Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

Игорь Аверкиев о нынешних выборах, взятках и том, почему нужно чистить ботинки

Дата: 28 марта 2011 в 18:21 Категория: Новости политики

Чувство собственного достоинства мистическим образом связано с уровнем личной свободы и достатка

Главное политическое событие сезона позади. Столица края получила властный орган, сформированный по новым правилам. Отмена муниципальных выборов главы города должна была повысить престиж депутатов, подогреть интерес жителей к избирательному процессу. И что в итоге? Антирекорд: 78% горожан, имеющих право голоса,  не явились на избирательные участки. Если вспомнить, что против отмены выборов главы города высказывались 79 % горожан, трудно не заметить закономерность.    


Молчание — знак несогласия
— Сейчас, поскольку порога явки нет, участие населения в процессе голосования не обязательно. Власть всё меньше зависит от случайностей свободного выбора граждан. Крепчает ли она?

— В 2006 году на выборы в городскую Думу пришла треть избирателей, на эти — меньше четверти. В конечном счёте, Думу составили депутаты, набравшие по 5-10 % от общего числа избирателей в своих округах. Кого они представляют, что они значат? Пермская власть всё более обесценивается, она уже почти ничего не стоит.

— Около 80% пермяков отказались отдать голоса за тех, кто вошел в предвыборные списки 2011 года. Депутатам должно быть обидно?
 
— Такая низкая явка на выборы – народная оценка всей пермской власти, власти как таковой: и депутатов, и чиновников, и местных олигархов и партийных бюрократов всех мастей. Низкая явка — это очевидная реакция пермяков и на отмену выборов мэра, и на губернаторское самоуправство в городских делах, и на фатальную неспособность пермских властей наладить городское благоустройство. Подавляющее большинство пермяков, проигнорировав выборы, по сути заявили о своём недоверии самому институту муниципальной власти в Перми. 

Стать героем
Современный обыватель и к власти не испытывает доверия, и гражданских лидеров сторонится. Вот — стоит на площади пикет, там много полезного можно узнать, например, о застройщиках-мошенниках или о новых законодательных проказах власть имущих. А ведь мало кто из горожан подходит почитать плакаты, даже СМИ интересуются такими событиями очень осторожно.

— Что это: снобизм, равнодушие, беспечность?

— Гражданские активисты последних лет создали в глазах людей невыгодный для себя образ. Например, зоозащитники первой волны вели себя так, что поддерживать их нормальному человеку, просто жалеющему бездомных собак, было очень сложно. Некоторые наши активисты, хоть зоозащитники, хоть правозащитники, хоть градозащитники, зачастую полагают, что, если они за всё хорошее против всего плохого, то можно, условно говоря, и ботинки не чистить, и чушь всякую безответственную нести. Я уверен, если активный человек претендует на общественное внимание, какое бы благое дело он ни отстаивал, он должен выглядеть и говорить не как «городской сумасшедший» или «вечная жертва режима», а как нормальный, адекватный член общества. Люди хотят быть уверены в тех, кто пытается защищать их права и интересы.

— Беда  ещё в том, что нередко общество воспринимает акции протеста как PR-акции?

— Да, если под «пиаром» понимать публичное хвастовство своими добрыми делами ради славы, должностей и, в конечном счёте, денег. Но таких акций протеста, гражданских инициатив на самом деле у нас в Перми не очень много. Всё значительно сложнее. С одной стороны, люди просто уже привыкли никому и ничему не верить. Сегодня это удобная, практичная позиция. Вслед за обрушением советского режима произошло обрушение всех предыдущих форм доверия людей друг другу. За тяжкие годы перелома обесценилось всё: и привычные слова, и хорошие дела. Жизнь вроде бы помаленьку налаживается, по крайней мере, в сравнении с 90-ми, но люди до сих пор не знают, чему верить, вот и предпочитают ничему не верить, чем разбираться.

С другой стороны, в российской общественной деятельности существует тягостный разрыв между спросом и предложением. Многие гражданские активисты предпочитают заниматься тем, чем принято заниматься прогрессивным людям на Западе: толерантностью, защитой прав секс-меньшинств, борьбой с фашистами, Макдональдсом, атомными станциями и т.п. Российский же простолюдин ждёт от активных людей совсем другого: помощи в борьбе с ЖКХ-шным произволом, повышением транспортных тарифов, с уплотнительной застройкой, с неуёмной «оптимизацией» школ, больниц и клубов. Кстати, не дожидается и сам помаленьку начинает решать эти проблемы. И слава богу. А со многими записными общественниками так и получается, что для нормального российского человека нет большой разницы между политиками и гражданскими активистами. Он видит людей, погружённых в свои интересы, далёкие от насущных повседневных интересов обычного человека.

