Facebook |  ВКонтакте | Город Алматы 
Выберите город
А
  • Актау
  • Актобе
  • Алматы
  • Аральск
  • Аркалык
  • Астана
  • Атбасар
  • Атырау
Б
  • Байконыр
Ж
  • Жезказган
  • Житикара
З
  • Зыряновск
К
  • Капчагай
  • Караганда
  • Кокшетау
  • Костанай
  • Кызылорда
Л
  • Лисаковск
П
  • Павлодар
  • Петропавловск
Р
  • Риддер
С
  • Семей
Т
  • Талдыкорган
  • Тараз
  • Темиртау
  • Туркестан
У
  • Урал
  • Уральск
  • Усть-Каменогорск
Ф
  • Форт Шевченко
Ч
  • Чимбулак
Ш
  • Шымкент
Щ
  • Щучинск
Э
  • Экибастуз

Хоргос на глиняных ногах

Дата: 04 октября 2017 в 20:29

Как были назначены десятки «левых» экспертиз, поставивших под сомнение многие выводы следствия по самому громкому в Казахстане коррупционному делу

Межведомственная следственная бригада продолжает расследование убийства алматинского таможенника Медета ЖАМАШЕВА. Напомним: это преступление произошло более пяти лет назад, в июне 2012 года, в одном из спальных районов Алматы. На сегодня арестованы исполнители — члены ОПГ «Хуторские», в ходе следственного эксперимента давшие признательные показания в совершении этого преступления и выдавшие орудие убийства. Кроме того, по подозрению в причастности к этому особо тяжкому преступлению помещен под домашний арест агент финполиции Талгат МАХАТОВ (он же Саныч, он же Бетон) — главный свидетель по непосредственно «хоргосскому делу», связанному с контрабандой китайского ширпотреба. Между тем родственники Медета не без основания считают это убийство заказным. 

