Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

У нас много интересных законопроектов, вызывающих дискуссию

Дата: 01 апреля 2011 в 13:30

У нас много интересных законопроектов,

вызывающих дискуссию

 

Наша справка

ТЕМИРБУЛАТОВ Серик Габдуллаевич – член Комитета по законодательству и судебно-правовой реформе Мажилиса Парламента (был секретарем, членом Комитета по международным делам, обороне и безопасности). Родился в 1954 году в Караганде. Окончил юридический факультет Карагандинского государственного университета. С 1979 по 1984 год – стажер, помощник Карагандинского транспортного прокурора, следователь Талдыкорганской транспортной прокуратуры, прокурор следственного отдела Алма-Атинской транспортной прокуратуры. С 1984 по 1991 год – прокурор отдела по надзору за следствием и дознанием на транспорте, помощник прокурора Казахской ССР по особым поручениям, начальник отдела Прокуратуры Казахской ССР, консультант, заведующий сектором правовой экспертизы и информации государственно-правового отдела Аппарата Президента Республики Казахстан. С 1991 по 1994 год – заместитель министра юстиции. С 1994 по 1995 год – заведующий секретариатом вице-президента Казахстана. 13 января 1995 года указом Президента назначен председателем Национальной комиссии по ценным бумагам. С 1996 по 1999 год – член Конституционного совета. С 1999 по 2002 год – депутат Сената Парламента по указу Президента, заместитель председателя Агентства по борьбе с наркоманией и наркобизнесом, первый заместитель председателя Комитета по судебному администрированию при Верховном Суде. С 2002 по 2006 год – руководитель Аппарата Генеральной прокуратуры. С 2006 по 2007 год – Центральный региональный транспортный прокурор. С 2007 года – парламентарий.

Награжден орденом «Құрмет» и четырьмя медалями. Имеет классный чин старшего советника юстиции. Почетный работник органов прокуратуры.

 

Штрихи к портрету

Серик Габдуллаевич умеет работать в команде, быть хорошим, авторитетным руководителем. Талантлив, самодостаточен, обаятельный, порядочный. Обладает аналитическим складом характера и ума. К работе относится со знанием дела, с душой и никогда не позволяет себе формального подхода. Скромный. О заслугах говорить не любит, хотя немало сделал для развития права, активно и плодотворно участвует в международной деятельности, возглавляет группу по сотрудничеству депутатов с парламентариями Великобритании и Северной Ирландии, Венгрии, Австралии, Армении и Ирана. Участвовал в парламентских слушаниях в рамках Генеральной Ассамблеи ООН в Нью-Йорке по вопросам борьбы с терроризмом, в организационном заседании по созданию парламентской Ассамблеи тюркоязычных государств в Турции. Под его руководством рабочие группы рассматривали законопроекты о ратификации Соглашения между правительствами Казахстана и Финляндии о поощрении и взаимной защите инвестиций, ратификации Международной конвенции о борьбе с актами ядерного терроризма, ратификации Конвенции ООН против коррупции, ратификации Договора между Казахстаном и Кореей о взаимной правовой помощи по уголовным делам и другие.

Отпуск проводит с семьей, предпочитает выезжать за границу, знакомиться с новыми городами, историческими достопримечательностями, посещать музеи, театры. В людях ценит порядочность, объективность и трудолюбие. Смысл жизни видит в том, чтобы приносить радость ближним, трудиться на благо страны и народа.

Любимый друг – супруга Алия.

Любимый фильм – «Последний самурай».

Любимые актеры – Михаил Ульянов, Асанали Ашимов.

Любимая книга – «Момент истины, или В августе 44-го».

Любимые писатели – Джек Лондон, Чингиз Абдуллаев.

Любимые песни – из репертуара ансамблей «Дос-Мукасан», «Битлз».

 Любимая поговорка – «На обиженных воду возят».

Любимый тост – за родителей.

 Любимые воспоминания – воспоминания детства, общение в ауле с дедушкой, а также становление суверенитета Казахстана, к которому сам непосредственно причастен. Любимое занятие в свободное время – чтение художественной литературы.

Любимое время года – зима.

Любимый город – Караганда, город детства и юности.

Любимый цвет – синий.

Любимое блюдо – плов и морковный пирог, который отменно готовит дочь Айнур. Любимая одежда – полуспортивные брюки и светлая водолазка.

Любимая машина – Фольксваген Пассат цвета морской волны.

Любимый учитель по жизни – Елемисов Галим Бажимович.

