Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

Год азаровщины

Дата: 11 марта 2011 в 19:40

Год азаровщины

Вслед за первой годовщиной правления президента, пришел праздник и на правительственную улицу. Вопреки неутешительным прогнозам экспертов Кабмин Николая Азарова смог удержаться при власти в непростой переходный период. Правда, при этом он сменил «куратора», существенно потерял в кадрах и возможностях для маневра.

 Кабмин-трансформер

Главным достижением нынешней власти, как она не устает напоминать, считается обретение стабильности властной системы. Одним из примеров ее реализации на практике на первый взгляд может служить судьба Кабинета министров. Одиннадцатого марта 2010 года правящая колация под одобрительным взглядом президента утвердила состав нового правительства. Миновал год, а положение дел формально не изменилось: страной по-прежнему правит команда Николая Азарова. Но фактически за это время Кабмин прошел некороткий путь значительных трансформаций.

Для того, чтобы оценить масштабы пертурбаций правящего лагеря достаточно сравнить составы правительства образца прошлого марта и нынешнего. «Стабильность» налицо: из 29 «кабинетчиков» (считая министра Кабинета министров Анатолия Толстоухова) при портфелях остались лишь 15 высокопоставленных чиновников (опять-таки – если не забывать все того же Толстоухова, статус которого после реформы выглядит несколько неопределенным). Урезание за год «штатного расписания» практически вдвое с поправкой на былой размах, вызывавший порой удивление у более скромных европейцев (семь вице-премьеров – это звучало гордо), выглядит вполне оправданно. К тому же, следует заметить, к такой экономии человеческих ресурсов Кабмин шел достаточно долго.

Несмотря на то, что состав коалиционного правительства вызвал нарекания оппозиции с первых дней своего формирования, потери Кабмин начал нести лишь с июня 2010-го. Первой ласточкой, покинувшей гнездо на Грушевского, оказался министр ЖКХ Александр Попов, командированный спасать столицу. Но на тот момент Кабмин не стал нарушать статус-кво, и на место Попова был оперативно определен его первый зам Юрий Хиврич. Брешь номер один была проделана в кабминовских рядах чуть позже: 2 июля не без помощи «меньшевиков», давно мечтавших повоздействовать на кадровый состав, своих постов лишились два члена Кабинета. Взамен проштрафившегося подбором неблагонадежных кадров министра экологии Виктора Бойко был назначен «регионал» Николай Злочевский, а вот кресло гуманитарного вице-премьера, как и предполагали некоторые эксперты, осталось вакантным навсегда. Последним летним кадровым решением оказалась стремительная отставка главы МЧС неделей позже, а логика предвыборной ситуации заставила отложить назначение на эту должность наиболее вероятного кандидата – «единоцентриста» Виктора Балоги – до ноября.

В сезоне «Осень-зима-2010» точечные перестановки в Кабмине уступили место масштабным реорганизационным мероприятиям. Первый этап обеспечило знаковое решение Конституционного суда, аннулировавшее политреформу-2004. Предыдущая (и ныне действующая) версия Основного закона была сурова: премьер может иметь не более четырех замов. После срочного возвращения былых норм в текст закона о Кабинете министров, президент освободил от должностей «силовика» Владимира Сивковича и «агрария» Виктора Слауту. Решение, которое руководством государства пояснялось формальной необходимостью привести реальность в соответствие с Конституцией, на самом деле было, по-своему, эпохальным – именно оно ознаменовало начало конца парламентского контроля над Кабмином.

Следующей иллюстрацией широты президентских полномочий в ноябре стало уже упомянутое назначение Виктора Балоги. Но главная кадровая сенсация была отложена до начала зимы. В ночь на 10 декабря в силу вступила давно обещанная гарантом административная реформа. В одночасье (почти в буквальном смысле этого слова) число членов Кабинета министров было сокращено до 18 человек: часть министерств была реорганизована, по портфелю досталось каждому из сохранивших кресла вице-премьеров, а Банковая объявила о заре новой административной эры – экономии и целесообразности.

Последующее «дотачивание напильником» (долгожданная не только оппозиционерами, он частью представителей власти смена министра здравоохранения) лишь в очередной раз подтвердило широту президентских полномочий. После декабрьской админреформы Кабмин не только перестал быть коалиционным (впрочем, после вердикта КСУ и это понятие покинуло Основной закон), но и уже официально является, скорее, президентским, чем премьерским.

Новая расстановка кресел сменила баланс сфер влияния – не столько даже между разными группировками в ПР (хотя и между ними тоже), сколько на уровне внутриправительственных центров притяжения. Число креатур премьера снова уменьшилось (первой серьезной потерей еще летом была отставка Владимира Семиноженко, который частично «компенсировал» Дмитрия Табачника), влияние вице-премьеров, взявших шефство над министерствами, возросло. Следующим интересным шагом может стать принятие нового закона о Кабинете министров, который недавно выдержал первое чтение. Среди новаций этого проекта – обеспечение некоторой автономности членов Кабмина, дальнейшее развитие идеи кадрового потенциала президента (в случае положительного вердикта ВРУ глава государства будет давать добро на назначение министерских замов), лишение премьера ряда рычагов влияния и фактическая передача некоторых заманчивых функций Банковой. Эксперты предупреждают: в случае принятия законопроекта правительство достаточно быстро лишится статуса главного органа исполнительной власти, что завершит превращение Кабмина Азарова в Кабмин Януковича. Чего, вероятно, и хотелось достичь с марта 2010-го…

Команда «Реформировать!»

