Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

Правовое ограничение государственной власти как необходимое условие конституционной стабильности / Ф. Вениславский, кандидат юридических наук, доцент Национальной юридической академии Украины им. Ярослава Мудрого (г. Харьков)/

Дата: 05 апреля 2011 в 14:51 Категория: Новости политики

Правовое ограничение

государственной власти как необходимое условие

конституционной стабильности

 

Основной доминантой современного конституционного правопонимания должно стать осмысление интеграционной роли конституции, ее дуалистической природы, двойного политико-правового предназначения в обществе и государстве. Кандидат юридических наук, доцент Национальной юридической академии Украины им. Ярослава Мудрого (г. Харьков) Ф. Вениславский проанализировал, каким образом правовое ограничение государства, его органов и должностных лиц влияет на обеспечение конституционной стабильности в государстве и обществе в целом.

 

Социальная ценность конституции как основного закона и государства, и общества проявляется прежде всего в ее особой юридической природе и особом политико-правовом предназначении. Основополагающее значение конституции и для человека, и для институтов гражданского общества состоит в том, что именно она на высшем юридическом уровне закрепляет основные права и свободы человека и гражданина, их гарантии, а также устанавливает правовые пределы государственно-властной деятельности, вне которых находится сфера частных интересов, свободная от государственного влияния. Вместе с тем конституция имеет существенное ценностное значение и для государства, поскольку не только закрепляет систему организации государственной власти, формы и методы взаимоотношений властных структур, но и устанавливает конституционные обязанности граждан, а также случаи и основания возможного ограничения их прав и свобод, чем фактически определяет и пределы частной свободы. Поэтому основной доминантой современного конституционного правопонимания должно стать осмысление интеграционной роли конституции /1/, ее дуалистической природы, двойного политико-правового предназначения в обществе и государстве.

Прежде всего необходимо отметить, что в любом демократическом государстве содержание и форма взаимоотношений в системе «человек – общество – государство» относятся к центральным проблемам всего конституционно-правового регулирования. И именно от решения данных вопросов существенным образом зависит стабильность конституционного строя, важнейшими составными элементами которого являются:

а) гуманистический правовой статус личности;

б) свободная деятельность институтов гражданского общества;

в) демократические принципы формирования, организации и функционирования государственной власти, взаимодействие различных ее органов;

г) правовое ограничение государственных органов.

Функционирование всего государственного механизма в строгом соответствии с данными основоположными идеями, нашедшими формальное юридическое закрепление в конкретных конституционных нормах, наличие действенных средств гражданского контроля за властью является необходимой предпосылкой эффективности конституционного регулирования в целом, важным средством установления в государстве и обществе режима конституционной законности и правопорядка.

Учитывая изложенное, представляется необходимым проанализировать, каким же образом правовое ограничение государства, его органов и должностных лиц влияет на обеспечение конституционной стабильности в государстве и обществе в целом. При этом следует отметить, что, несмотря на ряд существующих исследований, посвященных отдельным аспектам ограничения государства правом /2/, его влияние на обеспечение конституционной стабильности все еще остается малоизученным, что свидетельствует не только о научной актуальности, но и о существенной практической значимости данной проблемы.

Исследователи обоснованно отмечают, что утверждение начал правового государства является одним из основных направлений правового прогресса. Это означает, что политическая власть ставится под эгиду права, под его контроль и, следовательно, должна функционировать в качестве государственной власти в рамках всех институтов государства и права, в сочетании и взаимодействии со всеми институтами гражданского общества /3/. Любое же правовое регулирование власти означает ее упорядочение, что, с одной стороны, предусматривает организационное и содержательное укрепление властных институтов, наделение их гарантированной компетенцией, а с другой – ограничение власти определенной системой правил, установлением ее обязанностей. Вне пределов полномочий государственной власти существует сфера саморегуляции гражданского общества и сфера жизнедеятельности человека, свободные от государственно-властного вмешательства /4/. Тот же факт, что под влиянием государственной власти находится много сфер общественной жизни, никоим образом не свидетельствует о том, что она не имеет границ. Наоборот, ряд социальных факторов, преодолеть которые власть не в состоянии, свидетельствуют о том, что вне ее пределов существует достаточно обширная сфера общественных отношений, свободных от политической власти /5/. Прежде всего это сфера частной свободы человека и сфера свободной деятельности институтов гражданского общества, на которые государство не имеет права произвольно посягать ни при каких обстоятельствах. Все же допустимые возможности государственной власти ограничивать данную свободу должны быть установлены исключительно на конституционном уровне и любому расширительному толкованию подлежать не могут.

