этого необходима мощная объединенная сила.


— Анатолий Гриценко заявлял, что он в этом объединительном процессе готов поступиться и названием своей партии, и даже первым номером. А вы на чем будете, а на чем не будете настаивать?

— При любых обстоятельствах я буду настаивать на сохранении всех наших идеологических постулатов.


— Это само собой...

— Нет, это не само собой, на этом следует настаивать. А относительно названия будем дискутировать. Есть много вариантов. Что касается первого номера. Так это вопрос многоуровневости управления. Будет решено так, что все номера будут первыми.


— Ваши друзья говорят, что вы не солидаризировались с Тимошенко, потому что боитесь исчезнуть из информполя из-за ее пассионарности. Прокомментируйте это.

— Любая публичная деятельность лишена смысла, если происходит измена собственным принципам. Да, возможны компромиссы по мелким вопросам. Но в принципиальных нужно быть настойчивым. Личных претензий к Тимошенко я не имею, мы не родственники, под венец не собираемся (смеется). Да у нас были осложнения в политических отношениях. И серьезные расхождения возникли при оценке российской агрессии относительно суверенной Грузии. Поскольку мы были демократической коалицией, я не видел никаких оснований, чтобы мы не дали четкой оценки российской агрессии. Такую оценку начали давать все силы в мире, которые считают себя правыми, демократическими, консервативными. Коалиция на такую оценку, к сожалению, не сподобилась, что привело к осложнениям внутри нее. А затем был ряд других шагов тогдашнего премьер-министра, которые были далеки от демократии. Я не хочу их перечислять.

Потому что сейчас Тимошенко, Луценко и многие – политически преследуемые. И я с ними солидарен, и считаю, что не время выяснять отношения, которые остались в прошлом. Люди этим отношениям дали оценку. И Тимошенко, и Ющенко проиграли выборы, а национальная демократия, представителем которой я себя считаю, мягко говоря, не в лучшем состоянии. Потому наша задача подняться из этого политического пепла и защищать украинские интересы.

Что касается информационного поля. Друзья и недруги неоднократно говорили, что теперь ты точно исчезнешь из информационного поля. Не исчезал. И надеюсь, что не исчезну, потому что имею постоянные политические взгляды. И это реализуется и в жизни, и в парламентской позиции, и во внепарламентской деятельности. Потому нашу активность можно освещать больше или меньше, но невозможно забрать совсем.
Партия «За Украину» объединяет идейных людей. Мы никогда не сидим сложа руки, когда происходит уничтожение всего украинского. А есть вопросы, по которым мы реагируем одни, а все остальные молчат.


— Например, множество раз ставите на повестку дня в парламенте отставку Табачника, хотя точно знаете, что его отставка невозможна?

— Табачника мы рано или поздно снимем. И я думаю, что каждый день нашей борьбы с этим украинофобским курсом чиновника приближает отставку этого, с позволения сказать, министра. Более того, в эту борьбу вовлечены огромные слои простых украинцев. Кое-кто из них имеет непосредственное отношение к образованию, а некоторые не имеют никакого отношения. Но это миллионы людей, которые недовольны его деятельностью. Мы раскрыли людям глаза и на его неуклюжую деятельность в дошкольном образовании, на уничтожение им среднего образования, раскрыли глаза на попытку уничтожить, как конкурентную отрасль высшее образование вообще и отдельные университеты. Мы вопрос заостряем, как только эти вопросы появляются, а иногда, когда они еще не появились. Тут даже вопрос не в том, что Табачник не любит Галичину, а это 5 миллионов украинцев, что он засвидетельствовал в своих писаниях. Вопрос в том, что он окончательно раскрылся, пребывая больше года в должности. Раскрылся, как человек, задание которого — не порочить Галичину, а уничтожить украинское образование, а значит украинское будущее. И это главный вывод, который сделали миллионы людей. Нас сначала спрашивали: что вы его увольняете, он же еще ничего не сделал. А теперь считают, что мы делали правильно.


— Вопрос об отмене музыкальных квот. Его инициатор нардеп Елена Бондаренко в чем-то права, когда говорит, что квоты на украинскую музыку не выполнялись. Как решить вопрос пребывания  нашего музыкального продукта в эфире?

