Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

Гюльнара Инандж: Азербайджанская оппозиция тщетно пытается привлечь внимание Запада, но он ставит на исламистов

Дата: 09 апреля 2011 в 02:10 Категория: Новости политики

На 2 апреля был назначен несанкционированный митинг Общественной Палаты (ОП), куда входят оппозиционные партии и отдельные бывшие кандидаты в депутаты Милли Меджлиса (парламента) Азербайджана, по разным причинам не получившие мандат.

Исполнительная власть города Баку отказалась выделить ОП место для проведения акции протеста. В ответ объединенная оппозиция решилась на демонстрацию силы в центре, на Площади Фонтанов. Еще до 2 апреля в околополитических кругах и обществе начали ходить слухи о предстоящем митинге. Намекали на предстоящую крупномасштабную акцию и оппозиционные СМИ.

Около 13 часов 2 апреля у трех станций метро — Сахил, 28 мая и Ичеришехер расположились полицейские наряды. Дополнительные подкрепления были выдвинуты к Площади Фонтанов у музея Низами — около десяти пассажирских автобусов и патрульных машин, наполненных полицейскими. Заметим, что в отличие от 12 марта на сей раз автобусов, назначенных для задержания митингующих было заметно больше. Используя оставшееся время до митинга, обхожу территорию, занятую полицейскими. У них мои действия пробуждают вполне законное и достаточно доброжелательное любопытство. Например, они поведали, где могут быть еще полицейские кордоны. Шутят: «А меня не сфотографировала».

Полиция опасается за жизнь журналистов

Площадь Фонтанов окружена полицией быстрого реагирования (ПБР) и полицейским нарядами. В воздухе царит напряжение, но отсутствует агрессия. Полиция и одетые в спецжилеты журналисты привлекают внимание прохожих. Вокруг стоят небольшие толпы людей, это и митингующие, и просто любопытные.

Еще за полчаса до назначенного времени один из командиров ПБР через рупор призывает журналистов отойти в сторону, собраться вместе и уйти с площади. Часть журналистов подчиняется, так как митинг еще не начался. Следует отметить, что Площадь Фонтанов не может вместить много людей, так как это старая часть города с узкими улицами. Она предназначена не для митингов, а для торговли и отдыха.

На вопрос «Почему чинятся препятствия журналистам, один из командиров ПБР отвечает, что «это делается для их же блага, то есть безопасности, так как не исключается провокация». Но заметим, что после начала шествия препятствия журналистам со стороны правоохранительных органов уже не чинились. Периодически приходилось показывать надпись «press» на жилете, выданным Советом Прессы Азербайджана. Так как надпись находится на спине жилета, то приходилось поворачиваться к полицейским спиной и показывать надпись. Я же для облегчения работы, и своей и полиции, повесила на грудь журналистский жетон (брикет). Один раз его проверили...

Журналисты используют опознавательные жилеты разных цветов, выданные ОБСЕ и Советом Прессы. Иностранные журналисты, в том числе журналисты разных иностранных СМИ, аккредитованных в Азербайджане, обходятся без жилетов. Часть из них можно определить по лого на их микрофонах. Но вот проявилась суматоха — полиция задерживает митингующего. Цепь ПБР перекрывает путь журналистам, устремившимся за убежавшим оппозиционером, чтобы снять кадры и наблюдать за событиями. Происходит стычка с одним из фоторепортеров.

Потом этот фоторепортер рассказывал, что он сфотографировал сцену, где полицейский оскорбил и ударил молодого журналиста. Еще до начала акции другой знакомый фоторепортер тоже жалуется на самих же полицейских за демонстрацию оскорбительного жеста со стороны одного полицейского.

Полиция препятствует беседе оппозиционеров с журналистами. Потом она пытается задержать группу протестующих (10-20 чел.), которые постепенно перемещаются к так называемому «Молоканскому саду». Это небольшой садик с фонтаном, реставрированный последние годы, в народе известен все еще своим дореволюционным названием.

