Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

«Политические риски остаются» // Глава NIS Кирилл Кравченко о партнерах, активах и жителях Сербии

Дата: 03 марта 2011 в 10:14 Категория: Новости политики

В середине марта истекает срок оферты «Газпром нефти», выставленной миноритариям сербской NIS, среди которых 4,7 млн граждан страны. Российская компания приобрела один из первых зарубежных активов в 2008 году и именно через NIS планирует активно осваивать балканский рынок. Как в Сербии относятся к российскому инвестору, кто будет партнером компании в регионе и выгодно ли сейчас продавать ее акции, «Ъ» рассказал гендиректор NIS КИРИЛЛ КРАВЧЕНКО. — Появление «Газпром нефти» в Сербии воспринималось неоднозначно. Часть политиков выступила против российских инвестиций, кроме того, считалось, что сумма $400 млн, за которую были приобретены 51% акций NIS, слишком мала. Сейчас отношение изменилось? — Да, в самом начале были полярные точки зрения. Одни говорили, что продали бриллиант сербской экономики, другие — что компания на грани банкротства. NIS — крупнейшая энергетическая и, по сути, инфраструктурная компания страны, обеспечивающая 11% доходов бюджета, поэтому, конечно, сделка была темой для дискуссий. Свою роль играло и то, что сделка была частью пакетного межгосударственного соглашения, которое помимо собственно покупки пакета акций предполагает €500 млн инвестиций в модернизацию НПЗ, строительство в Сербии участка газопровода South Stream и реконструкцию газохранилища. Также «Газпром нефть» взяла на себя определенные обязательства по пятилетнему соглашению акционеров. Первый год смело можно было бы назвать годом антикризисного управления. Сейчас, когда компания показала реальные результаты и по прибыли, и по росту добычи, впервые за 20 лет и по увеличению доли рынка, отношение, конечно, поменялось. Но повышенное внимание сохраняется. Потому что NIS, у которой все граждане Сербии являются миноритарными акционерами, остается крупнейшей компанией, первой «голубой фишкой» на Белградской бирже, и все ее действия, получают оценку в СМИ, в правительстве, широко обсуждаются в обществе. Если говорить о политической составляющей, то можно подчеркнуть, что есть определенная степень удовлетворения: на встрече президентов Дмитрия Медведева и Бориса Тадича глава Сербии высказал удовлетворение темпами развития проекта. Безусловно, некоторые политические риски остаются, но мы оцениваем их как невысокие. — Правда ли, что ситуация в NIS, которую обнаружила «Газпром нефть» после сделки, не совпала с изначальными представлениями о сербской компании, сложившимися по итогам аудита? — Мы участвовали в due diligence, это ключевой процесс, и вряд ли какой-то инвестор захотел бы просто довериться чужим цифрам. Большая часть данных, которые мы получили, позднее подтвердились, но я бы отметил две вещи, которые были для нас несколько неожиданными. Первое — финансовая отчетность не была подготовлена по стандартам МСФО, поэтому некоторые обязательства, которые позже обоснованно предъявили контрагенты, не были отражены. Второе — то, что аудиторы предыдущих лет ни разу не выдавали «чистого заключения независимых аудиторов» (так называемый unqualified audit opinion) в отношении финансовой отчетности NIS. Первый сделанный нами аудит отчетности по МСФО показал существенные различия и что компания не в плюсе, как показывали отчеты за несколько предыдущих лет, а уже четыре года демонстрирует убытки. В начале работы это оказывало значительное влияние на работу с банками и на текущую деятельность компании, но сейчас, я считаю, мы выправили ситуацию. — То есть сербские партнеры были не до конца откровенны с «Газпром нефтью»? — Я так не думаю. Скорее дело в принципах отношения к отчетности в NIS, а именно в отсутствии требования, что отчетность компании должна готовиться по МСФО, что обязательно должно быть полноценное подтверждение независимого аудитора. Придя с новыми правилами, посчитав по-другому, более строго, и опираясь на мнение наших аудиторов по предыдущим нескольким годам, мы поняли, что ситуация хуже, чем выглядит на бумаге. Я не вижу тут какого-то злого умысла, тут скорее просто разница в подходах. — Не было желания пересмотреть параметры сделки? — Совет директоров NIS, куда входят как представители «Газпром нефти», так и Сербии, рассматривал все варианты, но я считаю, что выбрали оптимальный — вариант сотрудничества. И сейчас никто не жалеет, ни акционеры, ни менеджмент. Нам удалось найти путь, который позволил соблюсти интересы всех сторон, и без конфликта. — Какова сейчас кредитная нагрузка компании? — Дебиторская задолженность сократилась примерно на 30%, кредиторская — вдвое, и сейчас оба показателя находятся на