Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

Восстание попов

Дата: 11 апреля 2011 в 12:20

Восстание попов

Вызов, брошенный провинциальными священниками патриарху Кириллу, свидетельствует о том, что протестные настроения, распространяющиеся в обществе, не обходят стороной и церковь.

В начале апреля в сети появился ролик. Три священника из Удмуртии, стоя перед иконостасом, обвинили патриарха Кирилла в отступлении от православных канонов и потребовали от него объяснений. На церковном языке это прозвучало даже сильнее — покаяния. А покуда этого не произойдет, отказались поминать его за богослужением. Реакция церковных властей не заставила себя ждать: не прошло и несколько дней, как местный митрополит запретил священников в служении. Казалось бы, все понятно.

Патриарх хочет, чтобы церковь отвечала на вызовы современности, и энергично ее преобразует. У преобразований есть противники, и в этом церковь ничем не отличается от других социальных институтов. На каждого реформатора всегда отыщется дюжина охранителей. Вот и удмуртские батюшки начинают список злодеяний патриарха с того, что в церкви воцарился чуждый ей миссионерский дух, явно занесенный с гнилого Запада.

И не просто с Запада, а прямиком из Ватикана. По-другому и быть не могло, потому что РПЦ продолжает коснеть в страшном грехе экуменизма. Нарушая святые каноны, православные молятся с еретиками. Церковь в опасности.

В этих обличениях нет ничего нового. Они раздавались из уст чукотского епископа Диомида, изверженного из сана пару лет назад. Однако удмуртские бунтари не ограничились привычными антиэкуменическими лозунгами. Они уличили РПЦ и ее предстоятеля и во многом другом. Причем это другое удивительным образом совпадает с той антиклерикальной критикой, волна которой в России заметно нарастает в последнее время. Припомнили и церковные ордена, которые направо и налево раздаются толстосумам, и роскошь, в которой живет церковная элита, и даже грех содомии, которому предаются в церковной среде. Не упомянули разве что о часах и дачах патриарха. Зато уличили его в непотребных заигрываниях с властью, которую, напротив, следует обличать. Священноначалию пришлось выслушать от собственных клириков то, что обычно раздается с другой стороны церковной ограды. В чем причина?

Преобразования, затеянные патриархом, держатся на трех китах. Прежде всего, это идея о том, что церковь должна активно бороться с секуляризмом, чтобы вернуть общество к православию. Во-вторых, проделать это она должна с помощью собственной административной реформы и, в-третьих – в теснейшем альянсе с государством.

Суть реформы — предельная централизация власти, поэтому военные метафоры и лексика популярны среди ее инициаторов. Священники подчиняются епископату, епископат — патриарху, который и ведет церковное войско в миссионерский поход. Ведь только так можно завоевать заблудшие души и победить воинствующий секуляризм. Но «православная армия» все же не одинока в своей борьбе. За пределами России у нее в союзниках другие консервативные церкви, прежде всего католическая. Они тоже ведут непримиримую битву с тем же воинственным врагом. Внутри России главный союзник – государство. Оно, конечно, имеет светский характер, так записано в Конституции. Но власти предержащие не могут не понимать, что церковь их надежная опора, ибо только она способна излечить общество от тяжких моральных недугов. И эти упования находят серьезную поддержку в коридорах российской власти.

Становится ясно, почему преобразования нередко встречаются в штыки внутри церкви. Многие православные не видят большой разницы между стратегическим альянсом с католиками и унией с еретиками-папистами, их страшит потеря православной идентичности. Более того, сама идея организованного миссионерского наступления на общество кажется им совершенно чужой и противоречащей духу православия. Но это, пожалуй, не главное. Об этом можно было бы посудачить в своем кругу (а он, я полагаю, не маленький), но не бросать как вызов в лицо начальству. Основная причина отчаянного поступка в другом. Проведение административной реформы, которое свелось к укреплению вертикали власти, предельно сузило и без того крошечную площадку внутрицерковной демократии. Если все решает архиерей, то простой священник превращается в послушного исполнителя. Из клирика становится клерком. Слова однокоренные, но смысл в них заложен разный. А если у этого клерка поневоле есть свои представления о прекрасном, то где их ему отстаивать? Правда, есть Межсоборное присутствие, но поди до него докричись. Церковные суды, очевидно, не выполняют возложенной на них функции. Ждать от них справедливого решения столь же утопично, как ждать его от судов светских. Если не более того. В российских судах обвиняемых все же иногда оправдывают. Получается, что

священник еще более бесправное существо, чем обычный россиянин. И это объясняет, почему голоса церковной оппозиции нередко сливаются с критикой извне.

Протестные настроения в обществе усиливаются. Граждане все активнее высказывают свое недовольство отсутствием демократических процедур и властью, которая не может справиться с разъедающей ее коррупцией. Но церковь — это часть общества, поэтому неудивительно, что протестные настроения неумолимо просачиваются и в нее, достигая клира. Чаще всего они распространяются в блогосфере. Вот и удмуртские священники выложили свой протест в интернет, и там на него откликнулось немало голосов, как церковных, так и не имеющих отношения к церкви. И выяснилось, что их претензии к РПЦ как к послушному придатку власти, погрязшему, как и эта власть, в коррупции, почти ничем не различаются.

Конечно, реформы невозможны без наведения порядка в системе управления. Об этом расскажет любой студент, изучающий теорию менеджмента. Но он же расскажет, что реформы невозможны и без обратной связи. Которая, в свою очередь, не может обойтись без демократических процедур.

Попытка выстроить государственную вертикаль уже обернулась серьезными проблемами для власти. Аналогичные проблемы грозят расшатать и вертикаль церковную. Особенно, если вторая так откровенно опирается на первую.

Церковь столкнулась с противодействием светского общества, которое сопротивляется миссионерскому наступлению, и с внутренней оппозицией, которую не устраивают методы этого наступления. Продолжая военную метафору из лексикона миссионеров, можно сказать, что борьба ведется на два фронта — западный (секуляризм) и восточный (православное охранительство). Даже при наличии очень сильного союзника (власть) выиграть борьбу на два фронта трудно. Особенно если из арсенала власти заимствуется оружие, ведущее к саморазрушению.

По сообщению сайта Газета.ru