Серьезная зависимость от президентской воли (впрочем, от Николая Азарова политикум особой самостоятельности и не ожидал) привела к тому, что специалисты оценивают результат годовой работы правительства с нотками снисходительности. «Правительство избавилось от своей политической роли, политической функции. Это в прямом смысле этого термина – орган исполнительной власти. Потому что президент формулирует решения, а правительство их выполняет. При этом в роли политического правительства выступает Администрация президента, а Кабинет министров стал хозяйственным правительством», — поясняет директор Центра прикладных политических исследований «Пента» Владимир Фесенко.

 Совокупной президентско-правительственной деятельностью правящий лагерь гордится. К числу главных своих достижений Кабмин относит макроэкономические успехи: рост ВВП, пусть и не такой стремительный, как властным новичкам хотелось сразу; замедление темпов инфляции; стабильность национальной валюты; увеличение социальных выплат, погашение задолженностей (правда, не всех и не всем – и с зарплатами в Украине не все гладко, и с возмещением НДС, не говоря уже о масштабах обслуживания госдолга, которое в этом году и последующих ляжет воистину тяжким бременем). Не забывает Кабинет и о том, что ему удалось возродить сотрудничество с МВФ (причем кредиторы Украину регулярно хвалят), а также – о своих реформенных успехах.

 И все же стоит заметить, что успехи правительства редко когда получают однозначные оценки. Так в оппозиции не исключают, что некоторый экономический рост может объясняться закономерным выходом Украины из кризиса (что характерно – внешние обстоятельства властью в качестве оправдания используются только когда удобно – например, когда цены растут). При этом обещанного бума инвестиций так и не случилось, позиции принявшего правильную сторону большого бизнеса крепнут, наше государство по-прежнему занимает непочетные места в рейтингах экономической свободы, инфраструктурные прорывы к Евро-2012 во многом обеспечиваются за счет бюджета или отечественных меценатов, долгожданная дерегуляция набирает силу совсем не теми темпами, которые предполагались сначала, а к работе налоговой и таможни, рьяно взявшихся за спасение казны, вопросов становится все больше…

Не все просто и с реформами. Сколько бы внимания не уделялось «рекламно-брендовому» аспекту этого вопроса, на деле путь к светлому будущему оказался весьма неблизким. По большому счету, пока ни одно из затеянных начинаний (а ведь еще 14, по словам президента, на подходе) не было доведено не то, чтобы до конца, но и до логической точки, включая, как оказалось и судебную революцию, к которой правительство отношения не имеет. Уже упомянутая дерегуляция нередко тормозится в парламенте, административная реформа регулярно пробуксовывает (и, по слухам, не без помощи Кабмина), пенсионная реформа за все месяцы ее пропагандирования так и не приобрела четкие очертания, а вспоминают о ней все больше в контексте требований МВФ… Сопровождают проблемы и самое громкое из близких к реализации начинаний президента и правительства – налоговую реформу. Сначала НК долго писали (причем, распределение ответственности за новые нормы так и не стало очевидным), потом со вкусом и протестами представителей малого и среднего бизнеса вводили в действие, ветировали, переписывали и теперь обещают отредактировать вновь. Сложная судьба налоговых начинаний продемонстрировала, что при всей настроенности власти на стратегические реформы, правящий лагерь, похоже, далеко не всегда хорошо себе представляет, как именно выглядит эта стратегия. Кроме того, метания и непопулярные шаги, которые руководство страны пытается не слишком изящно замаскировать, не прошли незамеченными народом. Доверие к власти в целом и одобрение действий правительства в частности падают заметными темпами – в том числе и на электоральных вотчинах ПР. Эксперты же, в свою очередь, сомневаются, что из чиновников старой закалки и в самом деле вырастут реформаторы. «У членов действующего правительства философия и психология менеджеров среднего звена времен СССР. Советский менеджмент всегда предполагал, что власть – это собственность, что монополия лучше конкуренции, что нелегальное воздействие лучше, чем закон. Так и для нынешних чиновников любое решение – это решение хозяйственного вопроса. Не хватает денег в бюджете? Заставим население платить больше. Но на уровне государства не существует хозяйственных решений, каждое из них – социальное», — цитирует «АиФ» президента Центра экономического развития Александра Пасхавера. Премьер, правда, сохраняет спокойствие. «Мы против того, что в стране нагнетается ситуация безысходности, у людей выбивается почва из-под ног. Я хочу сказать: будьте уверены — мы находимся на правильном пути, идем уверенным и правильным курсом и, безусловно, результаты будут», — делится оптимизмом он.

При всей небесспорности достижений Кабинета министров можно отметить, что, вероятнее всего, со своей главной функцией – претворением в жизнь президентской воли – правительство справляется. В этом отношении Николаю Азарову сотоварищи трудно позавидовать. Президент предупредил, что, как минимум, ближайший год для Украины будет непростым. Но, несмотря на то, что практически вся полнота власти сосредоточена в руках Виктора Януковича, реализовать непопулярные решения предстоит Кабмину. Нести ответственность за воплощение большинства из них – очевидно, тоже, тогда как гипотетические лавры с большей вероятностью пожнет первое лицо страны. Пока еще удобное главе государства правительство, возглавляемое неамбициозным премьером, с переменным успехом выполняет роль мавра, делающего свое дело. Но что ждет его потом?..

По сообщению сайта Подробности.ua