Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

Марченко: мы решили досрочно отменить коридор для тенге с 28 февраля

Дата: 01 марта 2011 в 11:20 Категория: Новости экономики

Марченко:
мы решили досрочно отменить коридор для тенге с 28 февраля


 


Глава
Национального банка Республики Казахстана Григорий Марченко рассказал в
интервью РИА Новости о влиянии роста цен на энергоносители, вызванного
волнениями в странах Ближнего Востока, на среднесрочные и долгосрочные планы
республики, в частности, на экспортный потенциал, об ожидаемом притоке капитала
и о причинах отмены валютного коридора тенге, просуществовавшего два года и
позволившего стабилизировать курс. Беседовала Анна Граник.



Григорий Александрович, в чем причины скачка инфляции в январе этого года – до
1,7% за месяц? Может ли измениться Ваш прогноз на год?


— Конечно, это
вызывает определенные беспокойства, но дело не в показателе за месяц, а в
тренде. И главное, что мы его раньше уже видели. Мы помним, как в 2008 году
росли цены на зерно с одной стороны и на энергоносители – с другой. Для
экспортеров это было благом, но привело оно к тому, что годовая инфляция была
20%. При текущем уровне цен на нефть и на зерно ситуация еще управляема, но если
рост цен будет продолжаться, то это окажет воздействие на общий уровень цен и в
Казахстане, и в России, и в других странах. Основная причина роста цен – это
увеличение стоимости продуктов питания: в целом индекс потребительских цен
вырос на 1,7% за январь, а цена на продовольствие увеличились на 3%. А в
индексе потребительских цен на продукты питания приходится 38% из 525 товаров и
услуг, входящих в корзину. В этом смысле у нас принципиально другая ситуация по
сравнению с развитыми странами, в большинстве из которых инфляцию считают без
продовольствия и без электроносителей, поскольку каждая из этих позиций
составляет 5-7% индекса, в то время как у нас – почти 60%. Мы его не можем
исключить из расчета: у нас рост тарифов на электроэнергию ведет к росту цен на
услуги ЖКХ с некоторым лагом. А коммунальные тарифы имеют большое значение и
для других тарифов. Таким образом, возвращаясь к Вашему вопросу, пока годовой
прогноз мы не пересматриваем -6-8%, но по итогам первого квартала будем
смотреть на развитие ситуации: если цены останутся на прежнем уровне или
немного опустятся, то все будет нормально. Но если они и дальше будут расти,
рано или поздно мы можем увидеть негативное воздействие на общий уровень цен.



Каков Ваш прогноз инфляции в первом квартале?


— Сезонность
этого фактора значительна: летом, как мы знаем, в августе, цены вообще могут
падать. Изначально мы полагали, что инфляция будет 2,7% за квартал. Сейчас
Национальное статагентство будет рассчитать недельный показатель инфляции,
потому что некоторое время назад они представляли только месячные показатели.
Статагентство будет собирать не все 525 позиций, а только продовольствие. По
методологии расчетов как-либо возражений у нас нет.



Сейчас мы наблюдаем сложные политические процессы в странах Ближнего Востока.
Не уходят ли инвесторы из этих стран из Казахстана, не отказываются ли от
проектов?


— Точно нет. У
нас инвестор с Ближнего Востока только один – это ОАЭ, в основном – Абу-Даби, у
которого, по оценкам, 625 миллиардов долларов в Фонде национального
благосостояния. Насколько мне известно, в Эмиратах пока все спокойно, и на
проекты в Казахстане эти события никакого воздействия не оказали. Основные
инвестиции в Казахстан идут из США, Европы, Китая, Южной Кореи и ОАЭ. Другие
арабские страны значительных инвестиций в страну до сих пор не делали.



Отчасти цены на нефть растут из-за событий на Ближнем Востоке. Насколько сильно
влияние этого фактора на Казахстан?