нормальном уровне. Банковский долг мы за два года сократили на 50%, сейчас он составляет чуть больше $600 млн, при одновременном существенном росте показателя EBITDA, который в 2008 году был отрицательным, в 2009-м вырос до €100 млн, а за 2010 год составит порядка €300 млн. Это позволяет нам говорить, что сегодня уровень кредитной нагрузки близок к тому, который мы считаем оптимальным. По мере роста показателя EBITDA, что предполагает наша стратегия, могут привлекаться и новые заимствования для развития компании. — Каковы основные параметры стратегии развития NIS? — У нас уже существует десятилетняя стратегия, но мы работаем и над двадцатилетней, потому что считаем, что десятилетний горизонт недостаточен для развития бизнеса. Прежде всего она предполагает развитие NIS как ведущего балканского игрока, а на первом этапе — лидерство по динамике роста эффективности. Второе — баланс всех составляющих вертикально интегрированной нефтяной компании. В регионе жестокая конкуренция, и поэтому мы говорим о том, что наша эффективность должна складываться из всех сегментов бизнеса. Предполагается трехкратный рост добычи нефти и двукратный рост переработки. При этом две трети производимого объема будут сбываться в Сербии, а треть — в других балканских странах. Предполагается, что где-то 30-50% будет составлять добыча в Сербии и 50% — за пределами страны. Мы уже вышли в Боснию и Герцеговину, следующий приоритетный регион — Румыния. Продолжаем работу в Анголе, Туркмении, изучаем другие возможности для расширения как ресурсной базы, так и добычи. Стратегическая цель — обеспечить100% перерабатываемой нефти из собственных источников. — Как вы оцениваете ресурсный потенциал Балкан? — Смотря с чем сравнивать. Если с ресурсным потенциалом России, то, конечно, Балканы — небольшой регион. Но если сравнивать с Европой, то весьма перспективный. Поэтому мы рассматриваем абсолютно все возможности в нем. — NIS и «Нефтегазинкор», дочерняя структура «Зарубежнефти», создали СП по разработке двух участков в Боснии. Уже есть данные о запасах? — В этом году предполагается 3Д-сейсмика, в следующем году будет бурение первых разведочных скважин, и к 2014 году планируем выйти на добычу. По предварительным оценкам, извлекаемые запасы составляют примерно 10 млн тонн. — Рассматриваете ли вариант партнерства для работы в регионе с другими российскими компаниями? — Мы уже сотрудничаем с ЛУКОЙЛом, подали заявку на участие в тендере на шельфе Черногории, где возможно сотрудничество и с другими компаниями. — В Румынии предполагается заниматься и офшорными проектами в Черном море. Есть ли у NIS необходимые технологии? — У нас есть опыт соучастия в управлении офшорными проектами в Анголе, правда, NIS не является в них оператором. В шельфовом бурении у нас хороший наработанный опыт в Туркмении, где мы рассматриваем разные возможности по развитию бизнеса. В Румынии пока приоритетны проекты на суше, поскольку они интереснее с логистической точки зрения. — Каков уровень добычи и переработки в 2010 году? Какова себестоимость добычи в Сербии? — Добыча составит примерно 1,2 млн тонн нефтяного эквивалента, и это рост по сравнению с 2009 годом на 30%, но мы намерены сохранить динамику и в 2011-м планируем 1,5 млн тонн. Уровень переработки в 2010 году составил порядка 3 млн тонн. Сейчас у нас уровень себестоимости добычи вполне сравнимый с Россией — $5,3 за баррель, а по рентабельности по EBITDA мы выходим где-то на уровне 15%. — С 1 января началась либерализация сербского рынка нефтепродуктов — на нем появились другие игроки. Как вы собираетесь преодолевать негативные последствия от этого для бизнеса NIS? — Этот шаг, конечно, стал бодрящим. Но надо заметить, что либерализация рынка в Сербии шла этапами, и самые крупные и важные этапы были пройдены еще до прихода «Газпром нефти»: европейские игроки имеют здесь свои сети и давно импортируют дизель, авиакеросин, СУГ, причем речь идет, конечно же, о топливе евростандарта, и дизель, в отличие от России, занимает здесь около 60% рынка. Так что жесткие конкурентные условия здесь уже сложились раньше, а с начала года это коснулось и бензина, который занимает около 30% рынка. Вызов для NIS состоит в том, что технологически НПЗ еще не готов выпускать 100% продукции стандарта «Евро-5» (сейчас это около 45% объема) и полный переход произойдет только после окончания модернизации. Вторая сложность — устаревшая сеть АЗС. Поэтому открытие рынка мы стараемся воспринимать как стимул для ускоренного развития и отвечаем на этот вызов масштабной реконструкцией АЗС, новым уровнем сервиса, программами для клиентов и увеличением выпуска дизеля и бензина «Евро-5», недостаток которого компенсируем импортными поставками. — Какова доля