Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

Александр Храмчихин: США нам не грозят, а вот удара Китая опасаться следует

Дата: 22 февраля 2011 в 16:52 Категория: Новости стран мира

Известный военный эксперт о новой военной доктрине США, российской армии и конфликтом из-за Курил

«АиФ»: — В начале февраля Объединенный комитет начальников штабов армии США опубликовал Национальную военную стратегию. Этот документ — расширенная декларация американской армии, в которой разъясняется, как планируется применять военную силу. России в этом документе уделено лишь несколько строк. Тем не менее, о странах, которые окружают ее, упоминается довольно часто. Получается, что этот шаг направлен против Москвы, не так ли?

А.Х.: — Я не отметил ничего в этой стратегии насчет бывших стран Советского Союза. Я заметил другие акценты. Насчет того, что России уделено мало внимания – не отметить невозможно, это определяется именно тем местом, которое Россия занимает в американской картине мира и ее реальным значением сегодня.

«АиФ»: — Зачем вообще американцам понадобилось создавать подобный документ?

А.Х.: -Этот документ обнародуется каждый год. Другое дело, что с 2004 года он никак не менялся. Он определяет то, как функционируют вооруженные силы. Такой документ необходим любой нормальной, уважающей себя стране и ее вооруженным силам. К сожалению, в нашей стране ничего подобного нет.

«АиФ»: — Судя по комментариям экспертов, новая стратегия довольно миролюбива. США все чаще пытаются прибегать к так называемой «мягкой силе», с чем это связано?

А.Х.: — В начале документа четко написано, что американцы признают, что недооценили степень напряжения, которое испытывают их вооруженные силы, находящиеся в состоянии постоянных войн. Это признание чрезвычайно примечательно, у нас его почему-то никто не отметил. Это одна из причин миролюбия.
Вторая причина, о которой у нас тоже не говорят, о том, что хотя НАТО остается наиболее мощным военным блоком в мире, при этом военный потенциал большинства его членов сократился до такой степени, что они не способны выполнять свои обязательства перед этим блоком. Таким образом, США ослабели сами, и главные союзники ослабели в еще большей степени. Именно поэтому американцам нужна «мягкая сила» (невоенные методы) и новые союзники.

«АиФ»: — Насколько сильна сейчас американская армия?

А.Х.: — Формально она, безусловно, сильнее всех в мире. Хотя по стратегическим и ядерным силам от нее не намного отстает Россия, а по военной мощи ее кое в чем обошел Китай. При этом американцы перенапряглись, потому что американская армия взяла на себя глобальные функции. Россия и Китай пока еще остаются локальными державами. Их военная сила сосредоточена на их собственных территориях или на ближайшей периферии. А США пытается охватить своей военной силой весь мир, поэтому у нее уже этой силы не хватает.

«АиФ»: — Что из себя сейчас представляют союзники США по НАТО?

А.Х.: — Сразу после окончания «холодной» войны начался процесс сокращения обычных вооруженных сил стран НАТО, он продолжался все эти годы. Они уже сократились чрезвычайно сильно, а теперь этот процесс заходит на второй круг, в связи с экономическим кризисом.

Например, недавнее сокращение британской армии, планы которой были обнародованы в конце 2010 года. Британская армия – одна из сильнейших в НАТО — не может вести самостоятельные боевые действия ни на суше, ни на море, ни в воздухе. Соответственно, сразу возник план объединенной англо-французской армии, потому что никто из них самостоятельно воевать уже не может.

Армии более малых стран сократились до таких величин, что ими уже практически можно пренебречь – исключения: Греция и Турция, которые постоянно готовятся воевать между собой. Однако у Турции сложное окружение на Востоке. Надо подчеркнуть, что турецкая армия, которая теперь однозначно вторая в НАТО после американской по силам, в политическом плане все больше уходит от НАТО на Восток, переориентируясь на исламский мир и на Китай, с которым в прошлом году провела совместные военно-воздушные учения. Таким образом, для США сейчас НАТО не представляет никакой ценности ни в военном, ни в политическом плане.

«АиФ»: — Какое место занимает Россия в американских военных планах?

