Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

«Twitter-революции — это разводка»

Дата: 09 марта 2011 в 09:01 Категория: Новости интернета

Руководитель политического департамента партии «Единая Россия», публицист и основатель Кремлевской школы блогеров АЛЕКСЕЙ ЧАДАЕВ рассказал корреспонденту «Ъ» ЕЛЕНЕ ЧЕРНЕНКО, почему российские власти не боятся социальных сетей вроде Facebook и Twitter. — В западных СМИ восстания на Ближнем Востоке называют twitter-революциями. Как вы относитесь к этому? — Twitter-революции — это слово-обманка, прячущее суть процесса за технологиями. Однако для того, чтобы мобилизовать людей на протестные выступления, надо, чтобы, во-первых, существовали сами эти люди и, во-вторых, чтобы существовала необходимость и предрасположенность к такой мобилизации. Реальный движок протестных выступлений — это группы, наличие которых та или иная система попросту не предполагает, как правило, из-за того, что, когда она создавалась, их еще не было. И уже внутри таких групп формируется революционное ядро, для которого твиттеры и фейсбуки оказываются просто наиболее удобным и современным средством общения и самоорганизации. — Почему же тогда западные политики, политологи и журналисты так активно продвигают этот термин? — Это старая разводка, эксплуатирующая классический прогрессистский миф: дескать, Запад создает технологии, которые проникают в недоразвитые страны и пробуждают в их жителях стремление к иной жизни. Но это не полностью фикция. Интернет-коммуникации — это действительно коммуникации другого рода. Это такая сеточка, которая плетется от человека к человеку, от группы к группе. Ее никакой вертикалью накрыть не получается. И системы, основанные на вертикальном распределении коммуникативного сигнала, действительно на этом и спотыкаются. — Но как только власти Туниса, Египта и Ливии поняли, что начинают спотыкаться, они заблокировали доступ к социальным сетям. — Когда начинается массовое выступление, пить «Боржоми» уже поздно. Все условия уже созданы. Уже есть эти группы. Уже для них твиттеры и фейсбуки, по Ленину, не только коллективный агитатор и пропагандист, но и коллективный организатор. Далее организованное ими сообщество живет своей собственной жизнью. Развиртуализованной. Тут есть еще один фактор — последствия демографического взрыва. В арабских странах много молодежи и довольно старые режимы. Сталкиваясь с новыми коммуникативными формами, они сыплются. Российское же общество старше, и этой энергии молодости в нем гораздо меньше. За исключением некоторых регионов, о которых особый разговор. — Но западная пресса пишет, что и в России могут произойти события, как в Северной Африке, и что российские власти боятся Facebook. — Бояться точно не стоит. Это просто новый инструмент, новое оружие, с ним надо работать. Я бы задумался над этим совершенно в другом ключе. А может, мы сами попробуем устроить twitter-революцию в какой-нибудь важной для нас точке. Пространство русского мира большое. Почему бы не... — ...поднять русскоязычных граждан Эстонии? — А что? Они разобщены, сидят каждый в своей квартире и ничего не могут сделать с этим карликовым левиафаном, который стремится их натурализовать и интегрировать в свой убогий восточноевропейский каркас. Старые методы их организации, мобилизации не работают. А новые — почему бы и нет? — То есть технологии сами по себе нейтральны и их может одинаково эффективно использовать любая сила? — Конечно! Это просто инструмент. Просто есть те, кто успевает их освоить и соединить это знание с социологией, чтобы получить нужный результат. — А власти РФ умеют с этим инструментом работать? — Я глубоко не уверен в этом. У меня есть ощущение, что пока у нас это все еще рассматривается как игрушка. Но система GPS тоже долгое время рассматривалась как игрушка. Мы поздно сообразили, какая это мощная штука. — Вы недавно заявили, что «выборы в Госдуму в 2011-м — это первые в истории нашей страны выборы, где кампания в сети будет иметь такое же, если не большее, значение, чем кампания в традиционных массмедиа». К этому осознанию в правящей партии пришли только сейчас? — Интернет воспринимался как узкая, маргинальная среда. Считалось, что им пользуются более обеспеченные люди, а у нас ведь чем богаче человек, тем он аполитичнее. Но в последнее время интернет-аудитория увеличивается взрывными темпами. Если полгода назад мы говорили о 35 млн пользователей в России, сейчас уже можно говорить о 50 млн. И сеть перестала быть только пространством для обмена мнениями. Теперь это инструмент организации и мобилизации.

По сообщению сайта Коммерсантъ