Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

Скандализация суда и свобода слова: опыт Англии для Казахстана (Сагидолла Баймурат, MJ ENU, LLM LSE; Научный сотрудник ТОО «Консалтинговая группа «Болашак»)

Дата: 15 сентября 2017 в 10:09 Категория: Новости науки

Скандализация суда и свобода слова: опыт Англии для Казахстана

 

Сагидолла Баймурат,

MJ ENU, LLM LSE

Научный сотрудник

ТОО «Консалтинговая группа

«Болашак»

 

 

От автора

 

Считаю своим долгом максимально использовать

свои знания на благо общества, которые я приобрел

благодаря богатству моего народа и мудрым решениям

Елбасы.

 

Представители юридического сообщества Казахстана не раз выявляли незаконные решения судов и прямо указывали на их несправедливость и противоречивость законам и международному праву. Например, игнорирование иммунитета Комитета ООН по ликвидации дискриминации в отношении женщин, (Белоусова v Республика Казахстан), освобождение от уголовной ответственности Василия Ни (Республика Казахстан v Ни), признание виновным и освобождение от уголовной ответственности умершего подсудимого (Республика Казахстан v Жампозов), самосожжение многодетной матери (Республика Казахстан v Серимов), а также отмена арбитражного решения на основании противоречия публичному порядку и так далее.[1] После таких событий и сопутствующих негативных публикаций в сторону казахстанского правосудия судья Верховного Суда в почетной отставке Николай Мамонтов опубликовал проект Кодекса гражданского судопроизводства Казахстана.[2] Статья 25 данного проекта содержит следующие нормы:

«…

4. Любые публичные высказывания о незаконности судебного акта, не вступившего в законную силу, недопустимы.

5. Правовые позиции суда по вступившему в законную силу судебному акту могут подвергаться правовому, логическому и системному анализу в научных выступлениях и публикациях в средствах массовой информации, но без утверждения автора о незаконности судебного акта.»

6. Вывод о незаконности судебного акта вправе делать только Верховный Суд Казахстана в ревизионном производстве.»

Данная публикация вызвала внушительный резонанс в юридическом сообществе, и дала импульс для написания этой статьи. Как человек, получивший образование в Англии, я стал интересоваться, как данная проблема была разрешена в этой стране.

Всем известно, что Великобритания является одной из самых развитых стран мира, а Англия, её составная часть, имеет авторитет одной из лучшей судебной юрисдикции. Это дает еще больше оснований для глубокого изучения английского опыта. Изучение проблемы привело меня к интересному открытию — истории английского права. В Англии до недавнего времени существовало такое понятие как «scandalizing the court» или «скандализация суда». Следует отметить, что выбор стоял между тремя словами: «оскандаливание», «скандализирование» и «скандализация». На мой взгляд, последнее слово более подходящее. Не будучи профессиональным лингвистом не претендую на самый правильный перевод. Однако, для целей этой статьи слово «скандализация» найдет свое применение.

Скандализация суда считалось одной из форм неуважения к суду в системе уголовного права Англии. Её смысл заключался в том, что публикация информации, наносящей вред авторитету суда, вселяющей недоверие к суду и бросающей тень на беспристрастность судей и судебную систему, являлось наказуемым преступлением.

Действующее законодательство Казахстана тоже содержит нормы по данному институту права (Глава 9 ГПК РК, Статья 653 КоАП РК, Статья 410 УК РК). Однако, эти нормы не выходят за рамки действий и бездействий, имеющих место в зале судебного заседания. То, что предлагает господин Мамонтов, выходит за рамки судебного заседания и направлено на всех лиц без исключений, тем самым, не затрагивает институт неуважения к суду. Возможно, поэтому господину Мамонтову не удалось предложить санкцию по такому деянию.

Но почему Англия отказалась от такого запрета в данном правовом институте? Для поиска ответа на этот вопрос окунемся немного в восемнадцатый век.

