Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

Александр Палий: У Кучмы вытрясут пару миллиардов, потом все помирятся

Дата: 04 апреля 2011 в 19:41

Политолог, историк Александр Палий в УНИАН ответил на вопросы студентов Института журналистики КНУ им. Тараса Шевченко.


— Пан Александр, скажите, пожалуйста, справедливо ли Венецианская комиссия раскритиковала раскритиковала законопроект о языках в Украине?

— Для меня нет оснований ставить под сомнение профессиональность ее решения. Венецианская комиссии – ведущее европейское учреждение в вопросах права, а ее юристы – очень профессиональные, не только в общеправовых вопросах, а в первую очередь относительно гарантирования прав человека, на которых в Венецианской комиссии и ЕС в целом особый акцент.

В Венецианской комиссии справедливо заметили, что должны защищаться права языков, которые находятся под угрозой исчезновения. Кроме того, признано, что каждое государство имеет право на защиту своего государственного языка и его внедрение в сферы деятельности. Русский язык не попадает в эти категории. Ему ни в коей мере не угрожает исчезновение, ни в Украине, ни в мире. Понятно, что есть попытки отдельных представителей поставить русский выше украинского языка, то есть закрепить результаты геноцидов и репрессий, которые веками применялись против украинского языка.


— Недавно Сергей Кивалов сказал, что ему после Помаранчевой революции запрещали читать книги на русском языке...

— Не знаю, кто запрещал господину Кивалову читать, но, например, в Украине в 2009 году было издано 38,4% всего тиража книг на русском языке. Если считать вместе с импортом, то на каждую украиноязычную книгу приходится восемь с половиной русскоязычных. Потому вопрос – кого же здесь дискриминируют?!

И это при том, что 67,5% населения страны считает родным украинский язык.

Такая же ситуация была и при предыдущих правительствах. 90% годового тиража журналов в Украине издается на русском языке и только 10% – на украинском. Приблизительно 70% газет печатаются на русском и только 30% на украинском языке. То же самое касается телевидения, которое сегодня имеет русскоязычного эфира по меньшей мере на 70%.

Все это, подчеркиваю, результат нескольких сотен лет преследований украинского языка. Очень жаль, когда люди, пригретые в Украине, не понимают ее бед, не имеют к ней малейшей благодарности.

При этом, безусловно, и украинцы должны иметь уважение к законным правам иноязычных людей, которые считают Украину своей Родиной.

Украине не нужна ничья ассимиляция. Стране нужно, чтобы все ее граждане, независимо от языка или национальности, не чувствовали себя угнетенными.

Политическая нация – это, в первую очередь, искренняя взаимная заинтересованность и уважение.

Люди всегда помнят две вещи – кто дал пинка в тяжелую минуту и кто помог подняться. Я очень хотел бы, чтобы все граждане Украины не велись на дешевые «языковые» провокации, а помогли подняться друг другу и своей стране. Это будет прекрасным заделом на будущее.

Кажется, манипулятивный характер языкового вопроса все больше понимают и наши соотечественники на Востоке и Юге Украины. Когда власти не о чем отчитываться, она сознательно поднимает такого рода вопрос, чтобы провокациями раскалывать общество. Потому что расколотым обществом легче манипулировать.


— Может ли внедрение второго государственного языка привести к  исчезновению Украинского государства как такового?

— Государство без идентичности существовать не может. В долгосрочной перспективе есть угроза, что русский государственный язык будет способствовать размыванию нашей национальной идентичности, которая формируется с ужасным опозданием. Рядом с нами — значительно большее чем Украина государство, которое, в отличие от Украины, реально поддерживает свой государственный язык, в том числе на территории Украины.

Нынешняя власть не понимает места Украины в мире. В УССР государственные структуры воспитывали людей не столько бороться с «иностранными империалистами», как не допустить возобновления самостоятельной Украины. В действительности у нас при власти до сих пор КПСС. Нынешняя власть – в значительной мере ее криминализированный обломок.

Подчеркиваю, каждый в свободной стране имеет право говорить так, как хочет, и никто не имеет права никого вынуждать.

Но граждане Украины должны защищать те вещи, которые выделяют нас в мире среди других народов, независимо от того, на каком языке мы общаемся. При этом нужно понимать, что язык украинской земли – украинский, который следует уважать.