— Это очень многоуровневая проблема. Но квоты — один из способов решения, когда продвижение украинского музыкального продукта находится в кризе. По меньшей мере – нельзя уничтожать то, что хоть немного держит наших музыкантов на плаву. Во-первых, я не согласен, что квоты никто не выполнял. Выполняли. Что давало основания держаться нашим студиям звукозаписи, украинским исполнителям, украинским продюсерам. Теперь они отменяются вообще, квоты не будут выполняться ни в светлое, ни в темное время суток, и все деньги, которые будут зарабатываться в Украине через наши национальные частоты, предоставленные украинским государством с помощью наших украинских слушателей, – все эти деньги пойдут в братскую Российскую Федерацию. Таким образом, наших исполнителей лишают любой поддержки вообще. Их не будут брать в ротацию, они не будут иметь возможности записывать новые треки, нанимать себе команды. В связи с тем у них не будет возможности заниматься гастрольной деятельностью.
Украину и так заполонили иностранцы, это будет доведено до абсолюта. С экономической точки зрения (о мировоззрении и идеологии я не говорю) отрасль, которая имеет все основания развиваться хорошо, уничтожается вообще.

Большинство радиостанций находятся в собственности неграждан Украины. И им глубоко начхать, будет там кто-то из украинцев вертеться или нет. А для нас это очередной этап самоунижения. Когда украинский парламент в этом случае без какого либо давления извне предлагает такие новации. Если кто-то такими предложениями выполняет лоббистские задания, то это тоже очень быстро станет ясно.

Я еще согласен, что у нас не много газа и нефти, потому мы зависимы от ресурсов. Но когда кто-то говорит, что в Украине нет музыки, своего мелоса, талантов и исполнителей в этой сфере, то я просто смеюсь. Но я внес поправки, которые отменяют этот законопроект коллеги Бондаренко. Возможно, еще во втором чтении состоится дискуссия, которая вернет к здравому смыслу регионалов и литвиновцев.


— Партия Регионов начала пенсионную реформу, которую очень критикуют, в том числе и оппозиция. Почему вы этим не занимались, когда были вице-премьером?

— Я этим занимался. Я занимался тогда вопросами пенсионеров-летчиков, пенсионеров-ликвидаторов, других категорий, вносил необходимые постановления и они принимались.

Я внимательно ознакомился с законопроектом, который внесло правительство относительно законодательного обеспечения пенсионной реформы. Я сочувствую правительству, потому что доказать необходимость именно такого законопроекта практически невозможно. Предложенные ими шаги не добавляют денег в дефицитный Пенсионный фонд – раз. Это не добавляет правительству общественного доверия – два. Это не улучшает самочувствия украинских людей и предпенсионного и пенсионного возраста – три. И это не увеличивает в разы финансовую помощь МВФ, четыре. То есть, ни одно из заданий не выполняется.
Преодолеть общегосударственный дефицит через измену украинским пенсионерам правительству не удастся. 
Пенсионная реформа — это лишь предварительный этап бюджетной, налоговой, дерегуляционной реформ. Ну какое реформирование пенсионной системы, введение накопительного уровня, реанимация негосударственных пенсионных фондов, когда экономика, фондовый рынок, внешние и внутренние экономические индексы и рейтинги  Украины не выдерживают никакой критики. Этот второй уровень не заработает. А пенсионный возраст начнут поднимать.

Потом накопительный уровень так и не введут, а увеличенный пенсионный возраст останется. Вот и вся реформа, если она, конечно, в таком виде будет проголосована.


— Какова ваша точки зрения на ситуацию с закрытием украинской библиотеки в Москве?

— Наш МИД, который позорно молчал, начал наконец корректировать позицию. В Библиотеке украинской литературы стало тихо. Но кажется, что МИД не принял окончательного решения, отстаивать ли библиотеку. Наверно, ожидают, когда патриоты замолчат, чтобы дать делу заглохнуть.


— Знаете, когда-то один из известных ученых предвидел, что в Украине произойдет временная реинтеграция с Россией. И это следует пережить. Сколько надо ждать и когда тогда жить?

— Президенту Януковичу следует определиться, чувствует ли себя он президентом Украины или видит себя лишь руководителем провинциального приложения к Российской Федерации, которой правят авторитарные люди, которые знают лишь свой кремлевский интерес. Любой президент Украины, который ведет себя как президент неминуемо столкнется с осложнениями на российском направлении. Если же он будет вести себя как руководитель провинции, то он неминуемо окажется перед растущим сопротивлением украинского народа. Потому тут выбор за самой властью. Моя же задача, как представителя украинской национал-демократической оппозиции, сделать все ради того, чтобы сдачи национальных интересов не произошло. Будет ли расти это сопротивление через давление, через непонимание российских и украинских олигархов, которые есть возле Януковича, или по другим причинам,  это – детали. Главное результат, который уведет Украину от того сценария, что написан для нее в Кремле. Убежден, что это непременно случится!

По сообщению сайта Подробности.ua