Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

Театральный роман: Глава Татьяны Комиссаровской

Дата: 23 марта 2011 в 15:21

Шесть премьер за сезон (ещё не завершившийся) плюс два новых детских спектакля, плюс высадка «Драмдесанта» (за три дня — 4 спектакля, один, правда, в Великих Луках).

Семён Верхградский и Анджей Садовски, Екатерина Максимова и Андрей Трусов, Андрей Малашкин, Алина Гударева, Евгения Лебедева, Жан-Люк Бансар — так выглядит на данный момент список режиссёров, молодых и состоявшихся, которые поработали в Псковском академическом театре драмы имени Пушкина в этом сезоне.

Если у театра были лучшие времена, то люди не старше 30 их не помнят. Ещё совсем недавно считалось, что две премьеры за сезон — это сверхдостижение. Потому что жить надо по средствам, а средств этих не хватает ни на приглашённых режиссёров, ни на оплату авторских — создателям пьес. И какая там конкурентная режиссёрская среда… Денег нет ни на что!

Главное изменение, которое произошло в театре за последние два года, — это приход нового директора. Не сразу художественный коллектив (да и весь Псков) поверил в возможности Татьяны Комиссаровской.

— Татьяна Александровна, как вам удалось сделать то, что долгие годы считалось невозможным? Средств больше стало?

— На постановку одного полноценного спектакля сейчас необходимо около пятисот тысяч рублей. Минимум! Все постановочные средства Псковского академического драматического театра в год составляют 140 тысяч рублей. Это не политика какой-то конкретной местной персоны — это государственная политика, которая на сегодня требует от театров, чтобы они зарабатывали. Но театр не может быть абсолютно коммерческим предприятием. Это место, где на глазах у зрителя создаётся или, если хотите, является искусство. И оно не всем нравится. Поэтому без государственных дотаций не обходится ни один театр!

Наверное, можно смириться и с этим… Но я, человек, с детства влюблённый в запах пыльных кулис, пришла в театр заниматься, прежде всего, экономикой. Мне нужно решать очень конкретные вопросы: как отремонтировать, извините, туалеты, почистить крышу от снега, пошить новые занавески, где взять новые дорожки в зрительный зал (ведь у нас дети, страдающие аллергией, не могли спектакль досмотреть). Где найти монтировщиков сцены (это очень тяжёлая работа, сейчас театру нужны четверо), если их оклад составляет 2600 руб.? А оклад артиста — 5100, заслуженный артист со всеми надбавками, коэффициентами и прочее получает 8 тысяч рублей... Притом что остались в театре только люди, глубоко преданные сцене. У нас сейчас работают 32 артиста, а по штату надо 46 человек. Что можно им предложить, если даже социальные гарантии весьма ограничены?

— Им — интересную работу. А вот туалеты и крыши сами, конечно, не отремонтируются.

— Я просто прихожу к людям и прошу помощи. Не денег! И нам помогают чем могут: рабочими руками, строительными материалами, советом. Наверное, я умею договариваться… Самое главное — не сидеть на месте! Тогда можно найти и молодых режиссёров, которые хотят получить свой шанс, и режиссёров уже состоявшихся, которые искренне хотят помочь провинциальному театру. Они прекрасно слышат мои первые слова: «Денег у нас больших нет!» Но рассматривают все возможности нашего сотрудничества. Молодых артистов я нашла на фестивале «Будущее театральной России», который ежегодно проходит в Ярославле, где выпускники вузов участвуют в дипломных спектаклях. Екатерина Максимова и Андрей Трусов приехали после открытого приглашения, которое я сделала в Петербурге на творческой лаборатории молодых режиссёров и современной драматургии. На той же лаборатории в Петербурге я познакомилась с Семёном Лаевским, благодаря которому Министерство культуры помогло нам пригласить в Псков «Драмдесант». И это был эмоциональный взрыв: и для театра, и для зрителя!

— Татьяна Александровна, а вы в творческий процесс вмешиваетесь?

— Это не моё дело и не моё право. Я вполне адекватно оцениваю художественный результат, но ответственность за него взять не могу. В театре есть художественное руководство, это его прерогатива. Но каждому нашему приглашённому режиссёру я абсолютно доверяю.

— Как зритель для себя что-то выделяете?

— «Валентинов день» по Вырыпаеву. Галина Шукшанова там просто изумительна.

— И, наконец, о реконструкции! Когда она начнётся, завершится, и какой театр мы получим в итоге?

— По срокам давайте говорить очень осторожно. Сейчас завершается работа над проектно-сметной документацией, к 1 апреля её предполагается сдать на утверждение в Главгосэкспертизу России. Потом будет объявлен конкурс на проведение работ…

Сейчас московская компания «Гипрокон» работает и день, и ночь. Они мне настолько нравятся!  Архитектор проекта Александр Кожевников относится к театру, как и я. Иметь дело с этой командой — великое удовольствие.

Главное — вернуть театру (памятнику архитектуры, напомню) его первоначальный вид. Это должна быть полноценная научная реставрация, и так оно и будет! Все цеха, не работающие конкретно на спектакль, будут физически выведены за пространство театра: и склады, и художественная мастерская, и швейный, столярный, слесарный цеха.

Техническое обеспечение (звук, свет) — всё это будет самым современным. Уровень сцены понизим на 1 метр 20 см (когда-то она была поднята, чтобы установить круг, круг мы обязательно сохраним, но он будет накладной).

Количество мест в зале уменьшится (будет примерно 550) за счёт установки кресел повышенной комфортности. Расстояние между их спинками будет 90 см, будут специальные места для инвалидов, специальные лифты и отдельные входы для них. Это только маленькая часть грядущих изменений. На 2012-й год намечена готовность театра…

— Не верится…

— Я верю! Даже думать не хочу, что будет по-другому. Это такое чудо, такое счастье, что я к этому могу быть причастна, что увижу это своими глазами. Вот это — награда, единственная, самая желанная моя награда.
 

По сообщению сайта Аргументы и Факты