Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

Экзекуция от эскулапа

Дата: 15 марта 2011 в 07:11

Вадим ШИРОКОБОРОДОВ, «Око», 11 марта

Защита материнства и детства провозглашена одним из главных приоритетов в социальной политике государства. Ради этого создаются современные перинатальные центры, для проведения сложнейших операций приглашаются зарубежные специалисты. Однако в случае неудачи или врачебной ошибки родители искалеченных детей остаются один на один со своим горем. В стране отсутствует объективная система оценки действий эскулапов, моральной и материальной ответственности медицинских учреждений, страхования от врачебных ошибок и рисков.
Столь неутешительные выводы напрашиваются после знакомства с историей трехлетнего Раимбека Мейрама из Кокшетау, которого в ноябре 2010 года крайне неудачно пролечили в Национальном научном центре материнства и детства (ННЦМД) в Астане. По словам его отца Амангельды Кенжетаева, сынишка с рождения страдает кавернозной гемангиомой, и в двух — и шестимесячном возрасте перенес две успешные операции.
— Наступила стабилизация его состояния, мы надеялись, что он окончательно поправится. Поэтому крепко задумались, когда прошлой осенью в ходе планового осмотра нам предложили провести бесплатный сеанс лечения ребенка у хирурга из Южной Кореи в Астане. Врачи нас заверили, что все будет хорошо, что это один из лучших специалистов в мире, которого специально пригласили в Казахстан для диагностики и лечения детей со сложными диагнозами.
В возрасте 2 лет и 8 месяцев Раимбек своими ногами переступил порог Национального научного центра материнства и детства. До самого мастер-класса с сеансом лечения оживленно бегал по палате. Но после манипуляций корейского врача Джона Мин Ли состояние ребенка резко ухудшилось. Зарубежный специалист провел эндоваскулярную склеротерапию, связанную с введением в организм токсичного препарата «Склерозал». По мнению родителей Раимбека, само назначение этого лекарства, его повышенная дозировка, неправильное введение катетера и другие возможные врачебные ошибки едва не стоили жизни их малышу. Наступила резко отрицательная реакция организма, острый тромбоз обеих внутренних подвздошных артерий, отказ почек и печени, другие тяжелые последствия. Но всего этого именитый специалист уже не увидел. Сразу после мастер-класса и показательных манипуляций с Р. Мейрамом Д. Мин Ли улетел в Южную Корею, а казахстанским врачам пришлось спасать малыша, у которого началось отмирание мышечных тканей промежности. Лишь чудом удалось избежать ампутации правой ноги мальчика!
Сейчас ребенок прикован к постели. За три месяца, прошедшие после лечения «Склерозалом», Раимбек Мейрам перенес полтора десятка (!) тяжелых операций. Ребенку спасли жизнь, но фактически он стал инвалидом. Говоря простыми словами, сомнительным токсичным лекарством ему выжгло кишечник, мошонку и анус. И что делать дальше, не знает никто! Потрясенные родители жаждут только одного — облегчить состояние сына. Поэтому, изучив доступные медицинские источники, узнали о возможном оперативном лечении Раимбека в клиниках ФРГ или Израиля. Но цикл сложнейших операций, связанных с пересадкой органов и кожных покровов, стоит астрономических для их семьи денег — около 200 тыс. евро. Такие средства есть у государства. Есть и система ежегодных квот на лечение за рубежом в случаях, когда отечественная медицина бессильна. Но Гуле и Аману, родителям Раимбека, предлагают забыть о случившемся, оформить инвалидность ребенку и ждать полтора-два года, чтобы попытаться в дальнейшем облегчить состояние мальчика, направив его для лечения в Москву.
Все трое, родители и сынишка, находятся пока в Астане. Правда, их уже выдворили из ННЦМД, переведя почему-то в детский реабилитационный центр в отделение для… психохроников. Из палаты категорически выходить нельзя, и это только подчеркивает обреченность их положения. Ранее, до обращения в СМИ и Минздрав, их открытым текстом посылали из ННЦМД домой — оформлять инвалидность. Им вроде бы сочувствуют, но на деле государство не торопится расследовать возможную врачебную ошибку. И уж тем более — ее исправить.
Амангельды Кенжетаев убежден: случай, произошедший с его сыном, не единственный. В Центре материнства и детства они познакомились с братьями и сестрами по несчастью. А когда эта история получила первую публичную огласку, им стали звонить и писать совершенно незнакомые мамы и папы из ВКО, ЮКО и других регионов, рассказывая похожие трагические истории. Истории о том, как зарубежные или отечественные медицинские «светила» фактически навредили своим юным пациентам. Но ответственности за это никто не понес. Ни сами врачи, ни учреждения, в которых они работают, ни Минздрав, отвечающий в целом за состояние здравоохранения в стране.
Давайте признаем: в Казахстане нет механизмов привлечения медиков к ответственности за возможные ошибки. Нет и системы страхования от таких случаев. Назначаются, конечно, комиссии, проводятся дополнительные консилиумы, но у медиков, скованных корпоративной солидарностью, всегда найдется дюжина умных фраз и терминов, чтобы оправдать действия коллег. И тут уж ничего не попишешь! А закона об ответственности медиков перед пациентами у нас, в отличие от многих стран мира, нет. Соответствующий проект вроде как вынашивается в недрах Правительства, однако происходит это в столь долгоиграющем темпе, что дождемся мы его еще не скоро. А раз так, то в случае с Раимбеком остается уповать лишь на «милость» чиновников от медицины. Захотят — найдут денег для спасения ребенка в лучших клиниках мира. Захотят — найдут кучу отговорок, обрекая дитя на пожизненное мучение.
— Мы требуем помощи по справедливости, — обреченно вздыхает отец ребенка Амангельды Кенжетаев. — Закон в этой ситуации не работает. Нас с женой убедили, что лучше корейского врача никого нет. Но в итоге случилось страшное. Где же принцип «Не навреди!». Почему нас не предупредили о вероятных тяжелых последствиях операции? Ведь в ней не было фатальной необходимости. Мы подозреваем, что на нашем ребенке фактически экспериментировали, проводили опыт. Ему назначили ранее не практиковавшийся метод лечения, но не задумались о возможных тяжелых последствиях!
В эти дни Гульбаршин, мама трехлетнего Раимбека Мейрама, также, по сути, прикована к больничной койке. Отец вынужден крутиться в чужом городе, как-то зарабатывать на жизнь и на дорогостоящие лекарства, которые они вынуждены покупать за свой счет. Амангельды Кенжетаев также оббивает пороги различных ведомств: Минздрава, НДП «Нур Отан», прокуратуры и ДВД города. Расследование этого случая продолжается, назначены дополнительные экспертизы. Но бесчеловечную в целом систему врачебной безответственности никто, похоже, менять не собирается.
Кстати, анестезиолог Болат Сейдахметов, принимавший участие в оперативном лечении Р. Мейрама корейским специалистом, высказал в дальнейшем свое мнение о том, что были допущены грубые ошибки. А также выступил против экспериментов, проводимых приглашенными зарубежными эскулапами, и озвучил факты тяжелых осложнений, наступивших у маленьких пациентов ННЦМД. В итоге администрация центра провела служебное расследование и уволила Б. Сейдахметова и еще шестерых врачей. В эти дни Есильский райсуд рассматривает иск уволенного заведующего отделением детской анестезиологии о восстановлении на работе.

По сообщению сайта Nomad.su