В результате взаимного уважения мы создадим производительную среду, в которой украинская идентичность и идентичность других этносов Украины не будет разрушаться.

Согласно с последними социологическими опросами, у нас в стране уже сформировалось большинство, которое считает, что единственным государственным языком должен быть украинский, а русский – или иметь официальный статус, или сохранить нынешний статус.


— Есть много версий относительно возбуждения уголовного дела против Кучмы, одна из которых – что у его зятя Пинчука хотят выманить деньги. К какой версии склоняетесь вы?

— По моему мнению, тут несколько мотиваций. Нужно понимать, что нынешняя власть не делает абсолютно ничего без материальной заинтересованности. Во всех ее действиях прослеживается частный экономический интерес. Потому основная версия – безусловно, денежная: передел собственности, передел медиапространства. На сегодня общество серьезно истощено в результате так называемых реформ. И готовятся другие фазы отбора средств у граждан через пенсионную реформу, тарифы и тому подобное. То есть фактически основные деньги из общества уже выжаты, остальные вот-вот «дожмут». А аппетиты растут. В этом и причина начала перераспределения собственности. Этот процесс – потенциально очень опасный для нынешних властей предержащих. Но они не думают об австралийском бумеранге, а думают об аппетитах настоящего.

Наверно, у прежнего президента Кучмы есть заграничные счета, есть бизнес его зятя. И есть у нынешней власти желание все переделить.

Кучма, хотя и является творцом гиблой для страны олигархической системы, когда-то провозгласил, что Украина – не Россия, и даже время от времени пытался вести соответствующую политику. Не исключаю, что сегодняшнее дело — это месть Кучме, в частности за то, что он не дал разобрать Украину до конца.

Потому другой фактор, допускаю, – внешний. Поднимая через своих украинских протеже вопрос зависимости когда-то всевластного Кучмы, Москва может давать понять, что никто из украинских властей предержащих не защищен.

Если убийство было организовано «под пленки», то есть Кучму слушали, пока не услышали и не использовали слов о Георгии Гонгадзе, то ответственность прежнего президента значительно легче.

В то же время если Кучма действительно давал приказ убить журналиста Георгия Гонгадзе и именно это стояло за указанием «вывезти его в Чечню», которое мы слышим на пленках, тогда все для экс-президента значительно хуже.

Не исключаю, что у президента Януковича есть мотив личной мести Кучме. Тот в свое время не расстрелял Майдан, не сделал того, что сейчас делает Каддафи в Ливии. Он, до последнего цепляясь за власть, все же не перешел последней границы, а интересы Януковича были поставлены на второй план.

Однако все это пока еще теории. Зная нашу власть, легче всего допустить, что практика будет проще, чтобы не сказать более примитивнее – Кучму «растрясут» на пару миллиардов, а затем все помирятся и поцелуются. Такой вот «поиск справедливости».


— Если это таки Россия, то понимает ли это Янукович?

— Степень внешней зависимости украинской власти очень серьезна. В настоящее время Украина де-факто имеет ситуацию ограниченного суверенитета. В сегодняшнем правительстве есть несколько министров, которые непосредственно поставлены по звонку из России, даже вопреки воле самого Януковича.

Убежден, эти министры считают своим президентом не Януковича. Вижу, что это напрягает даже нынешнюю власть – на встречах с иностранцами она постоянно рассказывает о суверенном выборе, национальных интересах и прочем. Почему? Потому что иностранцы же не слепые. Пока президент, вопреки собственному полновластию никак не осмеливается изменить ситуацию. Хотя, не марионеточную, а полновластную власть хотят иметь везде в Украине, включая и Донецк.


— Как вы относитесь к общему украинско-российскому учебнику по истории?

— Считаю такую идею абсурдной. Она не сработала ни в немецко-французском, ни в немецко-польском случае. Чтобы создать общее виденье истории, нужно или нам отказаться от своей истории, или чтобы Россия отказалась от своего взгляда, или чтобы мы пришли к какому-то третьему – к общему знаменателю. Последним вариантом теоретически может быть взгляд на историю с точки зрения общечеловеческих ценностей. Но Россия эти общечеловеческие ценности не любит из-за того, что в российской истории было достаточно много тиранов, в настоящее время популярных. Потому в Москве общечеловеческие ценности не очень приветствуются политиками, а «общечеловек» – это для них преимущественно ругательное слово.