В 1765 году, один из выдающихся судей Англии Лорд Мансфилд[3] внес некоторые изменения в дело против мистера Джона Уилкеса. После этого случая, мистер Альмонд, который имел магазин на Пикадилли в Лондоне, опубликовал брошюру с названием «Письмо касательно клеветы, полномочий, конфискации документов и др.». Продавал он одну брошюру за 1 шилинг и 60 пенсов в своем собственном магазине. В этой брошюре мистер Альмонд написал, что Лорд Мансфилд изменил информацию в отношении мистера Уилкеса «без соблюдения процедур, безосновательно и незаконно». По данному факту генеральный прокурор возбудил дело в отношении Мистера Альмонда за неуважение к суду. Дело было рассмотрено судьей (или Мистером Справедливости — Mister Justice) Уилмотом, который подготовил решение на 28 страницах, предусматривающее наказание для мистера Альмонда. Однако, мистер Альмонд успел принести извинения, после чего генеральный прокурор отказался от требований. Таким образом, решение судьи Уилмота не было оглашено и вынесено. Спустя сорок лет, данное решение будет опубликовано под названием R v. Almond в томе Кейсов Уилмота.[4] В этом решении он написал:

«Если авторитет судей будет расшатан памфлетистами и писателями новостей, и людям будет сказано, что власть судей, призванная их защищать, развращена до её разрушения, суд может сохранить свою власть какое-то время, но я уверен, что он незамедлительно потеряет весь свой авторитет; и власть суда не может более существовать без своего авторитета. Возможно ли нанести более смертельный удар по авторитету суда чем обвинение суда в том, что он принимает норму, низвергающую конституционную свободу людей? Не может быть более громкого скандала».[5]

Абсолютный запрет на критику суда будет существовать около полтора века, пока более интересная кларификация не будет написана Лордом Расселом в деле Gray в 1900 году. В своем решении Лорд Справедливости Рассел сузит понятие скандализации суда:

«Любое действие или публикация, вызывающее презрение к суду, или понижающее его авторитет, является неуважением к суду. Эта одна из категорий неуважения. Вместе с тем, любое действие или публикация, препятствующее или вмешивающееся в процесс отправления правосудия, также является неуважением к суду. Первая категория была охарактеризована Лордом Хардвиком как «скандализация судьи или суда». Эта категория должна зависеть от одного очень важного условия. Судьи и суды одинаково открыты к критике. Если эта критика имеет разумный довод или рассуждение против какого-либо судебного акта, утверждающее, что такой акт противоречит закону и общественным интересам, не один суд не может и не рассмотрит такое деяние как неуважение к суду».[6]

Такой аргумент, представленный судьёй Англии более ста лет назад, может быть выставлен против предложения господина Мамонтова. Неужели общество и профессиональные юристы Казахстана должны молчать, даже если имеется ярко выраженное беззаконие и несправедливость в судебных решениях? Примеры были приведены в начале этой статьи. Неужели в процессе отправления правосудия нет общественного интереса? Я убежден, что запрет, предлагаемый господином Мамонтовым, просто забросит гражданское общество Казахстана на 300 лет назад!

Еще более благоразумный анализ был написан почти через семьдесят лет. Вопрос скандализации суда встанет перед не менее авторитетным судьей Англии Лордом Дэннингом. В 1968 году Лорд Квентин Хог в еженедельной газете Punch раскритикует Суд Апелляции следующими словами:

«Законодательство с 1960 года доказала свою негодность благодаря нереалистичным, противоречивым, ставшими прецедентами ошибочным решениям Суда Апелляции… Остается только надеяться, что суды будут помнить золотое правило судей по obiter dicta — всегда можно промолчать».

Лорд Дэннинг даст следующее заключение:

«Это, насколько я знаю, первый кейс, где суд [Апелляции] рассматривает дело о неуважении против себя самого. Эта юрисдикция без сомнений принадлежит нам. Но мы будем осуществлять эту юрисдикции наиболее бережным образом, так как мы сами заинтересованы в этом деле.