Здесь стоит автобус, куда помещают задержанных. Те изнутри разбивают стекло автобуса, выкрикивают лозунги и заодно отвечают на вопросы журналистов. Они уверяют, что в салон автобуса пущен газ и потому они разбили стекло. Правда, стоя рядом с автобусом, я не увидела дыма и не почувствовала никакого запаха газа. Потом в СМИ были различные версии происшедшего, в том числе что это был слезоточивый газ. Вероятно, что этот автобус работал на газовом топливе. При неисправности во время включения двигателя газ заполняет внутрь транспорта. Как уже говорилось выше во время акции полицейскими были использованы маршрутные автобусы и граждане, пользующиеся городским транспортом нередко сталкиваются с подобным случаем.

Отойдя от автобуса, слышу резкий крик женщины, которую полицейский берет под локоть. Пытаюсь ее успокоить. Она же продолжает доказывать, что полицейский ударил ее электрошокером. Но она отнюдь не похожа на человека, получившего такой разряд. Женщина быстро отходит, и подключается к группе других митингующих женщин. Мы осмотрели полицейского, который якобы использовал электрошокер, но нами не были обнаружены никакие вспомогательные средства в его оснащении.

Зато мы видели в руках у полицейских автомат, предназначенный для резиновых пуль, один для газовых снарядов, газовый баллон, но, до их применения дело не дошло, так как количество митингующих и их действия не требовали таких мер. На мой вопрос о предназначении автомата полицейский пробормотал, чтобы я не мешала ему работать.

Полиция не использовала даже дубинки. Правда, одного задержанного полицейский просто ударил кулаком по голове. Без всяких спецсредств. Один случай удара полиции ногой задержанного наблюдал наш коллега. Иногда для устрашения митингующих полицейские били дубинками по щитам. Митингующие не сопротивляются, разве что только молодежь пытается убежать или упирается, поэтому применение более жестких методов полиция посчитала неуместным.

Задержанные более старшего поколения попросили полицейских идти потише, а то они задыхаются...

Люди в штатском также участвуют в задержании оппозиционеров. Например, Арифа Гаджили, которого задержал вместе с полицейским человек в штатском немолодого возраста. Периодически происходят нестыковки между полицией и людьми в штатском, когда первые принимают вторых за зевак, требуют не мешать им работать и покинуть место проведения операции, пока те последние не показывают свои удостоверения.

Молодежь при задержании сопротивлялась, но даже в этом случае дубинки не были пущены в ход. Около метро 28 мая шестеро полицейских долго пытались втолкнуть молодого человека в патрульную машину. После того, как он был посажен в машину, полицейские отошли, а он убежал из незапертого автомобиля. Полиция погналась за ним, и коллеги, стоящие на площади у метро, помогли вернуть «беглеца». Посадив его в патрульную машину, командир велел полицейскому сесть с ним рядом. Последний вел себя с задержанным спокойно, без брани и грубости.

Как видно на фотографиях, распространенных в разных СМИ, несколько полицейских спокойно, без какого либо сопровождения брали под локоть задержанных, в отдельных случаях сдавливали рукой с затылочной стороны головы. Я наблюдала, как задерживали вторых лиц партии Мусават и Народного Фронта и других оппозиционных партий, таких как Ариф Гаджили, Панах Гусейнов, Фуад Гахраманлы. При их задержании также не было насилия и дубинок.

ПБР встав в цепь, перекрывает улицы, при необходимости замыкают цепи, взявшись за руки. Полиция и ПБР работают отдельно, но при этом слаженно, без шума.

Улицы, магазины и учреждения на данной территории опустели, сотрудники наблюдают изнутри или вышли на улицу. Основные пути передвижения перекрыты отрядами ПБР, гражданам предлагают обойти улицу. Заметим, что эта часть города закрыта для передвижения автомобилей. Часто граждане с детьми, старики, дети случайно оказываются в самом центре событий, желая попасть к себе в офис, домой или в магазин за покупками. Любознательные, не ведающие страха дети путаются под ногами, найдя в происходящем развлечение, и подключаются к шествию.

