Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

Как я попала в больницу в Астане и еле убежала оттуда

Дата: 19 февраля 2011 в 23:20 Категория: Здоровье

Как я
попала в больницу в Астане и еле убежала оттуда



Гульбану АБЕНОВА


Побывав четыре дня в детской инфекционной больнице, первым делом
решила заглянуть на сайт министерства и управления здравоохранения, чтоб узнать
обстановку с инфекционными заболеваниями, в частности, в Астане.


Но для начала я пошла в ванную
отмываться (ребенка врачи запретили купать в течение пяти дней), предварительно
закинув в стиральную машину все вещи, которые мы брали с собой в больницу.


 


«УСТОЙЧИВАЯ ТЕНДЕНЦИЯ
СНИЖЕНИЯ…»


Скажу сразу: нет повода, чтобы
жаловаться на медперсонал и обслуживание. Мне даже показалось, что врачи и
медсестры в этой больнице ответственно относятся к своей работе. Медсестры
вовремя приходят, хорошо выполняют свою работу. Дежурный врач почти сразу
приходит к вновь поступившему. Даже среди глубокой ночи медсестер можно было
застать на своих постах.


Это я сравниваю с другими
больницами, в частности с роддомом – последним медучреждением, где мне пришлось
лежать и где часто приходилось, обхватив живот, по ночам искать дежурных
сестричек по кабинетам и даже по этажам…


На случай жалоб в детской
инфекционной больнице размещены телефоны доверия. Удивило, что у больницы есть
свой сайт. Кстати говоря, по сравнению с сайтами некоторых министерств,
информация обновляется и не остановилась на новости по поводу проведения
мероприятий к 65-летию Победы во Второй мировой войне.


Понравилось, что на сайте
больницы в конце объявления «В случае нарушений ваших прав при медицинском
обслуживании вы можете обратиться с жалобой (письменной или устной) к
руководству организации или общественной организации по защите прав пациента по
следующим телефонам» даны все телефоны руководителей больницы, причем с именами
и отчествами. Тут же телефоны и даже полный адрес комитета по контролю
медицинской и фармацевтической деятельности и управления здравоохранения.


Итак, на сайте министерства
здравоохранения сообщается: «Сегодня состоялась итоговая коллегия
санитарно-эпидемиологической службы Республики Казахстан под председательством
Главного государственного санитарного врача РК Кенеса Оспанова. Сайт Минздрава
сообщает, что в 2010 году в республике отмечалась устойчивая тенденция снижения
инфекционной и паразитарной заболеваемости населения по большинству нозологий.
Не зарегистрировано случаев чумы, холеры, дифтерии, туляремии, паратифа,
столбняка, отмечено снижение по 21 инфекции».


Эта информация лично меня изрядно
обрадовала и успокоила. Ведь, не дай бог такой эпидемии случиться, первыми
клиентами инфекционной больницы станут дети – самая уязвимая категория.


«Подъем заболеваемости
зарегистрирован в Западно-Казахстанской, Восточно-Казахстанской, Павлодарской,
Карагандинской, Костанайской и Северо-Казахстанской областях, а также в г.г.
Астана и Алматы.


Основная доля больных приходится
на детей в возрасте от 0 до 14 лет, удельный вес которых составил 69,8%», –
пишут на сайте министерства.


И тут у меня появились большие
сомнения и даже опасения, что наши медучреждения справятся с таким наплывом
больных.


 


ПАЛАТА НА ДЕСЯТЕРЫХ


В приемном покое детской
инфекционной больницы в воскресенье полно родителей с плачущими малышами.
Очередь. На машине скорой помощи через каждые 20–30 минут еще привозят детей.
Взволнованные родители лихорадочно, не оглядываясь на очередь, распахивают
дверь в кабинеты, где врачи принимают больных детей. На возмущение других таких
же мамаш и папаш: «Куда? В очередь!» – они наивно так отвечают: «Какая еще
очередь? Мы на скорой приехали!» Им в ответ, ухмыляясь, отвечают: «Так мы тоже
не на автобусе сюда добрались».


Через два с половиной часа мы,
наконец, попадаем на прием. Мы в палате. Перед нами освободили палату от других
больных – эта палата для сегодняшних поступивших больных детей с мамами. Еще
через пару часов нас в палате уже десять человек. Пять малышей и пять мам.