Что значит отказаться от своей истории? Это значит, что народ не только отказывается от своего прошлого, но и от своего будущего. То есть прекращает хотеть жить. Это значит собственноручно перечеркнуть свое место в мире, подрубить собственную страну.

К счастью, украинский народ, невзирая на проблемы с идентичностью, которые возникли в результате геноцидов и длительного иностранного господства, понимает собственную идентичность. Более того, понимание собственной идентичности, ощущение своей уникальности сохранялось у украинцев даже в советское время, когда со всех сторон нам рассказывали, что украинский народ – это такой аппендикс, который неизвестно чего вылез из «колыбели братских народов».


— Как вы относитесь к современным горячим дискуссиям на историческую тематику в Украине?

— К сожалению, наша история очень долго не была по-настоящему осмысленна. Был ограничен доступ исследователей к источникам, взяты под полный идеологический контроль выводы исследований. Как писал Александр Довженко, единственная страна, которой запрещено изучать свою историю и где изучение истории собственной страны – это билет на смерть, – это Украина.

История была фрагментирована, причем совершенно искусственно. Если говорить о ранней истории, то лишь до времен Киевской Руси есть несколько сот письменных источников, которые касаются истории украинской земли. Далеко не в каждом европейском государстве есть такое количество письменных источников.

Если говорить об очень древних временах, то, например, в середине І тысячелетия до нашей эры античный мир знал, что такое территория Украины. Например, греки в то время не знали, что такое территория нынешней Франции, ни что такое территория Германии, ни тем более, что такое территория Британии.

Много исследований умышленно не проводилось. Когда строились гидроэлектростанции на Днепре, были по-варварски затоплены самые богатые археологическими достопримечательностями регионы Украины, без всякого предварительного научного изучения.

Исследовать историю Украины, особенно Киевской Руси, в советское время позволяли под строжайшим контролем КГБ.

Еще пример. В советские времена была открыта большая часть Неаполя (столицы Малой Скифии в предместье нынешнего Симферополя). Но город, уникальный для понимания нашей ранней истории, до сих пор так и не откопан археологами.

Нам до сих пор недостает элементарного прочтения источников. Теперь, правда, не из-за идеологического террора, а по лености историков и непониманию важности проблемы. Польские, турецкие, шведские и в целом европейские архивы, которые содержат информацию об Украине, украинцами еще не прочитаны. Хотя эти архивы преимущественно открыты. Потому для Украины существует огромная потребность – создать такую структуру, которая прочитала бы все об Украине в иностранных архивах.

Но что там говорить, если в Украине во главе Госкомархива стоит человек, который сказал, что Украине не нужно открывать архивы о собственной истории. Уверен, что с такими подходами значительная часть наших архивов уже уничтожена.

Англичане говорят, что человек, который знает историю своей страны, не может быть глупым. Тот факт, что наша история до сих пор толком не осмысленна, углубляет достаточно большое количество нынешних проблем. Потому что, как известно, страница истории стоит учебника логики. И чем глубже ты видишь историю, тем дальше можешь смотреть в будущее.

К сожалению, сегодня власть пошла путем умалчивания ряда исторических событий. А что такое умалчивание? Это фальсификация. Она взрывает уникальное конструктивное значение правдивой истории для народа. Как писал в свое время Джордж Оруэлл, тоталитаризм (его потомком я считаю нынешнюю постгеноцидную власть в Украине) «требует постоянного изменения нашего прошлого, и в конечном счете – неверия в существование объективной истины».


— Как, по вашему мнению, на украинское общество повлияло принятие Налогового кодекса?

— Помните драматичную эпопею с его утверждением? Его долго принимали, было вето президента, работало «в поте лица» все правительство с Верховной Радой и администрацией президента – и все ради того, чтобы принять этот алогичный обрубок.

Я его читал – это ужасно. Вместо того, чтобы установить прозрачные правила, в Кодекс на 600 страниц просто понапихали должностных инструкций из разных министерств. Если закон имеет 600 страниц, – он уже не закон, а макулатура.

Значительно дешевле было нанять переводчиков, чтобы они собрали самые умные и наиболее соответствующие украинским реалиям вещи в налоговом законодательстве менее всего коррумпированных стран. Это сохранило бы стране миллиард гривен, которые в настоящее время идут на Верховную Раду, полтора миллиарда, которые идут на президента, свыше полумиллиарда на правительство, не считая несметных министерств и взяток.