— Еще
несколько недель назад считалось, что премия, то есть прирост цены на нефть,
вызванный такими событиями, оценивался в 10-15 долларов за баррель. Я думаю,
что сейчас эта цифра существенно выросла – до 20-25 долларов за баррель. Если
бы ситуация нормализовалась, то цена бы была на уровне 90 долларов за баррель
марки Brent. Для нас, как для страны, и в среднесрочной и долгосрочной
перспективе уровень цены 85-90 долларов за баррель был бы гораздо более
комфортным, потому что в отличии от многие других стран, пик добычи нефти будет
в двадцатые годы и после этого будет плато до 2035 года. То есть нам очень
важно, чтобы цены на нефть были приемлемыми в двадцатые-тридцатые годы, так как
объем экспорта будет вдвое больше, чем сейчас. А ситуация высокой цены на нефть
в настоящем стимулирует переработку сланцев и инвестицию в альтернативные
источники энергии, что приведет к падению цен на нефть через 10-15 лет. Нам
этого точно не надо. Это выгодно развитым странам, поскольку они (США,
Великобритания и Норвегия) пик добычи нефти уже прошли. Они как
нетто-импортеры, за исключением Норвегии, чем дальше, тем больше будут страдать
от высоких цен на нефть. Мы знаем, что в экономике важную роль играет мотивация
– чем больше они будут зависеть от импорта, тем больше они будут мотивированы в
том, чтобы эту зависимость снизить. Канада, где находятся огромные запасы
нефтяных, или битумных, сланцев представляет огромные возможности для них, и
при ценах в 85-90 долларов за баррель это все становится рентабельным, а при
цене 110 долларов за баррель разработка сланцев становится высокорентабельной и
отказаться от этого будет очень сложно. Даже если через 15-20 лет Казахстан
станет пятым экспортером в мире, все равно цену на нефть мы определять не
сможем. Мы в этом смысле price taker. Кроме того, мы не входим в ОПЕК. Таким
образом, цены выше 90 долларов за баррель в среднесрочной и долгосрочной
перспективе могут обернуться против нас, а ниже – на уровне 80-85 долларов за
баррель – нас вполне устраивают, это сохранение статус-кво в технологическом
плане…



Каким Вам видится дальнейшее развитие ситуации с ценами на нефть?


— Я думаю, что
в дальнейшем росте никто не заинтересован. Это может привести к тому, что США
начнут выпускать нефть из своих стратегических резервов на рынок, и Саудовская
Аравия, у которой есть неиспользованный потенциал, которая как страна ОПЕК,
может покрыть поставки, прекратившиеся из-за событий в Египте и Ливии, и
добавят 1-2 миллиона баррелей в сутки. Если будут таки заявления и действия со
стороны стран со стратегическими резервами и Саудовской Аравии, России и других
производителей, то тогда рынок успокоится. Он волнуется из-за неопределенности:
все начинают предполагать худшее и нервничать.



Теперь мне бы хотелось перейти в вопросам внутреннего регулирования в
Казахстане. Насколько я понимаю, Вы ждете значительного притока валюты в
страну?


— С середины
2010 года предупреждаем, что тенге, скорее всего, будет укрепляться из-за рост
объемов экспорта металлов, зерна, нефти на фоне повышающихся цен. Весной
прошлого года зерно падало до 140 долларов за тонну, сейчас – 320 долларов. Для
нас нейтральным является уровень цены в районе 200 долларов. Цена на медь для
нас нейтральна на уровне 7 тысяч долларов за тонну, пробивала 10 тысяч
долларов. Цена на нефть нейтральна для текущего счета платежного баланса в
размере 70 долларов за баррель, а сейчас она 115 долларов за баррель. Таким
образом, у нас предложение долларов (на внутреннем рынке) увеличивается. За
весь прошлый год мы купили 2 миллиарда долларов нетто для сдерживания слишком
быстрого укрепления тенге. За прошлый год номинальное укрепление тенге к доллару
составило 0,6%. За январь мы купили 1,8 миллиарда долларов и неполный февраль –
2,5 миллиарда долларов. То есть за 2 месяца мы купили 3% ВВП. Если привести к
российским реалиям, то это сродни тому, что Банк России купил бы за два месяца
50 миллиардов долларов – цифра очень внушительная. Тенге продолжает укрепляться
– с начала этого года – 1%: начали год со 147,5 тенге за доллар, а сейчас – 146
тенге за доллар. Хочу сделать акцент на нескольких моментах. Нацбанк, скупая
доллары, выпускает в обращение тенге, затем мы проводим выпуск нот на 3 и 6
месяцев, и всю эту ликвидность собираем. Таким образом, никакого увеличения
тенговой денежной массы не происходит, никакого дополнительного инфляционного
давления тоже нет. Мы это можем позволить это делать, так как есть избыточная
ликвидность у банков и пенсионных фондов, а ставки очень низкие: при инфляции в
8% годовых, ставки по трехмесячным нотам – 1% в тенге, по полугодовым – менее
1,5%. В реальном выражении (то есть с учетом инфляции) мы возвращаем меньше, чем
забираем. В России рубль с начала этого года укрепился на 3%. Юань и евро тоже
укрепляются. Таким образом, к доллару укрепление есть, номинальное в 1%, а с
учетом инфляции гораздо больше, но укрепление к корзине валют не происходит,
поэтому пока утери конкурентоспособности наших товаров нет, и укрепление тенге
может продолжаться, вопрос в том – какими темпами. Пока мы это делаем медленно
и плавно, что не мешает появляться слухам о «неминуемой» девальвации.