импорта нефтепродуктов NIS? — В этом году у нас существенные планы по импорту прежде всего евродизеля. Чтобы удовлетворить спрос, нам необходимо докупить порядка 40-50% от общего объема производства дизеля. Ситуация будет оставаться такой еще два года до окончания реконструкции НПЗ. Нефтепродукты мы закупаем у наших партнеров в Румынии и Болгарии, Венгрии, Боснии и Герцеговине. — Сколько уже вложено в НПЗ? — Главная стройка — это комплекс гидрокрекинга и гидроочистки, в который за счет кредита «Газпром нефти» вложено больше €200 млн, законтрактовано около €300 млн. Есть еще ряд проектов на НПЗ, таких как водородная установка, экологическая инфраструктура, чтобы привести завод в соответствие с требованиями ЕС. Собственные средства NIS вкладывает в добычу и розничную сеть. Одновременно рассматриваем возможность дополнительных инвестиций в развитие масляного бизнеса, где уже сейчас есть собственный бренд моторных масел и буквально только что запустили производство рафинатов. В течение полугода мы завершим анализ рынка, и после этого примем решения самостоятельно или вместе с каким-то партнером выходить на инвестиционный цикл. Среди возможных партнеров мы рассматриваем японские и шведские компании, у которых есть опыт переработки высоковязкой нефти. При этом будем опираться и на технологии «Газпром нефти». — Как будет развиваться сбытовая сеть за пределами Сербии? Кто будет этим заниматься — NIS или сама «Газпром нефть»? — Помимо Сербии в области сбыта нашими целевыми приоритетными рынками являются Болгария и Румыния, где мы будем расширять сбытовую сеть вместе с «Газпром нефтью». Изучение возможностей ведется совместно, но пока не определено, какая компания станет основным инвестором. Большая часть нефтепродуктов будет поставляться с наших НПЗ. Рынки второго приоритета — это Босния, Черногория, рассматриваем также Хорватию и Венгрию. — Многие российские компании в последние годы продают свои сервисные подразделения, в частности, этим сейчас занимается и «Газпром нефть». Вы собираетесь избавляться от своих сервисных активов? — За последние два года загрузка нефтесервисного блока компании выросла в полтора-два раза. Причем собственные проекты NIS — это примерно половина бизнеса сервиса, остальное — сторонние заказы, прежде всего Туркмения. Варианты развития для тех видов сервисов, которые сильно влияют на себестоимость основной деятельности компании, будем оценивать с позиции эффективности для NIS. В дальнейшем возможно и партнерство, и продажа. Но на данный момент мы намерены сделать для оптимизации бизнеса все, что возможно в рамках действующей структуры, а потом уже использовать другие варианты. С этим мы пока не спешим. — NIS является миноритарным акционером нефтехимической компании «Петрохимия», которую власти собираются приватизировать. Нет планов по приобретению? — Государство рассматривает такую возможность, но нам очень важно понять будущее «Петрохимии». Все зависит от состояния европейского нефтехимического рынка, который сейчас покрывается массовым производством на Ближнем Востоке. До сентября мы проведем тщательный анализ ситуации и будем принимать решение. — Финансовое положение NIS позволит ей развиваться в соответствии с заявленными планами? — Всегда хочется большего, конечно. Сейчас у нас ежегодно идет двукратный рост инвестиций из собственного операционного денежного потока. Например, на 2011 год запланированы инвестиции порядка €100 млн в добычу и в развитие розницы внутри страны. И это не считая возможных инвестиций в сделки по слияниям и поглощениям, потому что мы также рассматриваем различные возможности приобретения в рамках нашего основного бизнеса на Балканах. — «Газпром нефть», согласно обязательствам по SPA, выставила оферту миноритарным акционерам. Собирается ли компания увеличивать свою долю в NIS? — Сложившаяся за эти два года система корпоративного управления «Газпром нефти» позволяет эффективно контролировать бизнес, имея 51%. В прошлом году мы преобразовали компанию в ОАО, вывели ее на биржу, и сегодня NIS — единственная в мире компания, у которой акционеров 4,7 млн человек, фактически все граждане страны. Перед ними мы свои обязательства выполняем. В частности, обязательства по оферте. — Если «Газпром нефть» все-таки выкупит часть акций, то как компания собирается их использовать? — Безусловно, будет определенная вариативность, что с ними делать. Это будет решать совет директоров «Газпром нефти». Возможен вариант обмена на какие-то активы, продажа на бирже и другие варианты, но это следующий шаг. — В соглашении о покупке NIS было прописано, что дивиденды от деятельности компании должны составлять 15%, но за два года они ни разу не выплачивались. Почему? — По итогам 