Таким образом, достижение конституционной стабильности, установление баланса социальных интересов предусматривает не только одностороннее регулятивно-правовое воздействие государства на общество, но и обратное сдерживающее влияние со стороны общества на пуб­личную политическую власть /6/. Вместе с тем, как отмечают ученые, по своей сущности природа государства всегда трансгрессивна: оно почти всегда проявляет склонность своих властных прерогатив к самовозрастанию и расширению полномочий. В интересах же общества, наоборот, максимальное ограничение государственной власти, недопущение с ее стороны произвола и ограничение ее вмешательства в сферу частных интересов /7/, поскольку «постоянное стремление государственной власти подчинить себе общество вызывает обратную реакцию, проявляющуюся в попытках поставить государство под контроль права» /8/. Ведь сущностью всего современного конституционализма является комплекс идей, принципов и порядка деятельности государства и общества, основанных на простой концепции о том, что власть государства базируется на праве (конституции) и одновременно конституцией ограничена /9/. В связи с этим С.С. Алексеев писал, что в условиях демократии главное заключается в том, что объективное (позитивное) право перестает быть своего рода придатком государственной власти, оно как бы «меняется местами» с государством: утверждается верховенство права, и оно возвышается над государственной властью; это и есть то, что понимается под правовым государством /10/. Поэтому именно связанность государства правом является необходимой и обязательной предпосылкой конституционной стабильности.

Исследование правовых пределов государственно-властной деятельности прежде всего предполагает необходимость выяснить, что же именно является основанием для их объективного определения. На наш взгляд, методологические предпосылки решения данного вопроса необходимо искать в политико-правовых основах соотношения народного и государственного суверенитета, поскольку сегодня общепризнанным является утверждение о первичности и определяющем значении именно суверенитета народа /11/. Народ через демократические процедуры легитимации власти наделяет ее частью соответствующие государственные органы. Иными словами, он делегирует им часть своей суверенной власти, тем самым добровольно ограничивая собственную свободу. Но при этом общество делегирует государству ровно столько власти, сколько этого требуют сами общественные интересы. Поэтому для государства и его органов власть является обязанностью, а не правом, и они в своей деятельности обязаны руководствоваться специально-разрешительным принципом правового регулирования, суть которого выражается формулой «разрешено только то, что прямо предусмотрено законом». Соответственно, органы народного представительства не могут, не имеют права преступить границ вверенной им народом власти. Совершение же ими действий в пределах компетенции, но не предусмотренным способом, в непредусмотренной законом форме, или с выходом за пределы компетенции является основанием для признания таких действий и правовых актов, принятых в процессе их осуществления, неправомерными и незаконными, и, соответственно, основанием для привлечения таких субъектов к конституционно-правовой ответственности. Право приобретает реальную силу ограничить власть, связать государство в пользу своих граждан, потому что его авторитет опирается на авторитет народа. Этот авторитет подкреплен политической ответственностью власти перед народом через периодические свободные выборы, через участие граждан в реальном осуществлении государственной политики и управлении государством /12/.

