Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

Советник Ежи Бузека: Стабильность без демократии может быть очень опасна

Дата: 06 апреля 2011 в 20:01 Категория: Новости политики

В структурах Евросоюза, особенно – в Европарламенте, не так много высокопоставленных чиновников, готовых, когда речь заходит об отношениях Украины и ЕС, называть вещи своими именами. Дипломатический советник главы Европарламента Ежи Бузека Арнольдас Пранцкевичус высказывается предельно четко, не оставляя места для разночтений. Это короткое интервью Пранцкевичуса  изданию «Левый берег»  содержит немало важных мэссиджей, которые Украине «следует воспринимать как дружеский совет».

— Год назад, оценивая ситуацию в Украине после президентских выборов, вы говорили: нашей стране очень важно сохранить необратимость демократических процессов. Для чего Европа – цитирую: «должна послать Украине мощный сигнал». Был ли соответствующий сигнал послан и сохранилась ли необратимость демократических процессов?

— По моему мнению, в прошлом году Европейский союз дал Украине такой сигнал. Причем очень мощный — высшим уровнем представительства на церемонии инаугурации президента Виктора Януковича. В делегацию, напомню, входили Президент Европарламента Ежи Бузек, верховный представитель ЕС по внешней политике и безопасности баронесса Кэтрин Эштон, еврокомиссар по вопросам расширения ЕС Штефан Фюле. То есть, 25 февраля 2010-го в Киеве находилась делегация ЕС наиболее высокого ранга, когда-либо посещавшая страны, являющиеся партнерами ЕС.

Таким образом, ЕС давал понять серьезность своих намерений относительно сотрудничества с новыми украинскими властями. В том числе — по заключению договора об Ассоциации и переговорах о полноценной зоне свободной торговли. В более долгосрочной перспективе — об оценке возможности отмены визового режима.

Итак, сигналы Украина получила.

То, что мы наблюдали на протяжении года после инаугурации, касалось, преимущественно, событий в самой Украине, а не в ЕС. В последние полгода в структурах ЕС, особенно — в Европейском парламенте, возросла озабоченность по поводу увеличивающегося количества проблем, связанных с демократическими процессами в Украине. Прежде всего — свободой слова, свободой самовыражения, функционирования демократических институций в Украине.

Такая озабоченность нарастает. Поэтому мы стареемся обсудить вопрос с Украиной – открыто и честно – как с партнером.

Господин Ежи Бузек – один из тех, кто прямо высказывал свое мнение на этот счет. В большинстве случаев – в открытой и дружественной манере. Известно: президент Бузек – один из лучших друзей Украины в Брюсселе, он хорошо знает внутренние проблемы вашей страны, ему небезразлично ее будущее. И, как друг, он указывает на возникающие сложности загодя, с целью предупредить их, пока ситуация не усугубилась. Власти Украины могли бы относиться к этому как к дружескому совету – больше внимания уделять проблемным участкам.


— Субъективное ваше мнение: они этот дружеский совет слышат? Учитывая, что политическая чуткость может быть залогом выгод экономических переговоров.

— В данный момент какие-либо оценки давать тяжело – диалог еще продолжается На некоторые поднятые нами вопросы мы уже увидели позитивную реакцию. Мы действительно видим, что украинские власти чувствительны к критике из Брюсселя и открыты к обсуждению. И это очень хорошо.

Что касается деятельности украинского правительства, год – слишком небольшой срок для того, чтобы оценивать успешность или неуспешность его деятельности. Правительству Украины надо дать время и дать шанс.

В любом случае, мы ожидаем, что украинские власти останутся верными принципам демократии, соблюдения прав человека и верховенства права. Последнее особенно актуально. Здесь, в Европейском парламенте, многим важно убедиться: принцип верховенства права в Украине не применяется выборочно и по политическим мотивам.