Позвольте же мне сразу сказать, что мы никогда не используем эту юрисдикцию как средство поддержания своего собственного достоинства. Это должно строится на наиболее прочных основаниях. Более того, мы никогда не будем использовать эту юрисдикцию для оказания давления на тех, кто выступает против нас. Мы не боимся критики, и не обижаемся на нее. Потому что на кону стоит что-то более важное. Это не что иное, как свобода слова.

Это право каждого человека, в Парламенте или за её пределами, в прессе или через средства вещания, делать справедливые, порой даже откровенные комментарии по вопросам, имеющим общественный интерес. Те, кто комментируют могут честно обсуждать всё, что делается в Суде Справедливости. Они могут говорить, что мы ошибаемся, что наши решения незаконные, не важно подлежат ли они обжалованию или нет. Мы только просим их помнить о том, что по природе своей службы мы не можем отвечать на их критику. Мы не можем вступать в общественную полемику; тем более в политическую полемику. Мы должны полагаться целиком и полностью на свое поведения, которые само по себе является доказательством [подтверждением наших беспристрастности и профессионализма].

Мы всегда открыты к шквалу критики, и ничто, сказанное тем или другим лицом, ничто, написанное тем или иным пером, отпугнет нас от действий необходимых для, и относящихся к конкретному делу. Молчание не должно иметь место, когда речь идет о скверных решениях.

Да, мистер Квентин Хог раскритиковал этот суд. Но поступая таким образом, он осуществил свое бесспорное право. Мы должны сохранить и поддержать его такое право.» Обвинение было отклонено.[7]

Хотелось бы отметить, что именно такой подход наших судов соответствовал бы всем государственным программам современного Казахстана, особенно программе «Модернизация сознания», а также способствовал бы развитию страны и продвижению в ряды развитых стран. Именно такой подход указывал бы на приверженность государства к положениям Всеобщей декларации прав человека, Международного пакта о гражданских и политических правах, значимость и важность которых закреплены в Кодексе судейской этики Казахстана.[8]

Стоит отметить, что количество исков по скандализации суда в Англии постепенно сокращалось за последние 50 лет. Можно сделать вывод о том, что благородное решение Лорда Дэннинга перевоспитало целое поколение судей, которые стали принимать самые справедливое и законные решение. Такое отношение к процессу отправления правосудия еще больше укрепило статус Лондона как мирового центра по разрешению как национальных, так и трансграничных споров. Суд стал полностью открытым, потому что только так народ и мировое сообщество могут знать, что они могут найти справедливость в стенах Судов Справедливости Англии. Простой эмпирический метод путем посещения судов показал, что попасть в публичные процессы судов Англии намного проще чем в публичные процессы судов Казахстана.[9] При этом суммы исков и важность самого дела не только для сторон и общества, но и для всего мирового сообщество, в десятки раз превосходят аналогичные показатели казахстанских процессов. Так почему же господин Мамонтов хочет запретить критику? Ответ на этот вопрос можно услышать только от самого автора проекта Кодекса.

Нужно признать, что в период деколонизации для Англии было очень важно, чтобы все понимали, знали и ощущали свою защищенность и справедливость, которая предоставляется судебной властью Англии. Аргументы о том, что правовая система Казахстана не англо-саксонская и то, что казахский народ на создавал империю, на мой взгляд не состоятельны. Потому что принципы открытости судебной власти и свободы слова едины для всего человечества. По крайней мере для той части, которая выбрала демократический путь. Создается впечатление, что Суды Англии уже давно поняли простую истину — открытость суда всегда будет поддерживать «в тонусе» самих судей, и именно наиболее открытые судьи, которые не боятся открытых судебных заседаний и любой критики, должны получить продвижение по службе. К слову Лорд Дэннинг считается одним из великих английских судей.

Видится возможным сделать утверждение, что выступления и публикации, противоречащие духу развития и процветания, не должны игнорироваться. Предлагаемый запрет свободы слова почетным судьей Верховного Суда господином Мамонтовым настораживает, пугает и порой наводит на мысль о том, каких же все-таки ценностей придерживаются судьи Казахстана в момент принятия решения.