К чему привел этот Налоговый кодекс?

Первый очевидный результат. Фискальная эффективность для государства – близкая к нулевой. Тогда зачем было все это городить? Как говорят бизнесмены, количество поборов после принятия Налогового кодекса существенно выросло. Есть данные, что количество новых предпринимателей (физических лиц), которые сейчас регистрируются, уменьшились на половину. Кроме того, после внедрения этого кодекса до сорока процентов малых предприятий уже ликвидированы или находятся в стадии ликвидации.

Нужно понимать, что в Украине вместо власти, которая якобы говорит, что она такая «сильная», функционирует банальная взяточническая пирамида. Из которой, под окрики сверху, рвут и выхватывают на всех уровнях.

Власть давит на бизнес, разрушает бизнес-климат. В развитых странах, том же Сингапуре, который недавно посетил президент Янукович, все наоборот. Там понимают, что бизнес – это курица, которая несет золотые яйца. Их время от времени можно забирать, но в любом случае не пускать курицу на перо. В Сингапуре, по данным Мирового банка, лучшая налоговая система из 183 стран, у нас – худшая. А кто и, главное, зачем ее такой сделал?

Власть отчитывается о 4,2% росте ВВП по итогам 2010 года. По данным Всемирного банка, страны, которые развивались, выросли на 7%. Сингапур, например, на 14,7%. Эта разница – цена нашего взяточничества.

На днях Сергей Тигипко заявил, что уже в июне власть собирается менять Налоговый кодекс. Писали, хвалили, запрещали, исправляли, переписывали. Ввели в январе – три месяца поработал – пора менять. Это власть прилюдно расписалась в собственной некомпетентности. Ведь бизнес априори заинтересован в стабильности правил. Пусть уже лучше плохие правила, чем постоянное их изменение. Каждое конструктивное для страны предпринимательское усилие нужно поощрять. Это как солнце – просто дайте ему светить.


— Недавно замглавы АП Ирина Акимова выступила за продажу земель сельскохозяйственного назначения иностранцам. Каково ваше отношение к этому?

— Считаю, что идея продавать землю не гражданам Украины – это антиукраинская диверсия, испытание общественной реакции. В стране почти вся общенародная собственность приватизирована. Но власти свербит еще чем-то поторговать.

Уверен, торговля землей вообще если и возможна, то при чрезвычайно суровых ограничениях.

Первое ограничение – земля должна продаваться исключительно гражданам Украины. Земля – это уникальный ресурс, который является самовосстанавливающимся аналогом предприятия. Дом снесут, завод развалится – а земля останется. В некоторых европейских странах люди живут всю жизнь и не имеют права покупать землю, потому что не является гражданами, или даже их родители не были гражданами. Рынок земли контролируется сурово, и это норма для Европы. Наш внутренний инвестор далеко не исчерпан. Есть очень многие люди, которые заинтересованы в развитии бизнеса на селе, так зачем в этом контексте нам нужные иностранцы?!

Во-вторых, необходимо суровое определение верхней границы размера земель в собственности одного физического и юридического лица. Земля – это вопрос и политический. Более того, это вопрос национальной безопасности. Украине нужны миллионы крепких владельцев, которые будут платить налоги, будут гражданами своей страны, будут защищать ее, а не несколько лендлордов и миллионы безземельных люмпенов. В конечном итоге, почему-то в Израиле может существовать крупнотоварное производство на 500 гектарах земли, а украинским олигархам подавай сотни тысяч или миллионы. Умеренные наделы земли – стимул к интенсификации сельскохозяйственного производства.

Третье, важнее всего. Необходимо законодательно закрепить норму, согласно с которой владелец сельскохозяйственной земли должен постоянно жить не дальше, чем за несколько, максимум пару десятков километров от нее, на протяжении, например, не менее 300 дней в год. Это оградит от спекуляций землей и будет способствовать концентрации ее в руках тех, кто реально на ней работает, а не наживается на ее перепродаже.

Если эти три условия не будут выполнены, это будет значить, что страну готовят к чрезвычайно масштабному грабежу.

Как известно, Украина имеет, по разным данным, от 25 до 30% процентов запаса мировых черноземов. Пищевой кризис в мире дает Украине колоссальный шанс в традиционной для Украины нише мирового разделения труда.

По сообщению сайта Подробности.ua