А.Х.: — Россия постепенно начинает рассматриваться американскими военными как потенциальный союзник, потому что, с одной стороны, Россия ослабела настолько, что США не считают ее серьезным противником, с другой стороны, она ослабела еще не до такой степени, чтоб она им не была нужна, как союзник. Особенно важно, что американцы нам предлагают сотрудничество не только в борьбе с терроризмом, но и призывают Россию играть более заметную роль в Азии.

Главная идея этой новой американской стратегии — что центром мира становится именно Азия, в первую очередь — восточная. Сейчас там сосредотачиваются главные экономические и военные силы, именно они призывают нас играть большую роль. У России все сосредоточено в Европе. У нашего руководства и большей части населения мышление абсолютно европоцентрично, хотя ¾ страны и все ресурсы находятся в Азии. Американцы нам хотят указать на это предлагают играть большую роль в афганских делах (на сегодняшний день это единственное поле для реального сотрудничества России и НАТО). Видимо, нам предлагается принимать участие в иранской и корейской проблемах, потому что там оно пока почти нулевое, я думаю, это тоже приглашение к союзу против Китая.

«АиФ»: — Как вы думаете, Россия будет сотрудничать с Америкой в этих вопросах?

А.Х.: — Сложно сказать, у значительной части российского руководства идет полное отторжение любой идеи сотрудничества с США. С другой стороны, в последнее время можно заметить, что в рядах нашего руководства появилось понимание проблемы того, что не нужно ставить «палки в колеса» американской и натовской операции в Афганистане, потому что мы в ее успехе заинтересованы больше, чем они сами.

У некоторой части нашего руководства появилось понимание, что китайская угроза существует на самом деле, в отличие от натовской.

Китай угрожает России более чем реально, это объективное явление. Китай продолжает стремительный экономический рост, в 2010 году он окончательно вышел на 2 место по объему ВВП, обойдя Японию. У него, по-прежнему, несмотря на кризис, сохранились самые высокие в мире темпы роста. Там продолжается заметный рост благосостояния населения. Хотя большая часть народа живет на африканском уровне, значительная часть начинает жить на уровне восточно-европейском. А если все захотят жить на западном уровне, то для этого не хватит ресурсов не то, чтобы самого Китая, но и всего земного шара.

Для развития китайской экономики тоже не хватит ресурсов всего земного шара, потому что в Китае в основном развивается физическое производство. Многие западные страны сбросили туда все производство, под лозунгом развития информационного общества. Теперь Китай все производит, от него все зависят. При этом ему нужно сырье. С другой стороны, Китай чувствует свою силу, понимает, что ему необходимы ресурсы и территории, без них он просто не выживет. Естественно, взять их можно только в России, ведь в Юго-восточной Азии мало площадей, да и ресурсов там заметно меньше.

«АиФ»: — Каким путем Китай собирается проникать на нашу территорию?

А.Х.: — Китай давно проникает на нашу территорию экономическим и демографическим путем. Программа сотрудничества Восточной Сибири и Дальнего Востока России с Северо-Востоком Китая, которая была подписана в конце 2009 года – это уже официальная программа колонизации Востока России Китаем. Согласно данной программе все сырьевые ресурсы России отдаются Китаю, все перерабатывающие производства будут находиться в Китае – это чисто колониальная программа даже формально. Добыча ресурсов на нашей территории будет вестись китайцами, которые после этого уходить не захотят. Процесс колонизации идет давно мирным путем, но Китай может его подкреплять военным путем. Учения, на которых совершенно откровенно отрабатывается агрессия против России, которые проходят с 2006 года, особенно крупные учения в 2009 году, несколько изменили взгляды на мир в Москве в некоторых кругах. Впервые появилось понимание, что Китай угрожает нам напрямую и открыто.

«АиФ»: -Сильна ли сейчас китайская армия? Да, у нее большая численность, но не слишком высокая боеспособность. Она, как вы помните, проиграла войну Вьетнаму 30 лет назад.