Отрадно, что статья 14 Кодекса судейской этики Казахстана содержит следующие нормы:

«Нарушение положений настоящего Кодекса, повлекшее умаление авторитета судебной власти и причинившее ущерб репутации судьи, является основанием для привлечения судьи к дисциплинарной ответственности в соответствии с законом.

За подобные нарушения по обращению граждан в отношении судьи могут быть приняты и меры общественного воздействия.»

Другими словами, за вред авторитету суда отвечает сам судья, а не тот, кто его критикует. Однако, то, что предлагается господином Мамонтовым, идет в разрез с Кодексом судейской этики, и я уверен, что есть судьи, которые со мной согласятся. Господин Мамонтов желает запретить критику не только до вступления в силу решения суда, но и после. Просто невероятно насколько противоречивы намерения почетного судьи Верховного Суда Казахстана в двадцать первом веке и намерения судьи Апелляции Англии в прошлом веке! Лорд Справедливости Дэннинг прямо указывает на то, что каждый может критиковать решения судей независимо от того, подлежит ли обжалованию такое решение или нет. То есть, не важно вступит ли решение суда в силу или нет.

В заключении хотелось бы отметить, что в 2012 году был опубликован консультативный доклад Правовой Комиссии Великобритании (ПКВ) по теме скандализации суда.[10] Этот доклад содержит очень скрупулёзный анализ затрагиваемого вопроса. Например, приводился аргумент, что наказание за скандализацию суда может оставаться в силе в странах с низкой политической стабильностью чем в Великобритании.[11] Такова ли ситуация сегодня в Казахстане? Я думаю, что нет. На мой взгляд, намерения государственных органов закрыться от народа в период экономических колебаний может привести к такой ситуации. Более того, закрытость и запреты понижают чувство ответственности перед обществом, склоняя судей к пренебрежению общественными интересами.

Вместе с тем, доклад ПКВ также содержит несколько предложений по скандализации суда, главным из которых, является отмена такой нормы. Стоит отметить, что в праве Англии и Уэльса существует такое понятие как obsolete, которое означает, что норма права становится неработающим и теряет свой эффект без его отмены. До 2013 года норма по скандализации суда оставалась таковым. Однако, благодаря ПКВ, Парламент Великобритании полностью упразднил данную норму, приняв Акт о Преступлениях и Судах 2013 года. В секции 33 данного Акта установлено, что скандализация судебной власти (скандализация суда или судей) аннулируется как форма неуважения к суду по общему праву Англии и Уэльса.[12]

 

 

[1] Сулейменов М.К., «Как судья по своему разумению законы трактовала» (2016) обращение 7 сентября 2017 года.

[2] Мамонтов Н., Проект Кодекса гражданского судопроизводства Республики Казахстан обращение 7 сентября 2017 года.

[3] Его решения до сих пор являются прецедентами в праве Англии и Уэльса.

[4] «R» означает «Rex» или «Regina», с латинского — Корона. То есть, дело, возбужденное представителем государства — прокурором.

[5] Дэннинг А.Т., The Due Process of Law, Oxford University Press, 1980 г., 31-32 стр.

[6] 22 [1900] 2 QB 36.

[7] Дэннинг А.Т., The Due Process of Law, Oxford University Press, 1980 г., 34-35 стр.

[8] Преамбула Кодекса судейской этики, принятого VII съездом судей Республики Казахстан 21 ноября 2016 год.

[9] Проведено эмпирическое наблюдение, результаты которого могут быть найдены на моей личной странице Facebook по ссылкам https://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=1730217993948064&id=100008796401362

https://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=1725706527732544&id=100008796401362

https://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=1704929316476932&id=100008796401362

[10] Официальный сайт Правовой Комиссии, , обращение 1 сентября 2017 года.

[11] Там же, стр. 2.

[12] Акт о Преступлении и Судах 2013 года, , обращение 1 сентября 2017 года.

 

 

 

 

По сообщению сайта Zakon.kz