 

Беседу ведет Торгын НУРСЕИТОВА

 

– У Вас была большая семья?

– Пятеро детей. Родители всем дали высшее образование. Сами они были скромными, работящими людьми. Отец после войны и окончания военной службы в 1949 году приехал в Караганду, работал в органах НКВД, женился на моей маме, которая имела только среднее образование.

У меня самого уже взрослая дочь, зовут Айнур. Она окончила в Алматы КИМЭП, работает по специальности. Супруга Алия – лингвист, переводчик в одном учреждении.

 

– Отразился ли на Вашем семейном бюджете кризис?

– Наверное, отразился, как и во всех семьях. Мы планировали более значительные расходы, но пришлось пересмотреть. Но в целом на текущие потребности нашей семьи кризис не повлиял.

 

– Судя по Вашей жизни, Вы благодарный оптимист, сознательно и намеренно регулирующий свое отношение ко всему и ко всем, к внешнему и к внутреннему миру. Я не ошибаюсь?

– Я, конечно, не нытик и стараюсь не проявлять недовольство жизнью, даже если что-то мне не нравится. К себе и окружающей меня реальности отношусь с разумной долей критичности. Но я знаю, что если превысишь эту долю разумности, то станешь сам для себя и окружающих невыносимой брюзгой. У меня нет желания быть таким типом (смеется). Если вы назвали это намеренным регулированием своего отношения к жизни, то с таким определением, пожалуй, можно согласиться.

 

– Бывают ли в Вашей жизни дни, когда Вы просто плывете по течению? Или Вы из тех, кто управляет не своим движением по течению, а самим течением?

– Дни, когда приходилось плыть по течению, были, но не часто. Это были дни ожидания, когда, будучи освобожденным от одной должности, ждал назначения на другую. В таких ситуациях мало что зависит от самого человека, остается только ждать, когда будет принято ожидаемое решение. С другой стороны, время ожидания имеет свои плюсы. Ты можешь использовать его для семьи, дома, насладиться уединением, о многом подумать, почитать хорошие книги, открыть для себя что-то новое, необычное, обратить внимание на то, чего раньше не замечал…

 

– Вы занимали начальствующие должности в органах юстиции, прокуратуры, в судебной системе. Какую свою работу вспоминаете с особым трепетом, волнением?

– Люблю вспоминать работу заместителем министра юстиции и особенно тот период, когда наша страна выходила из состава Союза, вставала на суверенный путь, обретала независимость. Мне выпала честь выезжать в зарубежные командировки и работать в составе делегации над уставными документами создаваемого Содружества Независимых Государств (СНГ). С удовольствием вспоминаю и работу в Национальной комиссии по ценным бумагам, где я был первым председателем.

 

– Серик Габдуллаевич, за всю Вашу жизнь у Вас были сотни подчиненных, и Вы, естественно, не можете всех запомнить. Когда Вы были председателем Нацкомиссии по ценным бумагам, я работала у Вас, выпускала первый Ваш журнал. Параллельно работала в одной из республиканских газет и когда решила уйти туда на полную ставку, Вы на моем заявлении поставили визу: поговорить с автором о причине ухода. И такой подход у Вас был ко всем сотрудникам. А когда Вы уходили от нас, мы все очень сильно переживали, не хотели Вас отпускать.

– Да, я помню вас (улыбается). Это было славное время, мы с коллегами формировали нормативно-правовую базу для создания в Казахстане рынка ценных бумаг. Конечно, после Нацкомиссии были и другие органы, которые только-только создавались, но опыт организации работы именно в этой комиссии пригодился мне в Конституционном Совете, Агентстве по борьбе с наркоманией и наркобизнесом, Комитете по судебному администрированию. Интересно было начинать новое дело, все было в первый раз, и здесь было просторно для инициативы, реализации потенциальных возможностей.

 

– Как Вы чувствуете себя в Парламенте?

– Во-первых, в Парламенте я уже был в первом составе Сената в 1999 году, когда Президент включил меня в список сенаторов и назначил своим указом депутатом Парламента. В 2007 году я стал депутатом Мажилиса по партийному списку от НДП «Нур Отан», поэтому парламентская деятельность мне знакома, я не чувствовал себя здесь новичком. Имея за плечами почти тридцатилетний стаж работы в государственных органах по юридической специальности, я как юрист уверен в себе. За прошедшие два с половиной года работы в Мажилисе депутаты и работники аппарата узнали мои профессиональные и личностные качества, и я чувствую их позитивное, уважительное отношение к себе и очень ценю это.