Медперсонал категорически
запрещает общаться мамам и их детям с больными из других палат. Больные
послушно и с пониманием выполняют все их «Нельзя!». Соседка по койке общалась
по сотовому телефону со своей мамой, которая лежала с ее старшим ребенком в
соседней палате. Те поступили на три дня раньше. Им нельзя видеться. По сотке
она просит у мамы зарядку для телефона и предлагает схемы, как можно той где-то
в коридоре оставить зарядку, а ей потом оттуда забрать. Смешно, конечно, как в
шпионском фильме каком-то.


Хочет попросить заварку, но
боится. Им нельзя делиться едой. Она жалуется маме, что голодна. Но из дому их
некому навестить. Муж этой молодой женщины – также в инфекционной больнице, но
для взрослых. Брат сидит дома с другим их ребенком.


К нам всем после поступления
приходили сотрудники санэпидемстанции, делали опрос, заполняли форму. Из
ответов моих соседок я поняла, что в инфекционную больницу попадают чаще люди,
живущие в частных домах, и те, кто пьет воду из-под крана.


Медсестра, опрашивавшая меня,
изрядно удивилась, когда я сказала, что мы используем только покупную воду и
для приготовления пищи никогда не пользуемся водой из-под крана. К этой семье,
отведавшей согыма (мясо забитой лошади или крупного рогатого скота) и попавшей
в больницу всем семейством, сотрудник санэпидемстанции обещала направить домой,
то есть «на очаг», бригаду для проверки. По поводу тараканов даже дала номер
платной службы.


 


БОЛЬНИЧНАЯ ПОХЛЕБКА


К слову, о голоде. Не ей одной
пришлось испытать чувство голода. В один день ни у кого из наших родственников
не приняли передачу. И плов нельзя, мясо, курицу – тем более, фрукты – и
подавно нельзя. В общем, одной из нас повезло – разрешили батон хлеба и масло.
Кое-как мы поделили на пятерых этот батон, но все равно ближе к двенадцати
часам ночи опять все говорили о еде и том, кто что обычно готовит дома и у кого
какая плита. Пытались говорить о высоком, о духовном, о предстоящей Азиаде,
например, но все равно возвращались к теме пищи.


Если говорить о питании в
больнице, то, наверное, нам за эти четыре дня не повезло. В тот день нам на
ужин дали по тарелке манной каши. Каша пшеничная оказалась с сырыми
недоваренными кусками. Мой привередливый к еде малыш не захотел даже снять
пробу с нее. Потом был суп молочный. Я также не стала пробовать, но мои
соседки, по их словам, ведь отменные хозяйки и повара, пришли к выводу, что
вермишель варили отдельно, а потом сверху налили немного молока. Никто так и не
смог одолеть и половины тарелки этого супа.


Дважды был гороховый суп. Все
мамаши с удовольствием его съели почему-то. Хотя, на мой взгляд, зря. И так в
палате с десятью душами нечем было дышать, а тут бесконечные их шутливые
команды: «Внимание, ложись! Газы!»


Как-то раз они остались довольными
и рыбной котлетой. Правда, сожалели, что порция уж слишком мала. Спрашивали у
раздатчицы, когда дадут гречневую кашу, на что получили компетентный ответ, что
нынче это дорогое удовольствие.


 


ВЛАЖНАЯ УБОРКА


С медобслуживанием, квалификацией
медперсонала и питанием выяснили. Гигиена. Моют пол утром и вечером. Нам не
повезло. Наша уборщица плохо мыла туалет. Тумбочки ей лень, видимо, было
передвигать – крошки еды все время так и валялись вплоть до самой нашей
выписки. Хотя мы ей показывали лично, на что обратить внимание, и даже сами
подвинули тумбочки, выходя из палаты.


К слову, в Национальном центре
материнства в этом отношении была идеальная чистота. Там чуть ли не через
каждые два часа приходила девушка с тряпками и чистила, мыла, чистила. Помню,
там соседка по палате от удивления предполагала каждый раз, что сейчас нагрянет
комиссия какая-то. Но никакой комиссии не было. Убиравшая нашу палату девушка
из Шымкента призналась, что так требуют, что она с большим трудом устроилась на
эту работу, получает 30 тысяч тенге (около 200 долларов) и ей не хотелось бы
лишиться этого места.