2009 года у компании не было дивидендов: были убытки, и значительные, поскольку, несмотря на операционные успехи, в итоговой отчетности были отражены все проблемы предыдущих лет. По итогам этого года прибыль будет, и акционеры решат ее судьбу. Средства, которые направляются на дивиденды, могут быть также использованы на покрытие убытков прошлых лет или направлены на развитие бизнеса. — Но у менеджмента есть же видение ситуации? — Видение менеджмента состоит в том, чтобы превратить NIS из национальной нефтяной компании в ведущего регионального балканского игрока. Поэтому максимальное количество всех средств, на мой взгляд, должно быть направлено на развитие компании. Это является основой для роста ее стоимости, и миноритарные, и мажоритарные акционеры смогут в будущем получить в виде дивидендов больше, чем сейчас, когда выплаты могут привести к замедлению темпов развития бизнеса. Но решать будут акционеры. — Вы проводите оптимизацию бизнеса и уже уволили 2,5 тыс. человек. Как это было воспринято в стране? — Когда «Газпром нефть» получила контроль над NIS, численность сотрудников была в районе 16 тыс. человек, сейчас в компании трудится порядка 10 тыс. Это была необходимая оптимизация и нетривиальная задача. При этом увольнение возможно только при условии добровольного согласия работника. Общество в целом относилось к нашим действиям с пониманием, поскольку мы соблюдали все условия и объясняли необходимость повышения эффективности компании. — Каково на данный момент соотношение русских и сербских работников в компании? — Максимум в компании работало 106 иностранных менеджеров, большая часть из которых были русскими. Сейчас их количество снизилось до 80, до конца года будет 60. Причем у нас есть немцы, литовцы, румыны, французы, то есть это смешанная команда, которая представляет порядка десяти стран и наций. Изначально предполагалось, что такая большая команда привлекается временно, и сейчас идет подготовка и постепенная передача всех функций местным менеджерам, мы много вкладываем в образовательные программы. Плюс к этому привлекаем на работу сербов, которые в свое время уезжали учиться и работать в Россию или Европу. Поскольку команда интернациональная, в компании введено обязательное изучение культуры и языков друг друга. Рабочих языков в компании три: сербский, русский, английский. — В прошлом году «Газпром нефть» практически спасла от банкротства футбольный клуб «Црвена звезда», очень популярный в Сербии. Этот шаг позволил улучшить восприятие бренда? — У NIS и «Газпром нефти» большой объем корпоративной социальной ответственности, может быть, поэтому и нашу стремительную реорганизацию воспринимают относительно позитивно. NIS спонсирует несколько клубов, один из которых баскетбольный клуб «Партизан», имеющий большой успех на международной арене. Футбольная «Црвена звезда» также крайне популярна не только в Сербии, но и во всем регионе. Для «Газпром нефти» это не только имиджевый проект, но и часть маркетинговой политики. Мы уже имеем болельщиков, которые знают, что, покупая нефтепродукты NIS, они поддерживают и свой любимый клуб. — После югославской войны часть активов NIS были экспроприированы другими странами. Вам удалось вернуть их обратно или хотя бы снять с баланса? — У нас осталась техническая нефть в хорватской части нефтепровода Янаф, который идет от Адриатики к нашему НПЗ. Она была национализирована, и в отчетности компании под нее зарезервировали порядка €16 млн. Есть еще сеть заправок также на территории Хорватии, которая принадлежала ранее NIS, есть сеть нефтебаз и домов отдыха. Но такие переговоры — сложная тема, и больше шансов решить вопрос не на корпоративном уровне, а на межгосударственном. Этот вопрос является сегодня предметом урегулирования отношений Сербии и Хорватии на их пути в ЕС в рамках комиссии по сукцессии. Хотя по заправкам мы, как компания, параллельно обратились в суд. — В Европе, в отличие от России, очень развито профсоюзное движение. Есть ли у NIS профсоюз? Как складываются отношения с ним у менеджмента компании? — В NIS есть синдикат, состоящий из профсоюзов работников добывающего направления компании и перерабатывающего. Он имеет очень высокое влияние на коллектив, практически 90% всех сотрудников в него входят. В Сербии профсоюзное движение действительно развито, как и в целом в Европе. Когда шли переговоры о вхождении «Газпром нефти» в NIS, то представители синдиката принимали участие в переговорах. Раньше представители профсоюза даже присутствовали в органах управления компанией. Сейчас от этого отказались, но переговоры у нас проходят еженедельно по разным вопросам, и, думаю, обе стороны довольны конструктивным сотрудничеством.

По сообщению сайта Коммерсантъ