А.Х.: — Когда китайцы проиграли войну Вьетнаму в начале 1979 года – это стало побуждающим мотивом для крупномасштабных реформ, которые с тех пор проводятся в Китае. В настоящее время они достигли успеха.
Сейчас китайская армия по количеству вооружения находится на первом месте в мире по различным классам вооружений. По их качеству она почти во всем нагнала Россию. Китайцы хорошо заимствуют технологии, причем не тупо их копируют, но и очень интересно синтезируют и творчески развивают. По большинству параметров они нас догнали и перегнали, у них боевая учеба ведется несравненно активнее, чем в России. Учитывая расстояние, очень слабую связь между Европейской частью, Восточной Сибирью и Дальним Востоком, на востоке преимущество Китая над российскими вооруженными силами колоссальное. При этом протяженность российско-китайской границы 4300 км. Практически вся она никаким образом не перекрыта.

«АиФ»: — Что в таком случае собирается предпринимать Россия?

А.Х.: — К сожалению, Россия себя уже довела в военном плане до такого состояния, что, кроме как на ядерное оружие, ей не на что опираться. Это очень плохо, потому что ядерное оружие, даже тактическое – это последний аргумент, а у нас он становится первым и единственным. Сейчас очень активно внушается мысль, что теперь крупномасштабных войн никогда не будет, будут только локальные. Из чего это следует, я абсолютно не понимаю.

«АиФ»: — Насколько известно, в Сибири рельеф местности таков, что там особо большими танковыми соединениями не повоюешь, не так ли?

А.Х.: — Советские войска прекрасно прошли через Манчжурию в 1945 году, где точно такой же рельеф местности (через Гоби и Хинган). Китайцы тоже пройдут, они люди выносливые. Даже если они там потеряют 50 % личного состава и техники, они это переживут, учитывая размеры их армии.

«АиФ»: — Александр Анатольевич, в последнее время много говорят о конфликте с Японией за Курильские острова. Понятно, что никакой войны не будет. Но если гипотетически предложить, что Япония решиться отбить острова, сможет ли Россия их отстоять?

А.Х.: — В настоящее время японская армия на Дальнем Востоке сильнее российской. Только одна группировка на Хоккайдо во многие разы сильнее несчастной 18-ой пулеметно-артиллерийской дивизии на Курильских островах.

Японский флот в разы сильнее, чем тихоокеанский флот России. Для нас шансов отбить Курильские острова обычными силами нет. При том что, если взять весь боевой потенциал России и Японии, естественно, Россия сильнее. Для нас вопрос состоит в том, как перебрасывать войска на Курильские острова. Два вертолетоносца «Мистраль», если их построят и переведут во Владивосток, нас не спасут, потому что нужно будет обеспечивать им сопровождение, а Тихоокеанский флот сейчас на это не способен. Получается, что все сводится к ядерному оружию. Мы можем радоваться, что в Японии его нет, однако надо вспомнить, что Япония находится в союзе с США, которые при обычной войне вряд ли в конфликт вмешаются. Но если Россия нанесет ядерный удар по Японии, то Америка в стороне остаться уже не сможет.

«АиФ»: — Как Вы считаете, способна ли Россия сегодня содержать вообще хоть сколько-нибудь адекватно отвечающую современным требованиям армию?

А.Х.: — Содержать – да. Если обуздать коррупцию, и перестать тратить деньги на идиотские мегапроекты, типа зимней олимпиады в Сочи, то денег будет более чем достаточно. Вопрос надо ставить по-другому: способны ли мы создать эту армию, то есть разработать концепцию и претворить ее в жизнь? Сейчас – нет, потому что нет понимания того, какая армия нам нужна. В катастрофическом состоянии находится военно-промышленный комплекс, военная наука. Именно поэтому зашла речь об импорте вооружения, нам некуда деваться.

«АиФ»: — Как Вы относитесь к импорту вооружения?

А.Х.: — Уже этот вопрос ставить бессмысленно, потому что нам некуда деваться. Очень многих технологий мы никогда не имели, еще очень многие мы утратили за постсоветский период. Мы вынуждены импортировать вооружение, плюс сам факт, что возникает конкуренция не только на внешнем, но и на внутреннем рынке, может подстегнуть ВПК начать хоть что-нибудь делать, и перестать навязывать вооруженным силам только то, что он может создать. Импорт может очень сильно поломать эту ситуацию.

«АиФ»: — Почему Россия настаивает на покупке «Мистраля»?