Следует отметить, что уже сам факт наличия в государстве конституции, закрепление в ней системы общечеловеческих ценностей и демократических принципов свидетельствует о достаточно высоком уровне развития гражданского общества, поскольку именно оно прежде всего заинтересовано в конституционном закреплении объективных правовых границ всей государственно-властной деятельности. Конституция становится реальным фактором социального регулирования процессов модернизации и трансформации правовой системы. От того, насколько последовательно будут проводиться в жизнь ключевые конституционные принципы, зависит будущее конституционализма /13/. Более того, реальный демократический процесс всегда предполагает наличие двух основоположных функций: а) реализация власти; б) ограничение власти. Именно в этом отражается вся специфика демократии, поскольку любое иное государство (не демократическое) всегда действует по принципу экспансии, а его целью является сама власть. Демократия же является единственной формой осуществления власти, которая несет ограничительный принцип /14/. Критическое осмысление политико-правовых реалий всегда должно соотноситься с требованиями соблюдения конституционных границ при осуществлении государственной власти во всех ее проявлениях. Необходимо формировать ценности отечественного конституционализма в широких слоях общества и среди государственных и муниципальных служащих, для которых мерилом законности их поведения, особенно в сфере публичной деятельности, должна выступать конституция, ее максимы и императивы /15/. Поэтому правовое ограничение власти, с одной стороны, следует рассматривать как закономерный результат демократических основ ее организации и функционирования, а с другой – как некий предохранитель, не позволяющий государству и его органам посягать на демократические ценности общества, обеспечивающий конституционную законность и, как следствие, конституционную стабильность в целом.

Вторым объективным ограничителем государственной власти, на наш взгляд, необходимо признать природные и неотъемлемые права и свободы человека и гражданина, поскольку, как свидетельствует практика демократических государств, их реальное обеспечение является не менее важной задачей всего конституционного регулирования. Ведь институт прав и свобод человека и гражданина без преувеличения является визитной карточкой современного конституционализма /16/. Лишь действуя в интересах человека, государство приобретает черты, присущие конституционному государству /17/. Одновременно обеспечение интересов личности, ее защита от посягательств являются признаком и правового государства /18/, поскольку гражданин, наделенный правами и реально ими пользующийся, – центральная персона в теории правовой государственности /19/, базовая идея всего конституционно-правового регулирования.

В научной литературе не зря указывается, что проблема оптимизации государственных интересов и прав человека является самой важной проблемой любого общества. Сущностным признаком правового государства и критерием легитимации власти сегодня служат права человека, причем не высшим, а верховным критерием, отмечает болгарский конституционалист Н. Неновски /20/. Диалектика взаимодействия государственной власти и личности является самым важным фактором общественного развития. Противоречие интересов личности и государства может быть разрешено только в условиях правовой государственности, когда интересы государства и интересы общества движутся путем взаимной адаптации друг другу /21/. Правовое государство – это то государство, в котором реально функционирует режим связанности власти правами и свободами человека и гражданина, которое юридически обязано их защищать и гарантировать. Связанность государства правами и свободами означает не что иное, как ограничение государства этими правами и свободами, правовую и юридическую детерминированность /22/. Как справедливо отмечает Е.А. Лукашева, права человека для того и существуют, чтобы ставить преграды произволу и беззаконию /23/. Вне всякого сомнения, можно утверждать, что именно права и свободы человека, их гарантии, реальная ситуация с их практическим обеспечением являются определяющим показателем наличия конституционного строя в конкретном государственно-организованном обществе, критерием уровня его развития. Ведь конституционный строй – это не только закрепление соответствующих институтов и отношений в конституционно-правовых нормах, но и сами общественные отношения, возникающие во всех сферах общественной жизни.

Показательным является и тот факт, что еще во французской декларации прав человека и гражданина 1789 года было закреплено, что общество, в котором не обеспечено пользование правами и не проведено разделения власти, не имеет конституции. Более того, поскольку одной из наивысших ценностей человека является свобода, защиту и уважение личной свободы человека также необходимо рассматривать как одну из важнейших обязанностей государства, которой одновременно установлены и правовые пределы его деятельности. Как обоснованно отмечает С.С. Алексеев, историческое предназначение права состоит, во-первых, в действительной реализации свободы человека, во-вторых, в преодолении произвола и насилия /24/. Права и свободы человека необходимо рассматривать как объективный ограничитель государственной власти, сдерживающий ее фактор и одновременно как обязательное условие конституционной стабильности еще и потому, что в процессе конституционного реформирования, как правило, не допускается их ликвидация либо сужение. Это означает, что парламент, принимая законопроект о внесении изменений в конституцию, ограничен существующим конституционным закреплением субъективных прав и свобод.