 

– Когда Вы бываете счастливы, испытываете удовлетворение, довольны собой?

– Когда успешно завершается работа над конкретными законопроектами, принимаются внесенные поправки или, к примеру, когда сумел убедить своих коллег-депутатов в ошибочности или необоснованности тех или иных предложений. Бывают ситуации, когда по заявлениям избирателей, с которыми они обращаются лично к тебе как депутату Мажилиса, принимаются удовлетворяющие их решения. Такое хоть и нечасто, но бывает. В то же время не могу сказать, что всегда доволен собой. Как говорится, совершенствованию нет предела.

 

– Отношение общества к парламентариям неоднозначное. Как иронично выразилась одна известная газета, «вот он – дерзновенный размах независимого казахстанского парламента: в собственной стране от него ничего не зависит, зато Дарвина запретить – как два пальца об асфальт…». А один из уважаемых депутатов и вовсе занялся самобичеванием. «О какой подготовке законов на государственном языке можно говорить, если мы толком не умеем продуктовые этикетки писать!» – сказал он. Как Вы относитесь к таким высказываниям?

– К любым высказываниям, в том числе коллег-депутатов, отношусь терпимо. В своих риториках они выражают не только личное отношение к какому-то общественно значимому событию, факту, но и мнение определенного круга избирателей, которые обратились к ним по этому случаю. И если даже в суждениях моих коллег бывают эмоциональные перехлесты, которые вы назвали самобичеванием, то, думаю, и на это они имеют право как живые люди, чутко реагирующие на любые, не поддающиеся здравому смыслу вещи, недостойное поведение, нарушение закона, прав граждан… Только не подумайте, что, выражая такую позицию, я рассчитываю на снисходительность к возможным с моей стороны эмоциональным перегибам. Нет, я далек от этого. Меня смущают только те случаи, когда парламентарии публично обращаются к тем или иным государственным органам по вопросам, которые не входят в их компетенцию. Это некорректно.

 

– С какими наболевшими вопросами чаще всего обращаются к Вам избиратели на встречах?

– Главные наболевшие вопросы – это жилье, повышение пенсии, трудоустройство, ремонт дорог, обеспечение качественной питьевой водой. На встречах и приемах граждан в Карагандинской области часто поднимается сложный вопрос о возврате вкладов со стороны обанкротившегося Валют-Транзит-Банка.

 

– С какими депутатскими запросами обращались лично Вы к правительству, министрам, руководителям агентств, правоохранительных ведомств?

– Если взять последние два года, то к Премьер-министру с депутатскими запросами я обращался по вопросам правомерности инициативы МВД по принудительному медицинскому тестированию школьников и студентов на употребление наркотиков; исчисления выслуги лет военнослужащим, отражающем более точные сроки боевых действий в Сирии с участием военнослужащих Советской Армии; возврата денег Валют-Транзит-Банком инвалидам, участникам войны, труженикам тыла, пенсионерам. К слову, последний вопрос адресовал и председателю Агентства финансового надзора, просил разобраться с неудовлетворительной работой ликвидационной комиссии Валют-Транзит-Банка.

Генеральному прокурору, председателям КНБ, Агентства финансовой полиции были отправлены депутатские запросы по нарушению законности банками второго уровня при освоении средств, выделенных из Национального фонда на антикризисные меры, по коррупционным и другим преступлениям при госзакупках в учреждениях здравоохранения Костанайской области, по проверке информации о нарушениях закона в Государственном накопительном пенсионном фонде (ГНПФ). Министру финансов направлял запрос по факту невыплаты дивидендов на госпакет акций в ГНПФ за 2007 год.

 

– А в прошлом году Вы направили в Счетный комитет по контролю за исполнением республиканского бюджета запрос об обоснованности увеличения административных расходов Государственного накопительного пенсионного фонда. В частности, спрашивали, правда ли, что ежемесячная заработная плата председателя фонда составляет более 1 млн. тенге, а его заместителей – 856 тыс. тенге и что они по итогам года получили вознаграждение в сумме 75,5 млн. тенге. Факт подтвердился, руководитель ГНПФ уволен. После этого случая в обществе заволновались, что за счет пенсионных денег обогащаются руководители пенсионных фондов. Интересуются ли депутаты, как обстоят дела в этом плане в других ПФ?