— По ходу наших двусторонних встреч, многие высокопоставленные еврочиновники констатировали: в последнее время представители Партии регионов Украины стали куда более открыты, сами инициируют двусторонний диалог, тогда как ранее коммуникации между руководством ПР, собственно – нынешней украинской властью, и Брюсселем практически не было. Вы с этим согласны, нет? Можно ли констатировать, что инициатором интенсификации коммуникации выступила именно украинская сторона?

— Последние пять лет, я веду вопросы, связанные с Украиной и могу сказать: коммуникация была достаточно насыщенной всегда, в независимости от того, кто находился у власти. И во время президентства Ющенко, и во время премьерства Тимошенко, и даже во время премьерства Януковича все они много раз посещали Брюссель. То есть, недостатка в общении мы не испытывали.

Возможно, однако, прогресс в отношениях Украины и ЕС за последние шесть лет – со времен Оранжевой Революции – был недостаточным, что явно чувствовали все мы. Возможно, сделать в этом направлении можно было б значительно больше, чем было сделано.

Допускаю: это произошло не по причине дефицита каких-либо контактов, не по причине недостаточно высокого уровня представительства коммуницирующих сторон, но из-за недостаточной нацеленности на проведение реформ в Украине. От украинских партнеров звучало много заявлений о – так сказать – благих намерениях в отношении проведения реформ, но, к сожалению, они не всегда подкреплялись реальными действиями.

При этом значительные усилия тратились на политические распри внутри страны, что нарушило стабильность политической системы. Из-за чего, логично, было упущено время, необходимое для реформ.

То есть, я бы сказал, что проблема была не столько в контактах между Украиной и ЕС, сколько – в реальных действиях, направленных на проведение реформ в самой Украине.

Думаю, все согласятся: сегодня мы отмечаем в Украине значительно большую политическую стабильность. Но стабильность сама по себе не является достоинством. Последние события в Северной Африке – Египте, Тунисе, Ливии – доказали европейскому обществу и ЕС в частности: стабильность без демократии...


— Очень опасна?

— Да, может быть очень опасна. Это не та стабильность, к которой мы стремимся.


— К сожалению, в Украине нет объективной информации о наших отношениях с ЕС. После очередного раунда тематических переговоров, провластные СМИ полны победными реляциями. Оппозиционные – твердят о провале и фиаско. Если обратиться к тематическим документам, размещенным на сайтах евростуктур, получаем третью, некую усредненную позицию. Таким образом, возможности граждан составить объективное мнение о происходящем крайне ограничены.

— Подобная ситуация типична для многих стран... В том числе – стран-членов ЕС. Даже когда здесь, в ЕС мы пытаемся донести некое сообщение до жителей стран-членов, часто сталкиваемся с коммуникационной проблемой – местные власти всегда имеют больше возможностей в этом плане.

Естественно, видение той или иной ситуации ЕС и видение ее украинскими властями может отличаться. Пожалуй, это нормально.

Если вам интересно мнение Брюсселя – читайте нашу прессу, знакомьтесь с документами, текстами резолюций – они есть в свободном доступе, на официальных сайтах.

Свободные СМИ в Украине могут сами анализировать ситуацию, сравнивать комментарии властей с аналогичными выводами Европарламента, Венецианской комиссии, Совета Европы. И призывать власти к ответственности за свои слова. Это – нормальная практика для стран Европы.

Коммуникации в современном мире стремительно развиваются, в том числе — социальные сети и веб-медиа, которые очень тяжело контролировать. Со времен Оранжевой революции, медиа в Украине развивались весьма динамично. И сегодня вы имеете неплохой выбор различных СМИ. Особенно – в интернете.

Это – одна из важнейших ценностей, приобретенная вами за последние шесть лет. Именно поэтому ЕС так глубоко был озабочен появлением первых признаков контроля и запугивания отдельных украинских медиа со стороны спецслужб.


— Удивило отсутствие в бельгийских газетах каких-либо, даже коротких комментариев относительно результатов визита сюда Андрея Клюева и Юлии Тимошенко. Связано ли это с тем, что в ЕС интерес к Украине в целом снизился, что констатируют практически все эксперты? Или это какие-то другие, локальные причины?