Двадцатого марта заканчивается действие валютного коридора. Каковы дальнейшие
действия Нацбанка?


— Мы вернемся
к тому режиму, который был 10 лет – управляемого, плавающего курса тенге. Когда
мы водили коридор, раздавались крики – зачем он нам? Теперь те же самые люди
кричат – зачем вы его отменяете. Я напомню, что коридор у нас очень широкий, а
курс был стабилен и находился в середине коридора. Никакой необходимости в нем
нет. Он был нужен как якорь макроэкономической стабилизации в феврале 2009
года. Мы приняли решение досрочно отменить коридор с 28 февраля. В 2009 году он
сыграл свою роль, в 2010 году он был больше декоративным, а в 2011 году он
просто не имеет смысла.



Насколько значителен сейчас приток спекулятивного капитала в Казахстан?


— Мы это
увидим по итогам февраля – какое количество в нотах и на депозитах банков. Если
брать 2006 год и начало 2007 года, то такого рода инвесторы заходили тремя
путями – через государственные ценные бумаги, через депозиты в банках и покупку
тенговых облигаций банков. Сегодня в тенговых облигациях мы их не видим вообще,
депозитов тоже пока не видно. Инвестиции в госбумаги тоже небольшие – в январе
они составили 150 миллионов долларов, но уже в феврале он более 1 млрд.
долларов. Наши предварительные оценки показывают, что приток больше, чем просто
от экспортеров, и надо понять – то ли население начало перекладываться из
долларов в тенге, или это приток спекулятивного капитала. Пока полной
информации нет. На 1 января у нас уже было 65% депозитов в тенге, во вкладах
населения – выше 55%, что приближается к докризисному уровню 2007 года.
Возможно, в начале этого года на фоне укрепления тенге, конверсия усилилась еще
больше.


— Есть
ли у Нацбанка в портфеле греческие, португальские, ирландские и испанские
гособлигации?


— За
исключением испанских, все продали в мае 2010 года. Сами реализовали и внешних
управляющих заставили продать. При решении вопроса по испанским бумагам я
воздерживаюсь, так как есть конфликт интересов – я являюсь почетным консулом
Испании в Алмате и Алматинской области и Командором Ордена за гражданские
заслуги.



Казахстан готовится к программе «народного IPO». Может ли в рамках этой
программы быть продан пакет БТА банка, переговоры по которому уже несколько лет
ведет Сбербанк России?


— Это возможно
на втором этапе. Первый этап будет сейчас, в рамках которого будут
предполагается продать акции трех компаний: из добывающего сектора, из
телекоммуникационного сектора и из энергетического. Второй этап может начаться
весной будущего года. Если Сбербанк купит долю госфонда «Самрук-Казына» в
БТА-банке до этого момента, то пакет не будет выставлен.



Агентство международной информации «Новости-Казахстан»

По сообщению сайта Meta · новости дня