Третьим важным элементом правового ограничения государственной власти, на наш взгляд, следует признать практическое воплощение в государственно-правовую практику базовой конституционной идеи – принципа разделения государственной власти на законодательную, исполнительную и судебную ветви. Идеолог и один из основателей данной концептуальной идеи Ш.Л. Монтескье отмечал, что с целью недопущения злоупотребления властью необходим такой порядок вещей, при котором разные ветви власти могли бы взаимно сдерживать друг друга /25/. А неотъемлемым составляющим элементом этой модели организации и функционирования государственной власти является система сдержек и противовесов, обеспечивающая взаимный контроль за функционированием властных институций в четко определенных конституцией правовых рамках.

Кроме того, одна из трех ветвей государственной власти – судебная – призвана обеспечивать правовую защиту прав и свобод личности, в том числе и от произвола органов государственной власти, осуществлять конституционный контроль, главная задача которого состоит в правовом ограничении публичной власти в случае неконституционности ее действий /26/, а также разрешать возникающие между властными структурами правовые конфликты. Наличие в государстве действительно независимой судебной власти, с одной стороны, свидетельствует о его демократичности и правовом характере, а с другой – является одним из необходимых, обязательных условий обеспечения конституционной стабильности и конституционного правопорядка.

При этом необходимо особо отметить, что разделение государственной власти на три независимые друг от друга ветви не означает их полной и абсолютной отделенности. Более того, все ветви государственной власти должны тесно между собой взаимодействовать и сотрудничать, поскольку только в этом случае достигается максимальная эффективность всей государственно-властной деятельности, обеспечивается реальная конституционная стабильность в обществе и государстве.

Таким образом, изложенное позволяет сделать вывод о том, что ограничение государственной власти и обеспечение конституционной стабильности – явления тесно взаимосвязанные и взаимообусловленные. С одной стороны, правовое ограничение государства является обязательным условием стабильности конституционного строя, поскольку предполагает безусловное соблюдение правовых предписаний всеми государственными институциями, их ориентацию на те базовые общественные ценности, которые обуславливают сущность конституционного строя. С другой стороны, конституционным может считаться только государство, деятельность которого ограничивают четко определенные нормы и процедуры, которое обеспечивает практическую реализацию основных прав и свобод личности и в котором нашел свое реальное практическое воплощение принцип разделения и взаимодействия ветвей государственной власти. То есть правовое ограничение государственно-властной деятельности обеспечивается прежде всего реальными общественными отношениями, составляющими в своей совокупности конституционный строй.

 

Литература

 

1. Кравец И. Российская Конституция и проблемы эффективности ее реализации. Конституционное право: Восточноевропейское обозрение. 2003. № 4(45). С. 72.

2. Алексеев С.С. Право: азбука — теория — философия. Опыт комплексного исследования. М.: Статут, 1999. С. 34; Анохин П.В. Государственная власть и субъективные права человека. Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. Власть и право. 2003. Вып. 2(7). С. 27-28; Витченко А.М. Теоретические проблемы исследования государственной власти. Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 1982. 194 с.; 32; Ефремов А.Ф. Принципы и гарантии законности. Автореферат дис.... кандидата юридических наук: 12.00.01. Москва, 1999. 19 с.; Заець О.П. Правова держава в Украині: концепція і механізми реалізаціи. Автореф. дис. д-ра юрид. наук. К.: Киивський ун-т ім. Тараса Шевченка, 1999. 31 с.; Колодій А.М. Конституція і розвиток принципів права Украини (методологічні питання). Автореф. дис.... д-ра юрид. наук: 12.00.01; 12.00.02. Киивський ун-т ім. Тараса Шевченка. К., 1999. 36 с.; Новиков М.В. Ограничительная функция права и ее реализация в российском законодательстве. Дис.... канд. юрид. наук. Владимир, 2004. 171 с.; Нурмагамбетов Р.Г. Запреты и ограничения в конституционном праве. Автореф. дис.... канд. юрид. наук. Р.Г. Нурмагамбетов. Челябинск, 2006. 26 с.; Приходько И.М. Ограничения в российском праве. Проблемы теории и практики. Дис.... канд. юрид. наук. Саратов, 2001. 195 с.; Султыгов М.М. Конституционно-правовой режим ограничения государственной власти. Автореф. дис.... докт. юрид. наук. М.М. Султыгов. Санкт-Петербургский университет. СПб., 2004. 45 с. Ягофарова И.Д. Право как мера ограничения свободы. Дис.... канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2004. 206 с.