– Депутатский запрос в Счетный комитет по ГНПФ касался только одного пенсионного фонда, про другие фонды мы не писали. Но вместе с тем на наш другой запрос из Агентства финансового надзора, контролирующего финансовую деятельность всех пенсионных фондов, пришел ответ, что зарплата руководителям пенсионных фондов начисляется и производится из прибыли, которую получают эти фонды в результате своей финансовой деятельности. По заверению руководителя АФН, пенсионные средства участников фондов вкладываются в ценные бумаги и другие проекты, что приносит им прибыль, но из этих пенсионных средств не производится выплата вознаграждения персоналу фондов.

 

– А самостоятельно Вы инициировали какой-нибудь законопроект?

– Законотворческую инициативу лично я проявляю в форме конкретных поправок в законопроекты, которые поступают к нам в Мажилис от Правительства. Я не ограничиваюсь только теми законопроектами, которые регулируют или изменяют регулирование некоторых вопросов в сфере деятельности правоохранительных органов, судебной системы. Также вношу поправки и предложения в проекты законов о транспорте, семье и браке, атомной энергетике, биотопливе, племенном животноводстве. Подобные мои инициативы преследуют, с одной стороны, цель совершенствовать предложенные редакции тех или иных статей проекта, с другой стороны, создать новые правовые нормы и положения, устраняющие юридические огрехи.

 

– Жизнь показывает, что многие депутатские инициативы не реализуются вообще, либо реализуются в незначительной мере. Почему?

– Понимаю, о чем вы говорите. Дело в том, что зачастую законодательные инициативы мажилисменов в виде самостоятельного проекта закона или поправок в предложенный правительством законопроект могут (при их принятии) повлечь за собой дополнительные расходы из бюджета или снизить поступление доходов в бюджет. Поэтому для принятия таких проектов в работу, дальнейшего обсуждения депутатских поправок, необходимо запросить в соответствии со статьей 61 Конституции положительное заключение правительства, которое не всегда просто получить. По этой причине многие депутатские инициативы, как вы заметили, не реализуются вообще либо реализуются в незначительной части.

 

– Есть мнение, что частое внесение изменений и дополнений в законодательство – признак слабой законотворческой деятельности. А Вы как считаете?

– Я бы не стал так утверждать. Поверьте, в девяноста пяти случаях из ста изменения и дополнения вызваны необходимостью корректировки регулирования тех или иных общественно-правовых отношений, и это понятно. Жизнь не стоит на месте, многое меняется буквально на глазах, особенно в период становления рыночной экономики, в условиях кризиса. Наш долг – своевременно, а главное – адекватно реагировать на законодательном уровне на различные внешние и внутренние вызовы и тем самым защитить экономику от вредного воздействия внешних факторов, обеспечить защиту прав и законных интересов граждан.

 

– Какие вопросы сегодня вызывают в стенах Мажилиса бурную законотворческую полемику?

– У нас много интересных законопроектов, вызывающих дискуссию. Среди них – проекты кодексов о браке (супружестве) и семье, об административных правонарушениях, Административный процессуальный кодекс, законопроект об использовании воздушного пространства и деятельности авиации. Проекты двух последних кодексов находятся в производстве нашего Комитета по законодательству и судебно-правовой реформе. Рабочую группу по проекту Кодекса об административных правонарушениях возглавляю я, а по Административному процессуальному кодексу – мой коллега Рамазан Сарпеков. Работа по этим проектам только началась, и я предвижу большие дебаты, множество полярных мнений и предложений как от государственных органов, так и от неправительственного сектора, общественных объединений и организаций.

 

– Казахстан ратифицировал Конвенцию Организации Объединенных Наций против коррупции. Позволила ли, на Ваш взгляд, ратификация глобального акта нашей страной расширить возможности компетентных органов в розыске, выдаче лиц, скрывшихся от уголовного преследования за рубежом, и в возвращении незаконно нажитого имущества?

 – Рабочую группу по ратификации Конвенции ООН против коррупции в Мажилисе возглавлял я сам, когда был членом Комитета по международным делам, обороне и безопасности. Сегодня можно утверждать, что ее ратификация расширила возможности Казахстана и государственных органов в розыске и экстрадиции граждан нашей страны, совершивших преступления и скрывающихся от следствия и суда за границей. Также расширила правовые возможности для возвращения денежных средств, добытых неправомерным путем и размещенных в банках других государств, и имущества, незаконно вывезенного за пределы Казахстана.

