Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

Манежный национализм

Дата: 11 марта 2011 в 01:10

Информационно-аналитический центр «Сова» выпустил доклад о радикальном национализме в России в 2010 году – последнюю исследовательскую работу, в которой приняла участие Галина Кожевникова, скончавшаяся на прошлой неделе. По данным правозащитников, в прошлом году от расистского и неонацистски мотивированного насилия погибло 37 и были ранены 382 человека. Рост числа непубличных и вместе с тем радикальных группировок правого толка завершился погромом на Манежной площади.

В четверг директор информационно-аналитического центра «Сова» Александр Верховский представил доклад о ксенофобии и расистских преступлениях в России в 2010 году. Работа «Призрак Манежной площади: радикальный национализм в России и противодействие ему в 2010 году» была подготовлена Верховским в соавторстве с заместителем директора центра Галиной Кожевниковой, которая на прошлой неделе умерла в Москве после тяжелой болезни. Ежегодные доклады по теме радикального национализма «Сова» публикует с 2002 года, Кожевникова являлась их неизменным соавтором. В работе по итогам 2010 года приводится предварительная статистика жертв и пострадавших от расистского насилия, данные о тенденциях, наметившихся в деятельности ультраправых, и политических последствиях их акций.

По данным «Совы», в 2010 году жертвами радикальных националистов стали 37 человек, 382 человека были ранены.

Правозащитники отмечают, что эти данные не окончательные: как правило, статистика жертв неонацистского насилия обновляется в течение следующего года. Так, в 2009 году в докладе содержалась информация о 71 погибшем, позже это число возросло до 84, а пострадавших, по уточненным данным, оказалось не 333, а 434 человека. Именно поэтому говорить о существенном снижении уровня насилия пока рано, отмечают авторы доклада, однако уменьшение количества убийств на националистической почве, в частности, в Москве и Санкт-Петербурге, налицо.

Большинство пострадавших от рук неонацистов – выходцы из Центральной Азии. Еще один объект нападений ультраправых – так называемая неформальная молодежь: антифашисты, панки, посетители хардкор-концертов. Эксперты «Совы» обращают внимание на то, что среди пострадавших и погибших (в 2010 году были убиты три «неформала») не только и не столько так называемые боевые антифа – левые радикалы, участвующие в акциях прямого действия и открыто противостоящие неонацистам, – но и те, кого за них приняли по ошибке, или молодежь, посещающая концерты, которые принято считать антифашистскими.

Так, в мае 2010 года «Газета.Ru» писала об убийстве в массовой драке у Строгинского моста 27-летнего Дмитрия Кашицына. Около 15 человек, среди которых был Кашицын, отдыхали на берегу, когда на них напали несколько десятков человек, вооруженных бутылками, ножами и травматическим оружием. По данным очевидцев, нападавшие кричали: «Зига-зага, вали их». Официальное следствие не квалифицировало действия участников драки как националистические или ксенофобские. Впрочем, в статистику «Совы» Кашицын тоже не попал: аналитики отдельно оговариваются, что доклад не включает данные о жертвах массовых драк, а также насилия на Северном Кавказе.

Еще одна тенденция, выявленная правозащитниками – разного рода проявления антигосударственного террора. «От угроз сотрудникам правоохранительных органов и судов праворадикалы переходят к реальным действиям», – отмечают авторы доклада.

В качестве примеров таких действий «Сова» приводит подготовку покушения на следователя, который вел дело лидера «Союза славян Дальнего Востока» Александра Комарова (преступление предотвратили в ноябре 2010 года), и убийство судьи Мосгорсуда Эдуарда Чувашова (застрелен в подъезде своего дома 12 апреля 2010 года).

Чувашов вел дело националистической группировки «Белые волки» и банды Артура Рыно, угрозы в его адрес регулярно появлялись на ультраправых сайтах, где судью объявляли «русофобом» и призывали к расправе над ним. После гибели Чувашова председатель Мосгорсуда Ольга Егорова признала, что судьям угрожают, и рассказала о механизме обеспечения защиты членов судейского сообщества. Уже в 2011 году охрану выделили судье Александру Замашнюку, который рассматривает дело националистов Никиты Тихонова и Евгении Хасис, обвиняющихся в убийстве адвоката Станислава Маркелова и журналистки Анастасии Бабуровой.

Всего в 2010 году правозащитники зафиксировали 18 «антигосударственных» преступлений неонацистов, среди которых поджоги милицейских участков и подрывы железнодорожных путей. В августе 2010 года в Орле была задержана группировка из шести человек под предводительством бывшего преподавателя физкультуры орловской академии Федеральной службы охраны (ФСО). По данным следствия, на националистах лежит ответственность за атаки на опорный пункт милиции и здание прокуратуры.