Как выяснилось, в качестве свидетелей по уголовному делу Жамашева были допрошены экс-начальник 3-го управления КНБ Ирлан АБДРАХМАНОВ и бывший начальник 5-го департамента этой же спецслужбы Талгат ЖАКАЕВ (ныне оба отбывают наказание по «хоргосскому делу»). Для этого к ним в «красную» зону специально приезжали члены межведомственной следственной группы. Судя по всему, не зря: показания бывших комитетчиков проливают свет на многие обстоятельства, в том числе на причины и мотивы жестокой расправы над ключевым свидетелем Жамашевым, который мог бы немало рассказать об особенностях «оперативно-служебной деятельности» бравого агента Саныча. Кроме того, благодаря ответам чекистов (которые, как известно, бывшими не бывают) стали известны важные подробности дела оперативной проверки (ДОП) «Караванщики», которое вели Абдрахманов и Жакаев, и еще многое другое...
Но прежде о главном. В распоряжении редакции оказалась копия ходатайства алматинского адвоката Ашурбека АШУРБЕКОВА (защищавшего бывшего начальника центра таможенного оформления «Алатау» Михаила ВОЙТОВИЧА, ныне покойного) в специализированный межрайонный военный суд по уголовным делам. Так вот, из ходатайства Ашурбекова возникает далеко не праздный вопрос: почему эксперты ТОО «Алматы Экспертиза», не имея на то никаких оснований, подготовили по постановлениям следователей финансовой полиции заключения по 35 товароведческим экспертизам, которые были использованы в качестве вещдоков при вынесении обвинения 45 фигурантам знаменитого «хоргосского дела»?
Из ходатайства адвоката Ашурбекова
«В рассматриваемом судом уголовном деле находятся 35 заключений товароведческих экспертиз, проведенных экспертами ТОО «Алматы Экспертиза» Ж. ОШАКБАЕВОЙ, А. МАХМУДОВЫМ, Р. КАРЫМБАЕВОЙ, А. РАХЫМДИЛДАЕВОЙ, Б. КУАНЫШБАЕВОЙ, Г. АБДРАХМАНОВОЙ, Т. БОРОДИХИНОЙ, И. ТЕН, Г. БАТЫРБАЕВОЙ и К. АЛТЫМБЕКОВОЙ. Согласно нормативному постановлению Верховного суда № 16 «О судебной экспертизе по уголовным делам» от 26 ноября 2004 года, существенные нарушения уголовно-процессуального закона, допущенные при проведении экспертиз, могут повлечь признание заключения эксперта недопустимым доказательством. А именно: проведение экспертизы лицом, не имеющим на это права...»
Дотошный адвокат провел свое небольшое расследование и выяснил: все перечисленные эксперты не являются «органом судебной экспертизы». И более того, не имеют лицензий на проведение товароведческих экспертиз. На официальном сайте Министерства юстиции РК нет сведений о том, что специалисты ТОО «Алматы Экспертиза» лицензированные эксперты. А дальше еще интереснее. По мнению г-на Ашурбекова, следствие лишило его подзащитных неотъемлемого права заявлять отвод экспертам, ставить перед ними свои вопросы — словом, делать все то, что профессиональные правоведы называют состязательностью сторон и верховенством закона. Более того, с готовыми заключениями экспертиз обвиняемых ознакомили лишь после завершения следствия по «хоргосскому делу», что тоже считается процессуальным нарушением. На основании всего этого Ашурбеков просил суд признать недопустимыми в качестве доказательств и исключить из материалов уголовного дела 35 заключений экспертов ТОО «Алматы Экспертиза».
Для пущей убедительности адвокат приложил к своему ходатайству официальный ответ из Минюста, в котором черным по белому написано: «Работники ТОО «Алматы Экспертиза» (далее идет перечисление всех 10 фамилий экспертов, задействованных в «хоргосском деле») в Государственном реестре судебных экспертов, а также в Государственном реестре лиц, осуществляющих судебно-экспертную деятельность на основании лицензии, не значатся». И подпись «директор Центра судебных экспертиз Минюста Букенбай БИШМАНОВ».
Между прочим, сотрудники центра подтвердили автору этих строк: перед началом экспертной деятельности специалист должен получить лицензию — таково обязательное требование закона. Об этом же, кстати, говорится и в нормативном постановлении Верховного суда, на которое сослался все тот же адвокат Ашурбеков. Оказывается, после получения лицензии комиссия по лицензированию экспертно-судебной деятельности при Минюсте в течение пяти рабочих дней вносит фамилии новоиспеченных экспертов в Государственный реестр. Более того, эксперт должен проходить переквалификацию раз в пятилетку — до тех пор, пока его непрерывный экспертный стаж не превысит 20 лет. Если эксперт не подтвердил свою квалификацию в установленный законом срок, то любое его заключение считается незаконным, как и постановление следователя о проведении таким специалистом экспертизы. Эти требования одинаковы как для государственного эксперта, так и для частного.
Однако в случае с 35 товароведческими экспертизами по «хоргосскому делу» видно: заключения были подготовлены в период с 25 июля по 2 сентября 2011 года — в самый разгар следствия. А ответ из Минюста об отсутствии у привлеченных следователями специалистов датирован 11 июня 2013-го, то есть спустя почти два года эти люди так и не получили права заниматься экспертной деятельностью! Выходит, прав был Ирлан Абдрахманов, утверждая в своем письме в редакцию «Времени»: «Многочисленные процессуальные нарушения в ходе следствия были направлены на то, чтобы любыми путями изолировать высокопоставленных сотрудников КНБ — тех самых, что разрабатывали дело оперативной проверки (ДОП) «Караванщики» (см. «Экс-полковник КНБ Ирлан Абдрахманов: Кому выгодна смерть таможенника Жамашева?», «Время» от 14.9.2017 г.).
…Следователей по делу Жамашева интересовало, что общего между смертью Медета и ДОП «Караванщики». По словам Абдрахманова, в феврале 2011 года в КНБ была создана оперативная группа во главе с Талгатом Жакаевым, которой поручили собрать информацию на границах Казах­стана с Китаем и Киргизией, представляющую угрозу национальной безопасности нашего государства. Куратором этой группы назначили заместителя председателя КНБ генерал-майора Усера МИЗАНБАЕВА. Через внедренного в таможню своего агента Абдрахманов выяснил: на границе с Китаем действует коррупционная схема контрабанды товара, в которой участвуют как предприниматели, не желающие перечислять обязательные таможенные платежи и налоги в бюджет, так и крышующие их силовики — таможенники и финполовцы.
В марте 2011 года было заведено ДОП «Караванщики», в котором фигурировали начальники департаментов таможенного контроля Алматы Мурат БАЙМУХАНБЕТОВ, Алматинской области Курманбек АРТЫКБАЕВ, агент финпола Талгат Махатов и его кураторы из этой правоохранительной структуры. В самый разгар оперативной разработки полковник Артыкбаев неожиданно для многих оставил свой пост (позже пошли разговоры, что министр внутренних дел Калмуханбет КАСЫМОВ предлагал ему кресло своего зама и генеральскую должность). Тем временем агент КНБ Орик, имитируя преступную деятельность, встретился с Махатовым, называвшим себя представителем тогдашнего начальника департамента финансовой полиции по Алматы Максата ДУЙСЕНОВА. Ирлан Абдрахманов уверяет: в материалах ДОП «Караванщики» имеется информация о том, что Махатов был кассиром финпола и именно через него передавались крупные взятки за бездействие финполицейских и их покровительство экономической контрабанде.
Цена вопроса нешуточная: если в ДОП «Караванщики» речь идет о 13 миллионах долларов, которые предприниматели передали Талгату Махатову, то еще один фигурант «хоргосского дела» Талгат КАЙР­БАЕВ в своем заявлении в Генпрокуратуру называет куда более внушительную сумму — 22 миллиона «вечнозеленых», переданных им Махатову для покровительства (см. «Осужденный Талгат Кайрбаев: Я боялся, что Махатов отравит меня...», «Время» от 28.9.2017 г.).
В то же время чекисты завербовали таможенника Жамашева. По просьбе своего знакомого Махатова Медет забирал деньги (дань финансовой полиции от таможни) у агента КНБ Орика и отвозил Санычу. Когда в апреле 2011 года разработка «караванщиков» вышла на финишную прямую, финансовая полиция задержала высокопоставленных комитетчиков, обвинив их в крышевании контрабандистской группировки Кайрбаева и его парт­нера по бизнесу Бахыта ОТАР­БАЕВА. Арестованный чекист Абдрахманов, пытаясь довести «караванщиков» до суда, в режиме секретности дал показания руководителю следственной группы по «хоргосскому делу» Улугбеку ПАТСАЕВУ (эти показания бывший комитетчик подтвердил как в ходе следствия и на судебных разбирательствах, так и на допросе в качестве свидетеля по делу Жамашева). Абдрахманов заявлял: «Раскрывая сведения о Жамашеве и Орике, я надеялся, что Патсаев примет во внимание факты преступной деятельности, зафиксированные с санкции генпрокурора в деле «Караванщики», и привлечет к уголовной ответственности Махатова и Дуйсенова. Я даже не предполагал, что произойдет утечка моих показаний и Жамашев будет убит, а Орика посадят. Считаю, и он мог повторить печальную судьбу Медета, но органы КНБ вовремя взяли нашего агента под свою защиту...»
Кроме того, Ирлан Абдрахманов сообщил следствию другие весьма любопытные детали. Оказывается, в июне 2012 года г-н Патсаев написал письмо Махатову о том, что Медет Жамашев никаких показаний на агента финпола еще не давал (в редакции имеется копия этого письма, которое фигурант «хоргосского дела» увидел, когда спецпрокуроры знакомили его и соучастников с материалами следствия). Как выяснилось, вместо материалов спецмероприятий им дали флешку с перепиской Патсаева: там были письмо Махатову, запросы в ДВД Алматы и прокуратуру южной столицы, в которых Патсаев просил докладывать ему о ходе расследования убийства Жамашева. Абдрахманов снял копию этих писем и выразил готовность передать эти материалы следственной группе по делу Жамашева по первому их требованию. Экс-полковник КНБ уверяет следствие: «Считаю, что Махатова таким способом либо проинформировали о роли Жамашева в «Караванщиках», либо спровоцировали на его убийство...»