На улицах Баку не было более 500 человек

Кстати, если речь зашла о количестве, то следует сказать, что их максимальное и думается, весьма завышенное число не превышало 500 чел. Заметим, что даже мнения оппозиционных лидеров относительно количества, участников акции протеста разнятся. В своих интервью председатель партии Мусават утверждал, что вышла на улицу несколько тысяч человек, лидер Народного Фронта говорил о нескольких сотнях. Как говорилось выше эта часть города избранная для митингов старая, улицы узкие, что не могут разместить не то что тысяча, даже сотни людей.

Через 15 минут начала акции вдруг все затихло. Но через некоторое время улица Низами (Торговая ) заполняется шумом митингующих (в основном молодежь), количество которых — около 200 чел. Они расположились в центре улицы, несколько молодых людей поднялись на небольшой парапет, держа в руках азербайджанский флаг и листы печатной бумаги с протестами.

Митингующие менее пяти минут находятся на этом месте, потом продолжают свой марш. Идут они неплотными рядами, так что непонятно, кто митингующий, а кто просто прохожий, пока активист не выкрикнет очередной лозунг. Их сопровождают журналисты и полиция. Молодые люди в гражданском, переговариваясь по мобильной связи, утверждают, что не могут зайти в свой офис из-за полицейского оцепления на центральной части улицы Низами. Но позже я вижу одного из них на проспекте Азадлыг у 22-го отделения Насиминской районной полиции.

Полиция теперь никого не задерживает, тем более улицы переполнены людьми и транспортом, что осложняет проведение операции. Вокруг много людей, снимающих происходящее на мобильные телефоны. Митингующие нестройными рядами беспрепятственно продолжают свой путь, выходят на проспект Азадлыг и доходят до 22-го отделения полиции. Насиминского района. До посольства США в Азербайджане рукой подать, но здесь уже не видно митингующих. Дорога идет в гору, а протестующие, видемо, уже подустали, как впрочем, и полицейские, и журналисты.

Полицейские ворчат: «Это разве митинг»

Но не обошлось и без провокаций — были разбиты стекла нескольких учреждений расположенных вдоль улицы. Журналисты, наблюдающие за этим, сообщали, что митингующие сами пытались догнать провокаторов. Но безуспешно...

В совместном заявлении Генеральной Прокуратуры и МВД Азербайджана говорится, что ответственность за происходящее несут участники несанкционированного митинга.

Периодически все затихает и журналисты считают, что все завершилось. Но потом там и тут появляются отдельные оппозиционеры, собирают вокруг себя журналистов или выкрикивают лозунги, пока их не задерживают. Журналисты стоят группами, обсуждают происходящее, шутят, беседуют с полицией. На разных точках центральной части города, где собирались митингующие, я видела представителя МИД Азербайджана. И в прошлом митинге представители правящей партии находились в центре событий, располагаясь в ресторанах и прогуливаясь по улице Торговой (Низами)...

Многие журналисты опять без жилетов и журналистских жетонов. Один наш коллега, совмещающий журналистику с работой в НПО дает интервью, чем привлекает полицейских, которые приняв его за оппозиционера, пытаются задержать. Идет перепалка между ними с демонстрацией амбиций. В итоге стороны расходятся с миром.

Со слов журналистов мусаватисты набросились (не в буквальном смысле) на репортеров Общественного Телевидения Азербайджана (ITV), обвиняя их в необъективности и в том, что снимаемые ими кадры не передаются в эфир.