Впрочем, статистические данные о такого рода преступлениях приблизительные: многие подобные нападения остаются нераскрытыми, к тому же ультраправые нередко берут на себя ответственность за вылазки, которых не совершали, отмечают авторы доклада. Затрудняет статистические выводы и то, что подобного рода «акции прямого действия» проводят и ультралевые радикалы. Стоит вспомнить хотя бы авторов «Черного блога» – группу анархистов, которая взяла на себя ответственность за несколько нападений на отделения милиции.

Особое место в докладе авторы отводят беспорядкам на Манежной площади 11 декабря прошлого года, когда акция памяти убитого фаната «Спартака» Егора Свиридова переросла в погром у стен Кремля, к которому оказались не готовы власти и милиция.

По мнению аналитиков «Совы», успех праворадикалов на Манежной стал следствием не столько катастрофического роста ксенофобских настроений в обществе, сколько укрепления сети неформальных националистических организаций. Они ориентированы на насилие и не стремятся к легальности, но в то же время способны повести за собой молодежь.

«Эти группировки отнюдь не стремятся к открытости и не особенно доверяют публичным националистическим политикам. Во-первых, потому что последние не раз бывали опозорены в различных ситуациях в глазах ультраправой молодежи, во-вторых, эта молодежь не имеет оснований рассчитывать на эффективность публичной оппозиционной политики, в-третьих, опыт разгрома Национал-социалистического общества (НСО) показал, что сочетать публичную активность и систематическое расистское насилие больше не удается из-за возросшей активности правоохранительных органов», – говорится в докладе. К подобным группировкам, по мнению правозащитников, активнее примыкают новые соратники, чем к официальным организациям вроде пока не запрещенного «Движения против нелегальной иммиграции» (ДПНИ) или «Славянской силы» (возникла вместо запрещенного в апреле 2010 года «Славянского союза»).

За счет тех же неформальных радикальных группировок, по мнению правозащитников, разрешенный «Русский марш» в Люблино 4 ноября 2010 года стал самым массовым за всю историю подобных мероприятий: в нем приняло участие до 5,5 тысяч человек. «Очевидно, совокупная масса сторонников известных и неизвестных ультрационалистических групп действительно выросла за год», – считают авторы доклада. Бывший лидер ДПНИ Александр Белов (Поткин) приписывает успех «Русского марша» появлению единого оргкомитета из легальных националистов, «существующего во всех федеральных округах России», но признает, что автономов-националистов, способных на радикальные действия, становится больше.

Белов винит в этом правоохранительные органы и прокуратуру.

«Существует совместная инструкция МВД, ФСБ и прокуратуры по борьбе с экстремизмом, в которой говорится о противодействии национализму, который вообще-то официально не запрещен, – сказал «Газете.Ru» экс-лидер ДПНИ. – Она предписывает дискредитировать лидеров крупных организаций, чтобы вызвать недоверие масс, провоцировать расколы крупных объединений». Из-за этого, продолжает Белов, все больше молодых людей решают не ходить на разрешенные митинги, не состоять в официальных организациях, а «быть все время в маске и действовать самостоятельно».

Бороться с радикалами ДПНИ не собирается: по крайней мере, «пока государство не начнет относится к нам по-человечески». Белов напомнил, что в четверг в Мосгорсуде прошло предварительное слушание по делу о запрете деятельности ДПНИ, на котором настаивает прокуратура, считающая движение экстремистским. «Пусть власть сама с ними (радикальными националистами. – «Газета.Ru») борется», – заявляет Белов и поясняет, какое отношение к себе националисты будут считать «человеческим».

«Когда появится партия националистов и можно будет высказываться в парламенте, вместо того, чтобы распространять подпольные листовки, автономная радикальная активность сама по себе снизит обороты», – считает экс-лидер ДПНИ.

«Если бы была легальная партия националистов, возможно, это действительно могло бы снизить уровень насилия. Но фокус в том, что сейчас это не получается. И дело не только в том, что власти не позволяют появиться не только националистической, но и любой другой оппозиции. Более существенной проблемой является то, что эта легальная прослойка сама по себе не формируются: националисты из разрешенных организаций то тут, то там оказываются повязаны с нелегальной деятельностью», – прокомментировал предложение Белова директор центра «Сова» Александр Верховский.

В качестве примера он привел обвиняемого в убийстве Маркелова Никиту Тихонова, тесно связанного с легальным «Русским образом», и лидера отделения ДПНИ в Кирове Ивана Михеева, осужденного по нескольким уголовным делам, в том числе за участие в массовой драке. «Многие националисты, не замешанные в так называемых акциях прямого действия, рассуждают о чем-то похожем на ирландскую «Шинн Фейн» (партия социалистического толка, выступающая за единую Ирландию. – «Газета.Ru»). То есть подразумевается, что отдельно будут некие люди с оружием, а отдельно те, кто будет представлять их взгляды в легальном поле. Но почему-то этой легальной прослойки все никак не появляется. А людей с оружием, наоборот, сколько угодно», – констатирует Верховский.

По сообщению сайта Газета.ru