 

– И еще. Конвенция оговаривала создание органа финансового мониторинга, который должен действовать в качестве национального центра для сбора, анализа и распространения информации, касающейся возможных случаев отмывания незаконно добытых денежных средств. Но ведь основные принципы образования такого органа были заложены еще несколько лет назад Генеральной прокуратурой, где Вы в то время были руководителем аппарата и принимали большое участие в данном вопросе. Оправдались ли ваши усилия, труды? Как выполняет свое предназначение созданная финансовая разведка?

– Действительно, еще до ратификации конвенции Генеральная прокуратура по поручению Президента работала над созданием правового и организационного механизма борьбы с легализацией незаконных доходов и финансированием терроризма. Мы много работали в этом направлении: была кропотливая работа над проектом закона о противодействии отмыванию незаконных доходов. Были выезды в Москву и Санкт-Петербург на заседания и сессии Евразийской группы по противодействию легализации преступных доходов и финансированию терроризма. Были встречи с экспертами и специалистами по созданию системы передачи информации субъектами финансового мониторинга в уполномоченный орган. Была большая разъяснительная работа среди персонала субъектов финансового мониторинга о его введении. Во всем этом живое участие принимали мои коллеги из Генеральной прокуратуры Андрей Кравченко, Марат Сексембаев, Канат Сейдагапаров и другие.

Первоначально мы планировали, что орган финмониторинга будет прокурорского типа, как в некоторых странах Прибалтики и Северной Европы. Но затем главой государства было принято решение, что он будет административного типа. Кстати, наиболее распространенного в мире.

Летом 2008 года Комитет финмониторинга был создан в структуре Министерства финансов, и вместе с тем в проект закона были внесены необходимые коррективы по изменению типа уполномоченного органа. В июне 2009 года закон принят и с 9 марта этого года он вступил в силу. Поскольку комитет начал свою деятельность с момента вступления закона в силу, трудно сейчас сказать о том, как он выполняет свое предназначение. Надеемся, что под руководством опытного финансиста, известного государственного деятеля, в прошлом сенатора Мусирали Утебаева комитет успешно выполнит возложенную на него миссию. Основа для создания нормативной базы уже имеется, а все остальное зависит от руководства и специалистов комитета и родственных государственных структур.

 

– К слову, в начале марта на брифинге Мусиралы Утебаев сообщил, что закон, противодействующий отмыванию денег, уже начал действовать. Другой вопрос, что он даст. Готова ли наша банковская система к появлению подобного закона? По мнению одного из депутатов, есть ощущение, что даже в стенах законодательной власти этот закон не всем понятен и не всех устраивает.

– Я допускаю, что этот закон не всем понятен и не всех устраивает. Для того чтобы понять, надо встречаться с разработчиками, участвовать в заседаниях рабочей группы Мажилиса, где соответствующими специалистами подробно обсуждаются и разъясняются его нормы. На мой взгляд, ни основной действующий закон о финмониторинге, ни представленные правительством поправки не будут препятствовать финансовой деятельности банков и их клиентов, если она осуществляется на законном основании.

Поправки в действующий Закон «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных незаконным путем, и финансированию терроризма» внесены в соответствии с нормативным постановлением Конституционного совета, который до подписания Президентом рассматривал данный закон на предмет его соответствия Конституции. Конституционный совет, признав его соответствующим Конституции, вместе с тем постановил, что он требует определенной корректировки для надлежащего обеспечения конституционных прав граждан. При этом хочу подчеркнуть, замечания совета не касались банковской системы. Они относились к нормам, регулирующим вопросы участия адвокатов и нотариусов как субъектов финансового мониторинга и передачи ими информации об операциях своих клиентов в уполномоченный орган.

 

– Года два назад при обсуждении административной реформы Вы рьяно выступали против сокращения сотрудников МЧС – рядовых пожарных и спасателей. Удалось ли Вам отстоять свою позицию? И еще сотрудники противопожарной службы жаловались Вам на низкую зарплату. Смогли помочь им в этом вопросе?

– Я обращался в правительство с депутатским запросом, в котором высказался против сокращения тех сотрудников МЧС, которые непосредственно тушат пожары и ведут спасательные операции и работы. Обосновывая свое мнение о нецелесообразности такого рискованного шага, привел статистику и фактические данные по авариям и пожарам, количеству сотрудников по регионам, выполняющих эту тяжелую работу. Из официального ответа на мой запрос следует, что рассмотрение вопроса о сокращении названной категории работников МЧС отложено. Что касается заработной платы сотрудников противопожарной службы, то с 1 января 2008 года она, как и у всех государственных служащих, повысилась на 25 процентов. Лично моей заслуги в этом нет, так решило правительство.

