Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

Усилить ответственность должника (Талгат Абилев, частный судоисполнитель исполнительного округа г. Алматы)

Дата: 27 июля 2012 в 15:59

 

Талгат АБИЛЕВ,

частный судоисполнитель

исполнительного округа г. Алматы

 

Всему прогрессивному казахстанскому сообществу известно, что инициатором смелого шага по внедрению в республике альтернативного способа исполнения исполнительных документов стал Президент РК Нурсултан Назарбаев.

 На IV Съезде судей страны Глава государства акцентировал внимание на необходимости создания в Казахстане института частных судебных исполнителей. Президент заявил, что опыт Франции, Германии и ряда других стран убедительно свидетельствует о высокой эффективности их деятельности: «Необходимо изучить этот опыт, и если он применим, нам немедленно надо его внедрять».

Введение в действие Закона РК «Об исполнительном производстве и статусе судебных исполнителей», регламентирующего порядок альтернативного исполнения судебных актов, позволило по-новому взглянуть на систему исполнительного производства в нашей стране.

В процесс исполнения исполнительных документов наравне с существовавшим механизмом государственного исполнения на законодательном уровне был вовлечен институт частных судоисполнителей.

Находясь под контролем судебной власти, прокуратуры, уполномоченного в сфере исполнения исполнительных документов органа — Комитета по исполнению судебных актов Министерства юстиции РК, а также Республиканской коллегии частных судебных исполнителей, частники довольно-таки уверенно ступили на путь исполнения исполнительных документов.

Существенное изменение претерпело и законодательство в сфере исполнительного производства, наделившее судоисполнителей дополнительными полномочиями для своевременного и качественного исполнения судебных актов. Созданы законодательные препоны для недобросовестных должников, в силу несовершенства законодательства откровенно саботирующих вступившее в законную силу решение суда.

Если в рамках утратившего силу Закона об исполнительном производстве судебный исполнитель инициировал объявление розыска должника, исполнительный лист в силу требований закона подлежал возвращению взыскателю до установления места пребывания должника. При таких обстоятельствах уверенно ориентирующийся в правовом поле должник совершал чудеса изворотливости и предпринимал всяческие меры по уклонению от контактов с судоисполнителем.

В силу сложившейся практики розыск должника возлагается судом на органы внутренних дел республики. Но и здесь существует определенный парадокс. Согласно приказу МВД РК № 022 от 11 января 2005 года розыск возлагается на органы внутренних дел по месту жительства взыскателя (истца) или по месту нахождения коммерческих и общественных организаций, в пользу которых производится взыскание.

Иными словами, получая для исполнения определение суда о розыске должника, направленное по месту его жительства, территориальный орган внутренних дел, не предпринимая каких-либо мер, перенаправляет судебный акт по месту нахождения взыскателя. Думаю, читатели согласятся с тем, что абсолютно бесперспективно разыскивать должника там, где он никогда не проживал и не находился.

На практике имеются до смешного парадоксальные ситуации, когда розыск прописанного в городе Алматы должника осуществляется по месту прописки взыскателя в Уйгурском районе Алматинской области. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы заранее определить «перспективность» столь безуспешной затеи, превращающей розыскные мероприятия в бесконечные попытки поиска. В таком случае остается только терпеливо дожидаться, когда откровенно саботирующий судебный акт должник соизволит прибыть по месту нахождения взыскателя и передаст себя в руки работников внутренних дел.

При этом зачастую объявленные в розыск должники имеют на праве собственности объекты недвижимого имущества и, игнорируя обязательное (!) для исполнения решение суда, вполне успешно используют их для извлечения выгоды путем сдачи в аренду.

Однако в действующей ныне редакции профильного Закона дело с розыском обстоит иначе. Теперь согласно п. 6 ст. 55 Закона об исполнительном производстве нахождение должника в розыске не является препятствием для обращения взыскания на его имущество.

Конечно, на практике имеются не только сторонники данной нормы закона, но и ее противники. И если первые ратуют за усиление ответственности должника и преследуют целью удовлетворение предписанных судебным актом интересов взыскателей, то вторые, ссылаясь на якобы присутствующее нарушение прав объявленного в розыск должника, выступают за исключение этой нормы из Закона.

В основе идеологии противников реализации имущества объявленных в розыск недобросовестных должников лежит псевдозабота о якобы их нарушаемых законных правах и интересах. Одним из веских, по их мнению, доводов, является предположение о том, что произведенная в отсутствии должника оценка имущества лишает его возможности обжаловать ее результаты в судебном порядке. И это в последующем якобы способно поставить под угрозу законность организованных и проведенных судоисполнителем публичных торгов по реализации арестованного имущества. В обоснование данного довода высказывается мнение, что в случае обжалования должником результатов аукциона совершенные в отсутствие должника действия приведут к бесспорной отмене торгов.