Тохнияз КУЧУКОВ, фото Владимира ТРЕТЬЯКОВА, Алматы

От редакции Публикуя этот материал, мы не ставим под сомнение обвинительный приговор по «хоргосскому делу», уже вступивший в законную силу. Лишь задаемся вопросом: насколько законны были методы следствия? Почему сотрудники финполиции, прекрасно зная требования уголовно-процессуального законодательства, назначили товароведческую экспертизу не алматинскому филиалу Центра судебной экспертизы Минюста, а нелицензированным частникам, которые и определили стоимость изъятого товара — 1,5 миллиарда тенге. Именно эта сумма в итоге была вменена всем 45 фигурантам «хоргосского дела» в качестве причиненного ими ущерба государству, и именно эту сумму поспешили доложить наверх. Однако сегодня выясняется: конкретного ущерба государству не наносилось по одной простой причине — товар не был растаможен, а сумма обязательных платежей не подсчитана. По сути, следователи финпола предъявили суду и Генпрокуратуре кота в мешке. Не исключено, что по той же схеме было укрыто еще одно серьезное преступление, совершенное в рамках следствия по «хоргосскому делу». Речь идет о грязных методах, с помощью которых финполовцы выбивали из свидетелей нужные им показания.
Впрочем, не будем забегать вперед…

По сообщению сайта Общественно-политическая газета "Время"