Около 15.30, используя перерыв между всплесками активности оппозиции, следую к Бульвару к центральной Площади Азадлыг. Улицы перекрыты, движение маршрутов остановлено. Полицейские патрульные машины стоят у Дома Правительства. Царит тишина. Очевидно, что здесь шествующие не проходили. Возвращаюсь к центру событий. Полицейский на другой стороне дороге указывает, что мне нужно отойти в сторону. Показываю надпись на жилете. Он предлагает выйти на следующий тротуар, так как на моей части идет строительство. Через несколько минут проезжает патрульная машина с мигалкой, затем кортеж в сопровождении охраны. Трудно определить, чей это кортеж, но отсутствие флага на автомобиле говорит, что это не президент.

В 16.00 на улице Бюльбюля небольшие толпы людей и журналистов. Здесь полиция задерживает несколько человек, среди которых заместитель председателя Партии Народного Фронта Фуад Гахраманлы. Женщины — оппозиционеры бегут за полицией, бранятся, оскорбляют полицию, пытаются помещать задержанию. На митинге 2 апреля был представлен иной контингент. Я заметила одного известного музыковеда, идущего недалеко от митингующих, он, улыбаясь, поднимает кулак. Но что это — солидарность или шутка — не разберешь. На этот раз — митингующие — это представители бедных слоев населения. Лидеры оппозиционных партий, как за все последние годы, не присутствуют на подобных митингах.

Население не подключается, не реагируя ни на какие призывы. Журналисты во время акции, работающие около одного из крупных рынков города — Насиминского базара сообщали, что призывы митингующих о присоединении оставались без ответа. «Вы же постоянно жалуетесь на власти и тяжелую жизнь, почему не присоединяетесь к нам», — говорили участники акции торговцам и гражданам, но безрезультатно.

В 17.00 полиция и журналисты сворачивают свою деятельность.

Как мы уже писали в предыдущей статье ( www.regnum.ru/news/1384041.html), есть множество факторов, изменивших отношение людей к митингам и иным формам политических выступлений. Оппозиция, давно уже не способная получить поддержку большинство населения, проводя эти акции протеста, думает лишь о привлечении внимания Запада, желая показать, что они не утратили своего значения и популярности. Отсюда и упорные требования проводить митинги непременно в центре города, так можно создать впечатление массовости, перекрывая движение и привлекая зевак, которых потом можно посчитать как митингующих. Оппозиция пытается объединиться с исламистами

Тем временем, по реверансам в СМИ, очевидно, что оппозиционные лидеры пытаются привлечь в свою сторону исламистов, которые особо активизировались последнее время. Представители исламской партии не исключили, что отдельные активисты незарегистрированной Исламской партии или руководители исламских общественных организаций могут вести диалог с оппозицией или оказаться на митингах. Но нами ни 12 марта, ни 2 апреля среди митингующих не были наблюдены исламисты и религиозные лозунги.

В настоящее время Запад, в частности США отказавшись от сотрудничества с оппозиционными партиями все свое внимание уделяет НПО и исламистам, держа под контролем отдельных активных и известных в Азербайджане теологов. Перед первым митингом, которая прошла 12 марта была настороженность присоединения исламистов к оппозиции, что осложнило бы контроль ситуации.

В беседе со мной исполняющий обязанности председателя Исламской партии Азербайджана Гаджи Эльчин Манафов сказал, что их лозунги отличаются от требований оппозиции и они не намерены с ней объединяться.. По его словам, исламисты не требуют отставки президента и не выступают против действующих властей, а выступают только против запрета на ношение хиджаба, требуют освобождения председателя и активистов партии.

Исламская партия намерена проводить свои акции отдельно и с этой целью обратилась к Исполнительной власти для разрешения проведения митинга 8 апреля на площади Азадлыг», но получила отказ. Но они будут обращаться снова. Кстати, исламистов, в отличие от привередливых демократов, устраивает любое место, выделенное Исполнительной властью для проведения их митинга.

Гюльнара Инандж — директор Международного онлайн информационно-аналитического центра «Этноглобус» (www.ethnoglobus.com), редактор русского раздела американо-турецкого ресурса www.turkishforum.co.uk.

По сообщению сайта REGNUM