В принципе, на практике все действительно происходит по описанному выше пути. Судоисполнитель в строгом соответствии с законом назначает специалиста для оценки арестованного имущества должника, после чего принимает меры по его передаче на торги. В дальнейшем арестованное имущество реализуется в порядке, установленном законодательством в сфере исполнительного производства. Бесспорно, что материально заинтересованный в благополучном исходе дела частный судоисполнитель не допустит нарушения законности в своей деятельности и реализует имущество должника по максимально допустимой стоимости. И это не удивительно, поскольку вознаграждение частника находится в прямо пропорциональной зависимости от стоимости реализации предмета аукциона.

Предположим, что после проведения аукциона и передачи имущества покупателю в пределах предусмотренного гражданским законодательством общего срока исковой давности на горизонте появляется объявленный в розыск должник. Не нужно быть гением юриспруденции, дабы предположить, что первым его шагом будет инициирование в суд иска о признании оценки недействительной и отмене проведенных на ее основании публичных торгов.

Как показывает существующая судебная практика, исхода у подобного сценария два, первый — когда рыночная стоимость признается недостоверной и второй — когда рыночная стоимость реализованного объекта в суде не подтверждается.

Последствия первого случая, в принципе, ясны и на результатах работы судебного исполнителя негативно отразиться не могут. Интересен второй случай, при наступлении которого судом выносится решение о признании отчета об оценке недостоверным и, как следствие, отмене проведенных торгов по реализации имущества должника.

Пунктом 11 Нормативного Постановления Верховного Суда РК от 20 июня 2005 года № 2 «О некоторых вопросах применения судами законодательства об исполнительном производстве» постановлено, что при предъявлении иска об оспаривании оценки имущества, проведенной специалистом, рассмотрение дела производится в исковом порядке, в случае необходимости судебный исполнитель привлекается в качестве соответчика. Суд проверяет соблюдение требований Закона РК «Об оценочной деятельности в Республике Казахстан», при проведении оценки имущества, а установленные обстоятельства оценивает с учетом требований ст. 257 Гражданского кодекса, предусматривающей, что при прекращении права собственности имущество оценивается исходя из его рыночной цены.

Из смысла указанной нормы Нормативного постановления следует, что действия судоисполнителя по назначению специалиста-оценщика подлежат оценке судом с точки зрения их соответствия требованиям ст. 68 Закона об исполнительном производстве. Если в ходе процесса не будет доказано обратного, претензий к судебному исполнителю возникать не должно.

Далее суд исследует материалы гражданского дела на предмет соответствия (не соответствия) стоимости имущества определенной специалистом-оценщиком рыночной стоимости. В случае доказанности несоответствия реальной стоимости имущества оценке специалиста, суд принимает соответствующее решение о признании оценки недостоверной и отменяет проведенные торги по реализации предмета аукциона.

Признание же судом аукциона недействительным влечет негативные последствия для достаточно широкого круга лиц: для действовавшего по букве закона частного судоисполнителя; получившего удовлетворение из взысканной суммы взыскателя; покупателя, исполнившего свои обязанности по оплате имущества в полном объеме; государственного бюджета, куда был перечислен ИПН с дохода частного судебного исполнителя, возникшего в результате взыскания задолженности путем реализации имущества. Однако специалист-оценщик, чья оценка была признана судом недостоверной, остается в стороне, и максимум, что ему грозит — это частное определение суда.

Между тем в силу ст. 10-1 Закона об оценочной деятельности, одним из условий, обеспечивающих защиту интересов потребителей услуг оценщика, является страхование гражданско-правовой ответственности оценщика, возникающей вследствие причинения вреда в результате проведения оценки. Однако не могу припомнить ни одного случая из своей практики, когда страховая компания оплатила бы нанесенный оценщиком и доказанный судом вред, возникший вследствие недостоверной оценки.

Возникает вполне резонный вопрос, почему за неправомерные действия оценщика должны отвечать частный судоисполнитель, взыскатель, покупатель имущества и государственный бюджет, а фактический «виновник торжества» должен оставаться в стороне? Почему вред должнику, чье имущество было реализовано по цене, не соответствующей рыночной, не должен быть возмещен из средств оценщика либо страховой компании в пределах оговоренной в договоре страхования франшизы?

Вследствие сложившейся судебной практики, порождающей в буквальном смысле безответственность оценщиков, носящие явно заказной характер оценки встречаются буквально на каждом шагу. Рыночная стоимость одного и того же объекта, определенная разными специалистами по инициативе различных лиц отличается в разы. Вопрос только в цене, уплачиваемой нечистоплотному на руку специалисту за завышение рыночной стоимости. В результате описанная выше ситуация, которая не является плодом воображения автора, а лишь воплощением реальной действительности, создает реальные предпосылки для возникновения теневого рынка услуг по производству оценки.

В свете изложенного представляется необходимым заострить пристальное внимание не на исключении нормы Закона об исполнительном производстве, дающей возможность реализации имущества объявленного в розыск должника, а на максимальном усилении материальной и процессуальной ответственности лиц, причастных к принудительной реализации арестованного имущества должника на публичных торгах во исполнение судебного акта.

Неоспоримо, что права должника в исполнительном производстве должны быть защищены в полном объеме, но вряд ли следует создавать для недобросовестного должника лазейки на законодательном уровне, способствуя тем самым волоките в исполнении вступивших в законную силу судебных актов.

По сообщению сайта Zakon.kz