Мамаши в нашей больнице говорили,
что где-то в отделении есть душ. Но нам не повезло. При нас душ не работал.
Соответственно, женщины более десяти дней не могли помыться. И это в
инфекционной больнице, где врачи не уставали мамашам повторять о важности
личной гигиены.


Пока мыли пол, мы с детками
должны были ждать в коридоре. Сидели на корточках, прислонившись к стенке,
обнимая детей. Ну а что делать – в ногах правды нет. Но кормить плачущее дитя
грудью надо. Нетерпеливые мамаши не хотели ждать еще и 15 минут, пока после
получасовой уборки включали кварцевую лампу. И опять в духоте мы дышали единым
инфекционным воздухом. Дверь нельзя открывать, тем более нельзя открывать
форточку.


Все мы с детства прекрасно знаем
и без врачей, каким образом передается грипп, вирус, инфекция. С ходу скажем,
что большинство вирусов передается воздушно-капельным путем. Мне, знающей это,
не понятно, почему при постройке ультрасовременных больниц в новой столице
Казахстана не начали со строительства инфекционной больницы. Такого рода
больные должны лежать в отдельной палате, боксе как говорят, чтобы ни с кем не
контактировать.


Тут же, в небольшой комнатушке, –
десять человек. Причем расстояние между кроватями очень небольшое. Кстати, о
кроватях скажу лишь, что до сих пор болит спина. Ощущение такое, что ночевала
четыре дня на вокзале. И всегда – на боку, при постоянном страхе уронить
ребенка. Мне повезло, так как мы поступили в эту палату первые: выбрала кровать
у стены. Другие мамаши не раз на ходу ловили падающего ребенка или поднимали с
пола. Приходилось даже вызывать невропатолога, после того как у одного из
ребенка из носа пошла кровь, когда он упал с кровати.


 


В ИНФЕКЦИОННОЙ БОЛЬНИЦЕ
НЕТ МАСКИ


Через пару дней нашей совместной
болезни у двоих начали дети кашлять, у одной чихать и у третьей – сопливить.
Одна мамаша без конца шмыгала носом, ее бросала то жар, то в холод. Врач
сказал, чтобы родные принесли лекарства. Но видимо, ей не могли помочь
родственники. И она скрывала от врачей этот факт. Среди ночи я, не выдержав ее чихания
и шмыгания, пошла к медсестре с просьбой дать этой женщине что-либо от насморка
и маску.


Медсестра дала какие-то капли, но
маску, сказала, должны все-таки принести ей родные. Больная женщина сильно на
меня обиделась, по ее понятиям, я настучала на нее. Типа она «лежит сама по
себе, шмыгает носом, но никого не трогает». Но я лишь беспокоилась о наших
детках. Я уж точно не хотела, чтобы мой малыш, у которого в день поступления
почему-то прекратился понос, вышел оттуда с кашлем или с гриппом.


Поэтому на следующее утро я уже
более настойчиво и даже категорично потребовала у врача выписать нас под
расписку. Мне удалось его убедить, указывая на кашляющих и чихающих детей и на
эту соседку по палате. Бланк расписки мне дали на казахском языке. И за пару секунд
(уж так хотелось на свежий воздух) я умудрилась перевести на казахский язык
следующее свое предложение: «В связи с неблагоприятной вирусной обстановкой в
палате, где находятся десять больных, что противоестественно и опасно в
инфекционной больнице».


Удивленная медсестра долго
изучала указанную мною причину того, почему я покидаю больницу. После того как
я ей перевела, что «жотел» – это кашель, она все-таки промолвила: «Напишите
причину, что по семейным обстоятельствам». Исходя из этого я сделала вывод,
что, возможно, кто-то из проверяющих читает наши расписки.


Тогда я ответила, что не буду
переписывать причину. Женщина в белом халате (возможно, из другого отделения)
заверила, что скоро построят новую инфекционную больницу и что там больные
будут лежат по двое.


На сайте детской больницы
www.gdib.kz в рубрике «Вопрос-ответ» сообщается, что «Строительство новой
детской инфекционной больницы ориентировочно завершится в 2011 году». Поживем —
увидим.


 



Сайт Радио «Азаттык» — Казахская Служба радио «Свобода»

По сообщению сайта Meta · новости дня