 

– Сенаторы приняли долгожданный Закон об исполнительном производстве и статусе судебных исполнителей. По этому законопроекту были разногласия между Мажилисом и Сенатом. Какие предложения по их урегулированию внесла согласительная комиссия? Какие новшества введены в закон для кардинального реформирования системы исполнительного производства и искоренения в ней коррупционных правонарушений?

– У наших коллег-сенаторов были предложения в основном редакционного характера, их поправки не меняли существо правового регулирования исполнительного производства и статуса судебных исполнителей. Поэтому согласительная комиссия не вносила изменений в правовое регулирование деятельности судебных исполнителей. По своему предназначению согласительная комиссия, состоящая из равного числа представителей двух палат Парламента, обсуждает не принятые Мажилисом предложения Сената и разрешает разногласия по спорным позициям. Когда на заседании согласительной комиссии приходим к компромиссному решению по спорному вопросу, принимается совместная редакция нормы закона или части нормы. Если не приходим к компромиссу, то решение принимается голосованием, и по его результатам принимается или редакция Мажилиса, или редакция Сената.

 Кардинальным новшеством системы исполнительного производства является введение института частного исполнения, на которое и правительство, и часть депутатского корпуса возлагают определенные надежды в плане улучшения исполнения судебных и других приравненных к ним решений.

 

– В Парламенте обсуждается проект закона по защите прав ребенка. Будут ли устранены правовые коллизии и противоречия, имеющиеся в действующем законе? В законопроекте предполагается ужесточить ответственность за вовлечение несовершеннолетних в противоправную деятельность. А будет ли ужесточена ответственность за склонение несовершеннолетних к употреблению наркотиков?

– В Мажилис Парламента по вопросам защиты прав ребенка поступил законопроект, который правильно называется так: «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам обеспечения защиты прав ребенка». Документ предусматривает поправки в Уголовный, Уголовно-процессуальный кодексы, Кодекс об административных правонарушениях, а также в законы «О средствах массовой информации», «О правах ребенка», «О профилактике правонарушений среди несовершеннолетних и предупреждении детской безнадзорности и беспризорности». В частности, в Уголовный кодекс предлагается внести пункт, предусматривающий изменение возраста, с которого наступает уголовная ответственность за совершение кражи, грабежа и вымогательства, с 14 до 16 лет.

Кроме того, предлагается установить уголовную ответственность за распространение, публичную демонстрацию и рекламирование порнографических материалов с изображением несовершеннолетних, за привлечение подростков в качестве исполнителей для участия в зрелищных мероприятиях порнографического характера. В Закон о СМИ предлагается ввести запрет на продажу лицам, не достигшим восемнадцатилетнего возраста, периодических печатных изданий, публикующих материалы эротической направленности.

Законопроект не предусматривает ужесточение ответственности за склонение несовершеннолетних к употреблению наркотиков. Эта норма уже имеется в статье 261 Уголовного кодекса, и за ее нарушение предусмотрено лишение свободы сроком от семи до десяти лет. Это достаточно суровое наказание, и уж если говорить об ужесточении ответственности за подобного рода преступления, то акцент следует сместить на обеспечение неотвратимости наказания, а не просто на изменение санкции уголовной статьи.

 

– В Казахстане могут появиться новые праздники – День матери и День отца. С таким предложением выступила одна из Ваших коллег. Не лучше ли вместо этой затеи укрепить социальный статус матери, выплачивать домохозяйкам, воспитывающим детей, достойную зарплату, а желающих работать женщин обеспечивать работой? Мы должны чествовать Маму не один раз в году, а каждый день, и лучшим ей подарком будут внимание, реальная предметная помощь на самых разных уровнях вплоть до правительственного.

– Не спорю, маму надо чествовать каждый день, рай, как гласит хадис, у ног матери. Также полностью разделяю ваше мнение о повышении социального статуса матери. В то же время не могу возражать и против Дня отца. Или вы сами не признаете гендерного равенства?

А что касается праздников, ну, что ж… Если социально-экономическое положение в нашей стране позволяет нам иметь много праздников и выходных дней, то это можно считать нашим достижением и гордиться этим.

 

– Серик Габдуллаевич, благодарю Вас за беседу.

Если вы нашли ошибку или опечатку – выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите на ссылку сообщить об ошибке.

Использование материалов возможно с сохранением активной ссылки на автора и издание.

По сообщению сайта Zakon.kz