— Как заслужить доверие?   

— Способ один и все его знают: поступками во имя общих интересов многих людей, иногда и героическими поступками, реальными собственными жертвами. Мало бесконечно агитировать, например, за права человека, нужно внедрять борьбу с произволом в жизнь. Надо лично добиваться от властей уважения человеческого достоинства. Будут победы — будет и вера в права человека, и уважение властей к людям. Но добиться победы, конечно, очень трудно – по себе знаю. Но всё-таки возможно – это я уже по многим знаю.

О риторике
— Ну, знаете, имитацией борьбы за права человека занимаются на всех этажах власти. Перехватили у нас тему.

— Конечно, права человека стали сегодня официальной доктриной российского государства. Ни один чиновник, находясь в здравом уме, не скажет, что права человека это неважно. Атмосфера чуть-чуть меняется, лексика становится более гуманитарной. Это хорошо. С другой стороны, с помощью этой правочеловечной лексики власть запутывает нас, заставляет думать о ней лучше, чем она есть на самом деле. Так же коммунисты, пользуясь коммунистической риторикой, отмывали в своё время своё варварство.

— В итоге идею коммунизма замотали, замызгали. Затем жертвой пала демократия. То же происходит с правами человека? 

— Как только государство берет себе на вооружение общественно значимое понятие и приспосабливает его к своим нуждам, так сразу же ликвидируется смысл этого понятия, общество запутывается и лишается привычных ценностей. Сейчас, когда права человека стали частью госпропаганды, наступило время поиска новых смыслов.


— Вы заметили, что сейчас нет как такового общественного мнения?

— Я бы сказал, нет представления об общественных приличиях, о том, что такое хорошо и что такое плохо в публичной жизни. Когда чиновника обвиняют во взяточничестве, его ведь всерьёз никто не осуждает, все понимают, что он туда затем и пошел, чтоб взятки брать – это почти норма, и сверху, и снизу. Какие претензии? У нас общественное мнение генерируют люди власти и большое количество бедных и очень бедных людей. Любая власть в отношениях с населением по определению эгоистична и беспринципна и прилично себя ведёт только в страхе перед населением. А у бедности свой цинизм, потому что живя на пределе возможностей, чтобы хоть что-нибудь выиграть у жизни, приходится исходить из того, что все средства хороши. Бедность, как и власть, конечно, не порок, но и не достоинство.

— Взяточнику успешному – завидуют, а тому, кто попался, даже сочувствуют.

— Как не неприятно это многим, но без массовой зажиточности хорошего общества нам не создать. Это мистика какая-то, но знаменитое чувство человеческого достоинства как-то связано с определённым уровнем достатка, с большей, хоть и относительной, свободой. По мере прорастания в России среднего класса и общественное мнение будет у нас здороветь. Нашего взяточника в тоге осудит если не система, то жена, сосед, отвернутся товарищи. Вот только средний класс – вещь не автоматическая. При сегодняшней политике властей он у нас может так и не сформироваться в количестве, достаточном для процветания страны. 

ДОСЬЕ
Игорь Аверкиев, председатель Пермской гражданской палаты. Известен как автор эссе («Путин наш хороший Гитлер», «Уйдём с Кавказа — станем свободней и крепче», «Пермский культурный пузырь» и др.), нескольких пермских законов, а также множества всяких технологий и методик по практическому использованию человеком своих прав в разных жизненных обстоятельствах.

Коренной пермяк. До поступления в ПГУ работал токарем на заводе, служил в армии. Будучи секретарём комитета комсомола исторического факультета, награждённый почетным знаком  ЦК ВЛКСМ «За отличную учёбу», был отчислен из вуза «за политику». В конце 80-х восстановился в университете и блестяще окончил его,  без четвёрок, но с единственной тройкой – по немецкому языку.

Реализатор различных форм гражданского контроля. Создатель Пермского правозащитного центра и Гражданской палаты. Один из зачинщиков акции «За капитальный ремонт милиции», активист коалиции «За прямые пермские выборы».

По сообщению сайта Аргументы и Факты