— Визит Клюева сложно комментировать – он имел встречи в Европейской Комиссии, что соответствует его статусу вице-премьера. Встреч здесь, в парламенте, у него запланировано не было, поэтому сказать что-либо я не могу.

Что касается Юлии Тимошенко, она действительно посетила саммит ЕНП, встретилась с президентом Европарламента Бузеком. Как вы знаете, встреча имела достаточно драматичный фон, поскольку в последние месяцы – из-за запрета ГПУ – Тимошенко не могла покидать пределы Украины.

Господин Бузек был рад тому, что в конечном итоге, встреча состоялась; рад возможности обсудить с госпожой Тимошенко как с главой наибольшей оппозиционной партии сегодняшнюю ситуацию в Украине, отношения между ЕС и Украиной.

Президент Бузек поддерживает контакты с высокопоставленными чиновниками и оппозиционерами всех стран – соседей ЕС.

Нам также важно иметь полное и четкое представление о том, что происходит в Украине. Мы хотим общаться с как можно большим количеством представителей ваших основных политсил.

Опять же, тот факт, что Тимошенко разрешили посетить Брюссель, рассматривался нами как позитивный сигнал из Киева. Мы выражаем надежду: уголовное преследование в Украине не является избирательным и не направлено исключительно против членов оппозиции. Это касается не только Юлии Тимошенко – существует еще несколько подобных дел. Не комментируя ход этих дел, не принимая ничью сторону, ЕС пристально следит за их развитием. Делать какие-либо выводы преждевременно, необходимо отслеживать ситуацию далее, в частности то, как будет обеспечиваться независимость судебной власти.


— Насчет преследований. Главное на повестке дня в Украине, как вы, полагаю, знаете, дело экс-президента Кучмы. Политических оценок, разумеется, тут быть не может, но личностные, как гражданина…

— Действительно, высказываться на этот счет я не могу. Возможно, ситуация прояснится как для украинских граждан, так и для европейских структур по мере ее развития. В любом случае, принцип верховенства права актуален для всех, независимо от текущего или прошлого статуса, политических симпатий. Каждый человек имеет право на защиту, на действие принципа презумпции невиновности, пока не доказана его вина.

Как я уже сказал, ЕС воздерживается от комментариев по конкретным делам, включая дело бывшего президента Украины, но мы будем тщательно отслеживать работу судебной системы вашей страны на предмет ее независимости и объективности.


— Работая в Брюсселе, мы презентовали один из наших докладов – «Большой украинский бизнес и правительство в Украине». Суть в том, что пятеро из 16 членов КМУ – официальные миллионеры; двое являются таковыми де-факто, еще трое – записывают миллионы на родственников. Это – данные официальных источников. Согласитесь, ситуация уникальная. Ни в Европе, ни в мире подобных прецедентов нет. Мы не говорим, что все они – коррупционеры, но сам по себе факт весьма примечательный. Скажите, какое здесь к этому отношение? Ведь именно с этими людьми вы ведете переговоры о предоставлении Украине грантов, траншей...

— Можно сказать что Украина – один из лучших примеров олигархии в Европе. У вас произошло практически полное слияние политики и бизнеса, их почти невозможно отделить друг от друга.

Следует отметить: подобная ситуация была характерна и для других ваших правительств, не только действующего. Отсюда – вывод: украинские олигархи имеют значительное влияние на политику или непосредственно занимаются ею, смешивая политические и бизнес-интересы.

Второе наблюдение – с точки зрения ЕС и с учетом опыта евроинтеграции в Центральной и Восточной Европе — такие процессы очень опасным и во многом могут повлиять на «здоровье» демократических структур.

В нормальном демократическом обществе должно существовать четкое разделение между госслужащими, политическими лидерами и бизнесом. Конечно, необходимо их сотрудничество, это очень важно. Однако, когда все это находится в одних руках, ответственность размывается, отчетность перед обществом практически исчезает. Потенциально это несет большие проблемы, связанные с Конституцией, «здоровьем» политических партий, которым не хватает политической идеологии и которые зачастую руководствуются экономическими интересами, интересами олигарха или частными интересами своих лидеров.