А.Х.: — Французы молодцы они пробили такой грандиозный заказ в условиях колоссального кризиса европейского ВПК. Каким образом они этого достигли, я воздержусь от предположений.

«АиФ»: — Зачем нам нужны эти корабли с военной точки зрения?

А.Х.: -Нам они не нужны ни для чего — это универсальные десантные корабли, которые предназначены для переброски значительных воинских соединений для управления ими.

Надо понять, что есть американская концепция десантных кораблей, когда по-старому штурмуется берег, который занят противником, у которого есть все компоненты вооруженных сил, который сопротивляется всеми возможными способами, проводится десантная операция, типа Второй Мировой или Корейской войны. Есть европейская концепция, по которой построен мистраль — такие корабли создаются европейцами для миротворческих операций, когда противником являются слабые вооруженные формирования, у которых даже нет нормальных сухопутных войск. Этим десантным кораблям ничего не угрожает, они являются базами морской пехоты и центрами управления, в какой-то степени, базами отдыха для военнослужащих, которые проводят миротворческие операции на берегу. Для России это не актуально.

Дело усугубляется тем, что эти самые корабли создаются для операций в тропических водах, а у нас они очень холодные. Например, у «Мистраля» есть окна на внутренней палубе, которые обеспечивают вентиляцию. У нас на Севере и в Тихом океане, если такую вентиляцию обеспечить, то понятно, что все обмерзнет — эти окна надо заваривать, то есть весь проект надо переделывать под наши условия. Эти корабли не имеют практически никакого собственного вооружения. Им нужно обеспечивать серьезное сопровождение боевыми кораблями в случае проведения какой-либо десантной операции, в частности, переброски войск на Курильские острова. У нас нет для этого достаточного количества нормальных боевых кораблей. Нам при нынешнем состоянии нашего флота такие корабли не нужны, они, в лучшем случае, могут понадобиться через 20 лет. Доказательством того, что нашему флоту они не нужны, было сообщение в этом году, что командование ВМФ начало искать место для базирования «Мистралей». В ином случае командование бы знало, где они должны базироваться.

Если все будет хорошо развиваться, тогда, возможно, у нас появится что-то вроде нормального флота, который сможет адекватно решать задачи в районе наших берегов. А сейчас – это просто трата денег. В лучшем случае, они могут быть транспортными средствами в мирное время.

«АиФ»: — Как Вы оцениваете ныне идущую в России военную реформу?

А.Х.: — По масштабам эта реформа одна из крупнейших в истории страны. Насколько она адекватна, сказать сложно. В ней есть плюсы: перестройка системы управления, переход на командование от округов, усиление гражданской роли Министерства обороны, что делается акцент на сержантский корпус, попытки гуманизации службы для рядового состава, отказ от химеры профессиональной армии. Есть моменты отрицательные: разрушение военного образования и науки, сильное сокращение боевого потенциала. Сейчас фактически без ядерного оружия Российские вооруженные силы могут воевать разве что с Грузией. Вести хоть сколько-нибудь серьезную войну они сейчас не способны.

Сокращение офицерского состава совершенно не продумано: увольняют, как правило, лучших. Реформа чрезвычайно противоречива. Понятно, что ее начали делать, «потому что думать было уже поздно». Это очень заметно. Да, есть существенные положительные моменты, но пока отрицательные моменты их перекрывают.

Можно сказать, что это одна из самых успешных реформ в современной России, учитывая темп и последовательность, с которыми она проведена. За 2 года все сделано, и назад пути нет. Сказать, что она «буксует», нельзя, она несется с бешеной скоростью, вопрос, в том ли она направлении несется. Что должно получиться в итоге? Никто не способен ответить на этот вопрос. Отсюда берутся «Мистрали», которые флоту не нужны, или выдвигается идея, что возможны только локальные войны. Такое впечатление, что эта идея подгоняется по ту армию, которая получилась.

«АиФ»: — Спасибо, что Вы к нам пришли, за интересную беседу. Надеемся, что у нас будет повод, чтобы Вы пришли к нам еще раз прокомментировать состояние армии и внешней политики России в целом.

А.Х.: — Спасибо и вам!
 

По сообщению сайта Аргументы и Факты