3. Алексеев С.С. Право: азбука — теория — философия. Опыт комплексного исследования. М.: Статут, 1999. С. 53.

4. Богданова Н.А. Система науки конституционного права. М.: Юристъ, 2001. С. 18.

5. Витченко А.М. Теоретические проблемы исследования государственной власти. Саратов: Изд-во Сарат. ун-та,1982. С. 32.

6. Султыгов М.М. Конституционно-правовой режим ограничения государственной власти. Автореф. дис.... докт. юрид. наук. М.М. Султыгов. Санкт-Петербургский университет. СПб., 2004. С. 34.

7. Анохин П.В. Государственная власть и субъективные права человека. Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. Власть и право. 2003. Вып. 2(7). С. 27.

8. Спиридонов Л.И. Теория государства и права. М.: Проспект, 2000. С. 112.

9. Шевчук С. Від Святого Письма до конституційного тексту. Критика. 2009. Число № 1-2(135-136). С. 7.

10. Алексеев С.С. Право: азбука — теория — философия. Опит комплексного исследования. М.: Статут, 1999. С. 49.

11. Тодыка Ю.Н. Основы конституционного строя Украины. Учеб. пособие. Харьков: Факт, 1999. С. 90-104.

12. Заець О.П. Правова держава в Украині: концепція і механізми реалізаціи. Автореф. дис. д-ра юрид. наук. К.: Киивський ун-т ім. Тараса Шевченка, 1999. С. 14.

13. Кравец И. Российская Конституция и проблемы эффективности ее реализации. Конституционное право: Восточноевропейское обозрение. 2003. № 4(45). С. 66.

14. Скрипнюк О. Верховенство права і демократія: концептуальні питання взаемозв’язку. Вісник академіи правових наук України. 2008. № 2(53). С. 17.

15. Кравец И. Российская Конституция и проблемы эффективности ее реализации. Конституционное право: Восточноевропейское обозрение. 2003. № 4(45). С. 66.

16. Бондар Н.С. Права человека в теории и практике российского конституционализма. Российский конституционализм: проблемы и решения (материалы международной конференции). М.: ИГПРАН, 1999. С. 110.

17. Тодыка Ю.Н. Основы конституционного строя Украины. Учеб. пособ. Х.: Факт, 1999. С. 107.

18. Симаков К.А. Личность, гражданское общество, правовое государство. Гражданин и право. 2007. № 4. С. 15.

19. Там же. С. 16.

20. Неновски Н. Конституционный суд: природа, цели, легитимность. Российский конституционализм: проблемы и решения (материалы международной конференции). М.: ИГПРАН, 1999. С. 96.

21. Анохин П.В. Государственная власть и субъективные права человека. Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. Власть и право. 2003. Вып. 2(7). С. 28.

22. Заець О.П. Правова держава в Украині: концепція і механізми реалізаціи. Автореф. дис. д-ра юрид. наук. К.: Киивський ун-т ім. Тараса Шевченка, 1999. С. 16.

23. Лукашева Е.А. Обеспечение прав человека как фактор устойчивого развития российского общества. Российский конституционализм: проблемы и решения (материалы международной конференции). М.: ИГПРАН, 1999. С. 73.

24. Алексеев С.С. Право на пороге тысячелетия. Некоторые тенденции мирового правового развития — надежда и драма современной эпохи. М.: Статут, 2000. С. 23.

25. Монтескье Шарль Луи. Избранные произведения. М.: Госполитиздат, 1955. С. 289.

26. Султыгов М.М. Конституционно-правовой режим ограничения государственной власти. Автореф. дис.... докт. юрид. наук. М.М. Султыгов. Санкт-Петербургский университет. СПб., 2004. С. 36.

 

Если вы нашли ошибку или опечатку – выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите на ссылку сообщить об ошибке.

Использование материалов возможно с сохранением активной ссылки на автора и издание.

По сообщению сайта Zakon.kz