Такая проблема существовала во многих странах Центральной и Восточной Европы, которые присоединились к ЕС в 2004 и 2007 годах. И она до сих пор существует. Ее преодоление требует много времени. Впрочем, чем раньше вы начнете заниматься этим, тем проще будет справиться.


— Какова основная внутренняя проблематика, занимающая сегодня Евросоюз? Кроме Ливии и Японии, разумеется.

— Это очень непростое и определяющее время для ЕС. Прошел год после вступления в силу Лиссабонского соглашения.

За это время мы столкнулись с несколькими серьезными вызовами.

Первый – в Беларуси. Как известно, массовые акции протеста, последовавшие вслед за президентскими выборами в декабре, спровоцировали акты насилия, притеснения прав гражданского общества. В результате мы вынуждены были восстановить режим санкций относительно Беларуси.

Далее — в январе-феврале – восстания в Северной Африке, на Ближнем Востоке, последовавшие за этим революции в Египте и Тунисе. Плюс – продолжающийся конфликт в Ливии.

Поэтому, в последние несколько месяцев внимание ЕС действительно было приковано к Северной Африке. Разворачивающиеся там политические процессы заставляли ЕС реагировать быстро, эффективно и оперативно. Нас критиковали – возможно, объективно – что ЕС понадобилось слишком много времени для принятия решений, чтобы воспользоваться историческим шансом доказать свою надежность.

Ведь если вы не можете найти решение в такой кризисной ситуации — не можете бороться за право называться глобальной силой, как того ожидают от вас остальные.

Во многом, я считаю, это был «тревожный звонок» для ЕС. Пора осознать – следует не просто увеличить, но значительно усилить свое присутствие в и восточных регионах.

Ливийский кризис, Нагорно-Карабахский конфликт между Арменией и Азербайджаном, Молдавско-Приднестровский вопрос, проблемные грузинские регионы Южная Осетия и Абхазия, растущий уровень авторитаризма в Беларуси во многом являются также проблемами ЕС, поскольку от них напрямую зависит безопасность и Евросоюза.

Надеюсь, кризис в Северной Африке поможет ЕС заново найти в себе основополагающую силу, которая основана на ценностях и принципах соблюдения прав человека и верховенства права. Возможно, мы по-другому бы взглянули на многие вещи за последние несколько лет...


— Иначе оценили б происходящее?

— Эти события во многом реабилитировали концепцию демократии и концепцию помощи в развитии демократии. Они помогли ЕС заново найти в себе силы в этой области. Во многом, я думаю, они подтолкнут ЕС к осознанию того, что выбор не должен стоять между югом и востоком, потому что не существует выбора между югом и востоком. Выбор состоит в развитии демократии и свободы во всех соседних странах. Поэтому я надеюсь, что это поспособствует более интенсивному участию ЕС в жизни как юга, так и востока не только с политической точки зрения, но и с финансовой.

В этом плане очень важными станут следующие слушания на тему финансовых перспектив ЕС на период после 2014 года, где также определится бюджет, выделяемый на проведение как программы Восточного Партнерства, так и средиземноморских программ — для усиления наших огромных амбиций в этих регионах реальными финансовыми инструментами и практическими средствами. Я оптимистично считаю, что роль ЕС в регионе усилится. И поэтому для наших партнеров – а мы конкретно говорим сейчас про Украину – важно не свернуть с пути и так же серьезно и целеустремленно вести переговоры по договору об Ассоциации, Зоне свободной торговли, добиваться отмены визового режима.

Конечно, Евросоюз имеет немало своих сложностей. Так, понадобилось несколько лет, чтоб разобраться с конституционной проблемой – сначала с конституционным, потом с Лиссабонским договором. Некоторое время также ушло на решение вопросов, связанных с расширением ЕС в 2004 и 2007 годах. Сегодня Евросоюз уже не может себе позволить далее упускать время; позволить не продвигаться по пути превращения в реальную силу в регионе.

По сообщению сайта Подробности.ua